А есть ли у Армении национальная идентичность?

Заявления армянских политиков вызывают иронию, в особенности на фоне прозвучавшего 14 декабря в Ереване в рамках международной конференции на тему «Отношения Армения-Турция: угроза или возможность?», инициированной «Дашнакцутюн». Да, да… теми самыми дашнаками, все еще нередко светящимися в политической иерархии наших географических соседей.

Так, представитель этой партии Ишхан Сагателян громогласно заявил, что (теперь внимание!) «с оккупацией арцаха Азербайджан и Турция дали старт новому этапу дестабилизации всего региона и решению конфликтов путем применения силы». Но, самое интересное, что, по словам этого самого Сагателяна, «конечной целью турецко-азербайджанского тандема является уничтожение нашей национальной идентичности, денационализация».

Нет, ничего не меняется в мифологических установках «Дашнакцутюна» — это патология. Да разве только у дашнаков? Они ведь искренне считают, что Карабах «оккупирован» Азербайджаном. И не стесняются кричать о том, что-де их национальная идентичность подвергается опасности быть уничтоженной Баку и Анкарой.

Но, спрашивается, о какой вообще армянской идентичности говорят дашнаки? Есть ли она? Была ли? Ведь откровения того же Сагателяна фактически свидетельствуют об ее отсутствии в общепринятом понимании в армянском социуме. А как по-другому оценивать его убежденность в «собственности» чужих территорий? Или, скажем, как воспринимать изображение горы Агрыдаг на армянском гербе?

Хотя, опять-таки, видимо, это Сагателян и иже с ним уверенно считают проявлением национальной идентичности. То есть видеть счастье своего народа исключительно в обладании богатствами (не важно, природными, географическими или историческими) своих соседей по региону. Вот потому конституция Армении и продолжает опираться на т. н. документы, открытым текстом констатирующие территориальные претензии к Азербайджану. Что уже подталкивает к мысли о том, насколько болезненная идеология может отравлять мозг общества.

А, может, современным дашнакам лучше скинуть с себя ватник безудержного национализма, предварительно ознакомившись с отдельными выкладками члена «Дашнакцутюн», в 1918-1919 гг., занимавшего пост премьер-министра Армении, Ованеса Качазнуни (Каджазнуни)? Озвучил он их по историческим меркам относительно недавно — чуть менее 100 лет назад, но довольно смело и откровенно. В частности, рассматривая некоторые эпизоды из деятельности «Дашнакцутюна» в период Первой мировой войны, а именно, выступление «армянских добровольческих отрядов против турок», он назвал происшедшее «естественным и неизбежным результатом той психологии, которой пропитывался армянский народ почти четверть века, целое поколение».

Как он откровенно выразился, «не имея основания, мы были уверены, что [российское] царское правительство за нашу преданность и помощь дарует нам автономию Армении, которая будет состоять из освобожденных армянских вилайетов в Турции и Закавказской Армении. Мысль наша была окутана туманом». При этом «под влиянием самогипноза мы перестали понимать действительность и предались мечтам. Переоценивали силу армянского народа, его политическое и военное значение». Но, резюмирует Качазнуни, «горько жаловаться на злую судьбу и находить вне нас причину нашего несчастья — это одна из характерных черт нашей национальной психологии, которой не избегла и партия Дашнакцутюн. В убеждении, что русские подло поступили с нами, как будто заключалось особое утешение (в дальнейшем должна была наступить очередь французов, американцев, англичан, грузин, большевиков — словом, всего мира)».

По-Качазнуни, армяне «были никудышнымии правителями, не имея вовсе способности предвидеть. Не имели руководящего начала и постоянной последовательной системы. Действовали под влиянием случайных обстоятельств, ударялись об стенки, полуслепо ощупывая почву под ногами».

Согласимся, что будто о сегодняшнем дне говорил Качазнуни. Ведь и ныне очень сложно говорить о «постоянной последовательной системе» армянского руководства. Хотя (сорри за каламбур), скорее, она последовательна в … своей непоследовательности. Лишь единицы ратуют за пересмотр шаблонного мировосприятия со стороны армянских политиков. К примеру, в свое время нынешний посол Армении в России Гурген Арсенян, актуализируя приветствие «любого шага навстречу друг другу между Арменией и Турцией», заявлял, что «нельзя упускать политические возможности для сближения с соседями».

«Я не желаю, чтобы мой ребенок рос в условиях антитурецкой истерии, поскольку никакого логического объяснения этому дать невозможно. Мы ставим эксперименты на поколении», – произнес он.

А некогда редактор сайта southcaucasus.com Луиза Погосян подчеркивала, что «мифы о геноциде, которыми нас кормили в советское время в течение многих лет, трансформировались в обреченное понятие о вечности вражды между армянами и турками, а также и азербайджанцами». Процесс «признания геноцида», по убеждению Л. Погосян, превратился «у нас, армян, в комплекс своей исключительности и превосходства над всем остальным миром», что стало болезнью, мешающей «нам адекватно воспринимать действительность и двигаться вперед».

Но готовы ли Сагателяны отказаться от армянских стереотипов, возведенных ими на пьедестал современной мысли Армении? Судя по их заявлениям на всякого рода конференциях и в печати, абсолютно не готовы. А потому дашнакские кивки всякого рода в сторону Баку и Анкару с точки зрения якобы задачи «уничтожения армянской идентичности» лишены оснований по самой своей сути. Ведь именно они, вкупе с представители других политических линий Армении и за рубежом, ведут страну в пропасть. И не займись данные лжепатриоты Армении срочным изучением ошибок своей страны по части построения отношений с Азербайджаном и Турцией, они продолжат двигать социум к катастрофе. А потому для них лучше определиться, может ли строиться национальная идентичность на агрессивных устремлениях против других стран? Пора избавляться от ущербной психологии, если, конечно, в Армении действительно заботятся о сохранении остатков государственности страны.