Его боятся за то, кто он есть наша корреспонденция

Знакомый до боли указующий жест виден далеко за пределами этой части Манхэттена — в элитном районе Нью-Йорка, на крыше жилого дома с видом на Lower East Side, вот уже почти тридцать лет стоит… Ленин. Поливаемый дождем и палимый солнцем, стоит бронзовый Ленин — над той самой «последней стадией капитализма», конца которой дождаться ему было не суждено. Но есть все шансы дождаться мэра-социалиста.

Памятник был создан в 1980-х годах советским скульптором Юрием Герасимовым по официальному заказу — Ленин классический: уверенный, целеустремленный, весомый. Но пока фигура ждала своего часа, Советский Союз развалился. Памятник оказался ненужным и был буквально выброшен на задворки истории, в прямом и переносном смысле.

В 1989 году, на фоне распада СССР, в Москве находились нью-йоркские девелоперы Майкл Шаул и Майкл Розен. Они в то время строили жилой дом на East Houston Street в Манхэттене, и, согласно городским легендам, решили назвать его Red Square — Красная Площадь, как московский оригинал, только с нью-йоркским акцентом. И вот — наткнулись на статую Ленина, заброшенную, пылящуюся где-то среди ржавых труб и бетонных обломков. Статую перевезли в Нью-Йорк, и в 1994 году водрузили на крышу их нового здания на 250 East Houston Street. Так Ленин получил прописку на Манхэттене. Не как вождь, но как культурный провокатор, арт-объект и туристическая достопримечательность.

Памятник в Нью-Йорке был создан в 1980-х годах советским скульптором Юрием Герасимовым по официальному заказу — Ленин классический: уверенный, целеустремленный, весомый. Но пока фигура ждала своего часа, Советский Союз развалился.

Red Square стал точкой, где архитектура перестала быть просто формой. Это был одновременно гентрифицированный жилой комплекс и социальная концепция. На крыше — гигантские часы, которые нарочно идут неправильно (дизайн Тибора Калмана, «визуального террориста» Нью-Йорка 90-х). На фасаде — баннеры. Внутри — квартиры по рыночной цене, но с анархистским флером, где художники, музыканты, активисты, NYU-шники, эмигранты и поэты считали, что город — это прежде всего язык. И Ленин оказался частью этого нарратива.

В 2016 году здание продали за $100 миллионов. Новый владелец быстро начал зачистки. Ленин исчез первым. Без объяснений. Просто исчез. Через год снова появился — на крыше другого дома, в квартале от Red Square.

Сегодня Ленин — не мем и не монумент. Он — культурный GPS: молчаливый ориентир в городе, который снова говорит о политике. Но уже другим голосом.

Пока бронзовый архитектор первой социалистической революции витает в облаках, другой, вполне себе живой и амбициозный, собирается в мэры Нью-Йорка — Зохран Мамдани, 33-летний сын иммигрантов. Не миллиардер, не ставленник корпораций, не потомственный аппаратчик. Социалист-демократ. Мусульманин. Мамдани выиграл праймериз Демократической партии на выборах мэра Нью-Йорка — без крупных доноров, с TikTok вместо телека, с платформой, от которой у политического истеблишмента случился нервный срыв:

Сегодня Ленин — не мем и не монумент. Он — культурный GPS: молчаливый ориентир в городе, который снова говорит о политике. Но уже другим голосом

«Власть принадлежит не элите, не полиции, не лоббистам. Она принадлежит людям, которые держат этот город на плечах. Они платят аренду, убирают улицы, доставляют еду, лечат, учат — и живут в страхе, что завтра их выгонят. Мы это изменим».

Его уже называют «Обамой из Куинса». Он так же харизматичен, говорит вдохновенно, и предлагает не «улучшить систему», а заменить ее. Но есть важное отличие: Обаму многие боялись, как неизвестного. Его боятся — за то, кто он есть.

«Мы переделаем этот великий город. … по образу каждого жителя Нью-Йорка, который все это время знал только борьбу. В нашем Нью-Йорке власть принадлежит народу!»

Зохран Мамдани родился в Кампале (Уганда), мать — Мира Наир — кинорежиссер, номинирована на Оскар, отец — Махмуд Мамдани — ученый. Детство провел между Угандой, Южной Африкой и Нью-Йорком. Учился в одной из лучших в США общеобразовательных школ с научным уклоном, затем в частном колледже; был социальным работником, потом — депутатом, теперь он — кандидат в мэры.

Мамдани пришел в политику как часть волны прогрессивных демократов — и сразу стал неудобным. Он против расширения полицейского бюджета, за жилье вместо тюрем, за народ вместо доноров. Он за бесплатный транспорт, муниципальные продуктовые магазины, заморозку арендной платы, налог на сверхдоходы девелоперов, отказ от военной поддержки Израиля.

Мамдани пришел в политику как часть волны прогрессивных демократов — и сразу стал неудобным. Он против расширения полицейского бюджета, за жилье вместо тюрем, за народ вместо доноров

Кампания страха: кто боится Зохрана Мамдани?

Сразу после праймериз против Мамдани началась волна атак. Консервативные СМИ назвали его «экстремистом». Израильские лоббистские группы — «опасным антисемитом». Президент Трамп лично написал оскорбительный пост в своей соцсети.

Мамдани поддержали AOC (конгрессвумен Александрия Окасио-Кортес), сенатор Берни Сандерс, местные профсоюзы, ассоциации арендаторов, еврейские прогрессивные организации и даже контролер города Брэд Ландер — сам еврей и бывший соперник Мамдани, заявил:

«Зохран — это честность, которая пугает тех, кто давно привык, что мэр — это просто лучше одетый лоббист».

Мамдани не появился из ниоткуда. Ему предшествовали Occupy Wall Street, Black Lives Matter, климатические забастовки, победа AOC. Он ответ на кризис за кризисом. На то, как дорого стало жить, ездить, дышать. Он продукт всего того, что Нью-Йорк долго не хотел замечать.

За социалиста-Мамдани даже контролер города Брэд Ландер — сам еврей и бывший его соперник

Мамдани — это не столько про харизму, сколько про встроенность в город. Он волонтерил в организациях, помогающих мигрантам без документов. Он знает, как работает жилищная бюрократия. Он знает, как не работает транспорт. И он говорит на языке, который понятен тем, кто вырос в многоквартирниках, а не в brownstone.

Он не старается быть «объединяющим». Его программа — не о том, как угодить всем.

Но у него серьезные соперники:

- Эрик Адамс, действующий мэр, долгое время был под следствием по делу о коррупции, но обвинения сняли — говорят, не без вмешательства самого Трампа. На праймериз проиграл, теперь идет как независимый кандидат.

- Эндрю Куомо — экс-губернатор Нью-Йорка, который ушел в отставку в 2021 году после обвинений в сексуальных домогательствах и сокрытии данных о смертности в домах престарелых во время COVID. У Куомо была колоссальная поддержка: $25 миллионов в качестве вложений в кампанию, профсоюзы, телеканалы, Клинтоны, Блумберг. Но не было одного — доверия. На выборах в ноябре Куомо планирует взять реванш тоже в качестве независимого кандидата.

- Кертис Слива — вечный кандидат от Республиканцев, основатель Guardian Angels — нечто вроде местной ДНД.

Все трое — представители старой политики: шоу, скандалы, телевидение. На их фоне Мамдани — человек, который пришел на дебаты CNN в худи и отказался от телепромтера.

Один из мощных соперников Мамдани - Эндрю Куомо .Но него нет одного — доверия. На выборах в ноябре Куомо планирует взять реванш тоже в качестве независимого кандидата

NYC как театр классовой борьбы

Участие в праймериз среди избирателей до 35 лет выросло почти вдвое. Именно молодые стали движком кампании Мамдани., кто делает стикеры и ролики про марксизм в контексте непомерной квартирной аренды. Кто устраивает ночные canvassing по вокзалам и летучки в скейт-парках. Они создали десятки соцсетевых аккаунтов, мем-страниц, студенческих чатов и клубов поддержки. Они выросли после 9/11, с YouTube, TikTok и тревожными новостями о климате. Они знают, что, если не бороться — их выселят, лечить не будут, а мэрия будет кормить прессу дежурными заявлениями. Для них социализм — это не слово из учебника. Это единственный инструмент, который пока еще не сдал.

На митингах рядом с Мамдани и бывшие участники Occupy Wall Street, и волонтеры из BLM, и еврейские активисты с плакатами «Jews for Racial and Economic Justice» («Евреи за расовую и экономическую справедливость») и мусульманские студенты из Hunter College, пришедшие после Джум’а-намаза.

Дом Red Square задумывался как эстетическая провокация, а стал пророчеством: Ленина на крышу ставили как декор, а он снова указывает в сторону (светлого?) будущего. В ближайшей перспективе — на избирательные участки.

Выборы мэра Нью-Йорка — в ноябре. Социалист-демократ — фаворит избирательной гонки.

«Это всегда кажется невозможным — пока не сделаешь», — цитирует Мамдани Нельсона Манделу.

Или — «Пока не поднимешь голову — не увидишь, кто на самом деле указывает тебе дорогу», — добавляет волонтер в бейсболке DSA («Демократические социалисты Америки»).