Фактор Трампа: в Израиле ждут заложников, а в Америке аплодисментов!

Израиль в ожидании сделки по заложникам
Ситуация вокруг возможной сделки между Израилем и ХАМАСом становится всё более напряжённой. Ожидание возвращения захваченных израильтян, удерживаемых в Газе, остаётся главной темой общественной повестки. Несмотря на заявления властей, общество не верит в надёжность будущего соглашения, учитывая провалы прежних переговоров.

Мнения в стране разделены: семьи заложников требуют компромисса, но многие опасаются, что уступки ХАМАСу будут расценены как слабость и приведут к усилению врага. Любая деталь обсуждаемой сделки мгновенно становится предметом ожесточённой критики — как в коридорах власти, так и на улицах.

Израиль не согласен, но на переговоры идет
Несмотря на неприятие новых условий ХАМАСа, Израиль решил продолжить диалог и направляет делегацию в Катар. Об этом сообщила канцелярия премьер-министра после субботнего совещания. В официальном сообщении подчёркивается, что хотя изменения, предложенные ХАМАСом, неприемлемы, Израиль откликается на катарское приглашение продолжить обсуждение.

Ожидается, что переговоры будут непрямыми, через посредников. Главная цель — достижение компромисса по условиям обмена пленными, несмотря на сохраняющиеся разногласия, особенно по вопросу гуманитарной помощи, которую ХАМАС требует восстановить в полном объёме.

Предмет разногласий: войска, гуманитарка, список заложников
Первоначальное катарское предложение включало условия временного перемирия и обмена заложниками, но ХАМАС внёс три принципиальных изменения: продолжение переговоров до финального соглашения, отвод ЦАХАЛ на мартовские позиции и возврат старой схемы гуманитарной помощи.

Также обсуждается порядок освобождения заложников. ХАМАС предлагает освободить десять человек — восемь сразу, двоих позже. Израиль пока не получил окончательный список, и настаивает, что все выжившие являются гуманитарными случаями, без приоритизации. Это делает диалог особенно трудным.

Недовольство справа
На фоне слухов о возможной сделке резко активизировались представители правого крыла израильского правительства. Министр национальной безопасности Итамар Бен-Гвир выступил категорически против любых уступок ХАМАСу, включая вывод войск и гуманитарную помощь, называя это «наградой для террора».

Он считает, что компромисс приведёт к ослаблению Израиля. Тем не менее, в этот раз Бен-Гвир не выдвигал угроз коалиции, ограничившись жёсткой критикой. Его позиция отражает распространённое мнение, что ХАМАС нельзя воспринимать как партнёра по переговорам.

Блокада сектора продолжается
Пока продолжаются переговоры, гуманитарная ситуация в Газе ухудшается. По данным муниципалитета Газы, восточные районы города уже неделю остаются без воды. Повреждены скважины, разрушен опреснительный завод, а ремонтные бригады не могут добраться до объектов.

Обостряется и продовольственный кризис. Фонд GHF не справляется с задачей, центры работают хаотично, люди не знают, куда идти, и когда получать помощь. В условиях массовых скоплений армия иногда применяет силу для разгона толпы, что вызывает резкую критику.

Атаки ХАМАС на миссии
На фоне кризиса продолжаются нападения на гуманитарные миссии. 5 июня в Хан-Юнисе двое боевиков ХАМАСа бросили гранаты в сотрудников GHF, среди которых были американцы. Пострадавшие были доставлены в израильскую больницу, угрозы их жизни нет.

Фонд прямо обвинил ХАМАС, отметив, что ранее уже предупреждал о рисках для сотрудников. Несколько недель назад в результате нападения на автобус фонда погибли пять палестинских работников. ХАМАС угрожает как миссиям, так и самим жителям Газы, получающим помощь.

В Израиле может быть создан Халифат!
На фоне стагнации мирного процесса возникает новая альтернатива — создание локальных эмиратов вместо палестинского государства. Эту концепцию продвигает арабист Мордехай Кедар, и она получила поддержку в Хевроне. Как пишет Wall Street Journal, шейх Вади аль-Джаабари предложил министру экономики Ниру Баркату создать в Хевроне автономный эмират, готовый признать Израиль.

Это предложение резко контрастирует с позицией ПА и ХАМАСа. Шейх утверждает, что соглашения Осло лишь усилили коррупцию, не отражая интересы местных жителей. Он и другие представители кланов считают, что стабильность возможна лишь при возвращении к традиционной власти.

Баркат, которого прочат в лидеры «Ликуда», активно участвует в переговорах. Он уверен, что идея двух государств устарела, а новая модель, основанная на локальных союзах, способна принести устойчивый мир. Идея кантонизации может стать основой нового политического курса.

Давление США и фактор Трампа
К переговорам подключается внешний фактор: на днях ожидается встреча Биньямина Нетаньяху с Дональдом Трампом. Бывший президент заявил, что намерен добиваться от израильского лидера прекращения огня. Он также отметил, что Нетаньяху сам заинтересован в завершении конфликта — вопрос лишь в условиях.

США продолжают играть ключевую роль как союзник Израиля. Но любое движение в сторону соглашения воспринимается в Израиле как результат давления извне, особенно на фоне внутриполитического напряжения. Это создаёт сложный фон для принятия решений.

Фактор Трампа: заключительный акцент

Предстоящие переговоры в Дохе пройдут накануне встречи в Белом доме президента США Дональда Трампа и премьер-министра Израиля Биньямина Нетаньяху, в ходе которой они обсудят прекращение огня в Газе и освобождение заложников. Дональд Трамп приветствовал «позитивный ответ» ХАМАСа и выразил надежду, что соглашение будет достигнуто уже на будущей неделе. Он отметил, что пока не посвящён в детали, но оценивает реакцию ХАМАСа как обнадёживающую, и предупредил: «Я буду с ним твёрд», намекая на готовность оказывать давление на Нетаньяху ради скорейшего завершения войны.

Эти слова ложатся в характерный для Трампа шаблон: превращать каждый внешний кризис в яркое политическое шоу. Логика проста и уже обкатана на предвыборных митингах: чем громче геополитическая «премьера», тем выше эмоциональный подъём аудитории. Неудивительно, что американская команда, активно работая через Египет и Катар, продавливает именно такой сценарий: обмен заложников как пролог к эффектному заявлению Трампа «я остановил войну». При этом сама сделка может быть подана публике как третья, завершающая часть триады: «остановил Пакистан и Индию, урегулировал Израиль и Иран, а теперь прекратил огонь в Газе».

В американской логике важен сам момент триумфа — взойти на трибуну и провозгласить: «за последние два месяца мы предотвратили ещё одну войну». Что последует потом, насколько хрупким окажется перемирие, какой ценой обойдутся обещания палестинцам, Израилю и посредникам, остаётся «технической деталью» за кадром большого политического спектакля. Именно ради этого мгновенного эффекта Белый дом сегодня столь напористо подталкивает стороны к компромиссу: перед Трампом открывается редкая возможность предъявить электорату результат, который звучит громче любой экономической статистики.

При таком раскладе израильскую делегацию в Дохе подталкивают пойти чуть дальше собственных красных линий, тогда как ХАМАС — согласиться на формулы, которые ещё вчера назвал бы неприемлемыми. Всем сторонам раздают «пряники» будущей поддержки — одних привлекают пакетами послевоенной реконструкции, других — дипломатическими гарантиями или поставками оружия, третьих — обещанием ослабить санкции. Поэтому немудрено, что и Катар, и Египет активно пропагандируют именно американский вариант: он сулит им роль ключевых миротворцев и обещает приток инвестиций.

Скорее всего, именно к этому и идёт: сцена готовится, прожекторы направлены, актёры репетируют последние реплики. Но как только занавес упадёт и зрители разойдутся, всем участникам придётся возвращаться к сложной реальности. Израилю — объяснять внутренней оппозиции, почему цель «уничтожить ХАМАС» вдруг сменилась компромиссом; ХАМАСу — удерживать контроль над Газой, не провоцируя нового удара ЦАХАЛ; палестинцам — справляться с гуманитарной катастрофой; а США — мониторить хрупкое перемирие, чтобы обещанный Трампом мир не рассыпался раньше, чем отзвенят выборы.

Так замыкается логическая дуга нынешнего раунда: от тяжёлых споров о выводе войск и списке заложников до большого американского финала. Результат может выглядеть как победа всех сразу — и, одновременно, не удовлетворить никого окончательно. Однако именно этой двойственностью и характеризуются современные ближневосточные компромиссы: мир здесь часто начинается постановкой, а настоящая драма разворачивается уже после аплодисментов.