Известный и неизвестный Нариманов…

В жизни нашего поколения было, как минимум, два, даже возможно, три известных Нариманова. В годы нашей молодости, на закате страны Советов, в отношении памяти Нариманова никаких проблем не было: его считали одним из самых видных классиков национальной литературы, высоко чтили память, как политического и государственного деятеля, а любители пафосных речей даже называли его «Ленином мусульманского Востока».

Но потом я узнал, что так было не всегда. Рассказывали, что при Сталине его объявили националистом, почти не вспоминали или очень мало говорили…

Чуть позже, когда стартовала перестройка, возник новый образ Нариманова.

В то время люди, в особенности, советская интеллигенция, лихорадочно искали политические альтернативы Иосифу Сталину и сталинизму, взоры обращались то к Кирову, то к Бухарину, вспоминали даже Льва Троцкого — в этих революционерах-политиках искали подлинных коммунистов.

Аналогичные процессы происходили и в национальных окраинах, в том числе, в Азербайджане.

И тогда же началось «второе возвращение» Нариманова. Приблизительно в то время появилось его знаменитое письмо к своему сыну Наджафу, которое вызвало большой интерес в обществе.

Действительно, чтобы стать в глазах людей олицетворением настоящего азербайджанского большевика-коммуниста у Нариманова были все необходимые качества: он был писателем — просветителем, на самом деле, преданным, принципиальным и очень честным коммунистом-большевиком, самое главное, не только не был равнодушным к национальным ценностям, но и горячо любил свой народ.

Но потом во всем Союзе, в том числе в Азербайджане, начали наблюдаться другие тенденции. Люди поняли, что не стоит терять время впустую, на поиски «хорошего коммуниста» или «хорошего коммунизма», вместо этого надо смотреть на Мир и взять у него более современные и прогрессивные политические и экономические идеи. Необходимо согласиться с тем, что коммунизм уже исчерпал себя и его надо отправить в архив истории. Ведь не зря говорили еще древние греки, что в одну и ту же реку дважды не входят…

Эта тенденция коснулась и Нариманова. Интерес к этой исторической личности заметно ослаб, и он вновь начал переживать очередную опалу, как все коммунисты.

Но даже это продолжалось недолго — после того, как люди разочаровались в первой «демократической волне», их взоры вновь обратились к коммунистическому, советскому прошлому, они начали искать более «понятных» для себя исторических, политических лидеров.

Постсоветские азербайджанцы, не находя в себе сил и энергии, чтобы стать последовательными и искренними сторонниками таких национальных лидеров, как Расулзаде и Топчубашев, не смогли должным образом оценить таких честнейших людей-политиков, как Хойский или Юсуфбейли, вновь начали теплее и искреннее относиться к Нариманову, нежели к отцам-основателям первой Республики, к авторам идеи азербайджанской национальной независимости…

Нет, в Азербайджане не появилась снова сильная коммунистическая партия, как это было, например, в соседней России, но все же пришлось согласиться с одной тенденцией: в сознании людей демократия и новые идеи уступили место более «прагматичным идеям», согласно которым, например, к такому фактору, как Россия, следует относиться с особой «чуткостью», плюс, надо согласиться с тем, что наш народ якобы еще не дорос для принятия демократии. Мало того, наверное, он вообще, никогда не будет в состоянии полностью принять западную демократию, демократические ценности – по той причине, что те, якобы, не соответствуют нашим национальным ценностями…

Таким образом, только идея национальной независимости была принята и должным образом оценена подавляющим большинством постсоветских азербайджанцев, все остальное же на неопределенное время было отправлено в архив истории и наши отцы — основатели стали иногда упоминаться только в контексте идеи национальной независимости и суверенитета.

В результате наши люди коммунисту Нариману Нариманову начали вновь уделять больше внимания, нежели отцам-основателям независимости, демократии и республики.

И теперь каждый раз, проезжая мимо станции метро «Нариманова», я невольно задаюсь вопросом: какое же место в нашей истории должен занимать этот человек?

Для сравнения замечу, что даже в соседней Грузии (по крайней мере, пока!) нет никого культа таких коммунистов, как Сталин и другие. Даже грузинскими меньшевиками (не говоря уже о бывших большевиках!), которые сыграли заметную роль в начале века не только в России, но и в самой Грузии, никто особо не интересуется. Рассказывают, что у Сталина имеется бюст только в Гори, и то, по той простой причине, что он там родился…

По некоторым сведениям, по поводу Нариманова между грузинами и азербайджанцами иногда возникали небольшие споры: якобы грузины обвиняли азербайджанцев в непонятном для них особо почтительном отношении к большевистскому функционеру…

Нариманов, конечно, является частью нашей истории. Внимание к нему, например, как к писателю, уже больше не находится на таком уровне, как это было в советское время.

На днях прочитал, как один из наших талантливых авторов пишет о Марселе Прусте! Другой приводит цитаты из Иосифа Бродского!

Теперь скажите сами: станет ли наше новое литературное поколение, которое приходит им на смену, читать Нариманова? Есть ли смысл заставлять нашу молодежь читать «Невежество» или какое-то иное произведение Нариманова?

Конечно, когда речь идет о национальной литературе начала прошлого века – возможно, творчество Нариманова будет иметь определенный интерес для специалистов. Тоже самое можно сказать и о его публицистике; она представляет интерес только с точки зрения прослеживания и изучения развития просветительства в нашей стране.

В то время интеллигенции у нас было не так уж много. Нариманов окончил Горийскую учительскую семинарию и медицинский факультет Новороссийского университета. Еще раз подчеркну, что таких тогда было не так уж и много. Хотя в его произведениях, даже в политической публицистике, не прослеживалось особого блеска интеллектуальности. Кроме литературных произведений, мы читали и другие его работы, такие как «Ленин и Восток» (на русском языке). Согласитесь, кому теперь нужны подобные сочинения? Они могли бы быть интересными, как исторические первоисточники, но вряд ли кто-то согласится хотя бы с частью соображений Нариманова о Ленине!

И все по той простой причине, что после падения советского режима мы узнали другого Ленина. Вместо «доброго и мудрого Ильича» перед нами встал кровавый деспот, который создавал места заключения — особые лагеря даже для детей, настоящий Антихрист (если не ошибаюсь, даже теперь русская православная церковь не дает разрешения похоронить его на русской земле), которого трудно сравнивать даже с Робеспьером, потому что даже для последнего существовали какие-то «красные линии».

Нариманов в свое время был очень активным интеллигентом. И главное — по охвату своей политической деятельности он занимал почти первые рубежи среди тогдашних азербайджанцев, в любом случае, в истории советского Азербайджана нет равных ему лидеров.

Изучение его политической деятельности нужно нам для составления определенного представления о политической палитре, которая существовала в начале веке в нашем Азербайджане.

Но тут имеется одна весьма важная деталь. Во-первых, этот человек всегда считал себя настоящим коммунистом-большевиком.

Это и он сам особо подчеркнул в известном письме к своему сыну. Конечно, ему не чужды были национальные чувства или ценности, но все же не стоит представлять его, как националиста, национал-демократа и т.д. Историю надо воспринимать так, какой она была на самом деле.

Кроме того, этого человека в Азербайджане к власти привела 11-я Красная армия, то есть Москва, покончив с независимостью нашей страны.

Государственных деятелей, политиков с почтением вспоминают, в основном, по двум причинам. Кто-то сделал свою родину независимой, другие же превратили ее в свободное и демократическое государство. А  теперь посмотрим, что из этих заслуг можно приписать нашему Нариманову? Может он сделал Азербайджан независимым или же демократичным? Нет, ничего подобного не было.

Но все же, мы против слишком категоричных выводов по поводу исторических личностей. Плюс, по некоторым сведениям, великий Расулзаде якобы сказал о Нариманове: «Доктор боролся до конца!» Мы точно не знаем, принадлежат ли эти слова Расулзаде. Если тот на самом деле так высказался, тогда это следует считать самой высшей оценкой для Нариманова. Тем самым память о Нариманове, его имя, должны сохраниться.

Но нам, простым гражданам, кажется, что отношение к истории не должно быть однобоким, особенно, если учесть, что в теперешнем Азербайджане живут и торжествуют не идеи коммуниста — большевика Нариманова, а идеи Расулзаде, Топчубашева, Хойского и других. Азербайджан является политико-правовым преемником не советского Азербайджана, которого строили Нариманов и другие большевики, а Азербайджанской Демократической Республики, основателями которой были все те же Расулзаде, Топчубашев, Хойский. Поэтому отцы-основатели нашей первой Республики не должны оставаться в тени таких коммунистических деятелей, как Нариманов.

Думается, что все эти моменты довольно актуальны особенно теперь, когда призывы о необходимости исправления «исторической ошибки», то есть роспуска СССР, начали озвучиваться почти ежедневно российским президентом и членами его команды.

Плюс, кое-где, в том числе и у нас на Южном Кавказе, выражение «пятая колонна», к сожалению, еще полностью не ушло в прошлое, еще встречаются «желающие» выполнять «очередной исторический указ» Кремля. Поэтому напрашивается весьма резонный вопрос: насколько необратим и однозначен наш исторический, национальный выбор?