Как проблемы с топливом в России влияют на страны Центральной Азии

БАКУ/Trend/ - Проблемы с топливом в России, вызванные снижением нефтепереработки после серии ударов по НПЗ, постепенно выходят за пределы внутреннего рынка и начинают влиять на страны Центральной Азии.

8 июля российские власти ввели временный запрет на экспорт дизельного топлива до 31 июля. Ограничение не распространяется на поставки по межправительственным соглашениям, однако само решение стало очередным подтверждением напряжённой ситуации на рынке.

«Ситуация на топливном рынке остаётся напряжённой», — ранее заявил вице-премьер России Александр Новак.

По данным Kpler, в июне 2026 года переработка нефти на российских НПЗ снизилась до около 4,1 млн баррелей в сутки — минимального уровня за последние годы. Производство бензина оказалось примерно на 25% ниже, чем годом ранее, тогда как летнее потребление превышает объёмы выпуска.

Россия остаётся ключевым поставщиком бензина для ряда стран Центральной Азии. В 2025 году железнодорожным транспортом было экспортировано около 2,6 млн тонн бензина, из которых 526 тыс. тонн пришлось на Кыргызстан, 510 тыс. тонн — на Узбекистан и 406 тыс. тонн — на Таджикистан. Именно поэтому последствия дефицита так быстро распространились по региону.

Кыргызстан: наиболее уязвимая страна

Кыргызстан остаётся наиболее уязвимым государством региона. Более 90% импортируемого бензина республика получает из России.

Только за январь–май 2026 года российские поставки составили более 251 тыс. тонн автомобильного бензина, 235,1 тыс. тонн дизельного топлива и 48,15 тыс. тонн авиационного керосина. Для сравнения: внутреннее производство за тот же период достигло лишь 129,2 тыс. тонн бензина и 118,2 тыс. тонн дизеля, что пока не позволяет полностью заместить возможное сокращение импорта.

В конце июня Ассоциация нефтетрейдеров Кыргызстана сообщила о дефиците бензина марок АИ-95 и АИ-98 из-за ограничения поставок из России и сезонного роста спроса.

Власти начали срочный поиск альтернативных источников. Китай подтвердил поставку 3 000 тонн авиационного топлива и ведёт переговоры о поставке 5 000 тонн дизтоплива. Беларусь готовит поставки ещё 3 000 тонн авиационного топлива и около 10 000 тонн дизеля.

«Поставки из Китая мы ожидаем в течение 10 дней, из Беларуси — возможно, в течение 15–20 дней», — заявил первый заместитель председателя кабинета министров Кыргызстана Данияр Амангельдиев.

Кроме того, Казахстан рассматривает возможность экспорта нефтепродуктов в Кыргызстан, однако объёмы потенциальных поставок пока несопоставимы с российскими.

Узбекистан: рекордный рост цен при наличии резервов

В 2025 году Узбекистан получил из России около 510 тыс. тонн бензина. За январь–апрель 2026 года общий импорт достиг 568,7 тыс. тонн стоимостью $327,1 млн, что более чем вдвое превышает показатель аналогичного периода прошлого года.

Одновременно внутри страны за январь–май было произведено 502,2 тыс. тонн автомобильного бензина.

Главным проявлением российского кризиса стал резкий рост биржевых цен. К 29 июня стоимость АИ-92 на Узбекской республиканской товарно-сырьевой бирже достигла исторического максимума — 13,919 млн сумов за тонну. За месяц бензин подорожал примерно на 11,8%, причём наиболее резкий скачок произошёл в период с 4 по 8 июня, когда цена выросла на 10,5% всего за четыре дня.

Несмотря на это, власти подчёркивают наличие резервов.

«Я могу уверенно сказать, что на ближайшие два-три месяца наших запасов достаточно», — заявил первый заместитель министра энергетики Узбекистана Умид Мамадаминов.

По его словам, объём производства нефтепродуктов в стране превышает 1,2 млн тонн, а частный импорт добавляет ещё 600–700 тыс. тонн, что позволяет покрывать внутренние потребности.

При этом чиновник признал, что нынешняя геополитическая ситуация усиливает значение энергетической безопасности и требует не только накопления запасов, но и расширения собственных производственных мощностей.

Таджикистан: дефицит дизеля уже ощущается на АЗС

Таджикистан импортирует около 84% нефтепродуктов из России. В 2025 году республика ввезла более 1,21 млн тонн нефтепродуктов на сумму около $959,3 млн.

В начале июля 2026 года местные СМИ сообщили о нехватке дизельного топлива в Душанбе и ряде регионов. На некоторых АЗС продажа была прекращена, на других вводились ограничения — не более 20 литров на одного покупателя.

Стоимость дизеля достигала 13,9–15,5 сомони за литр в столице и около 15,6 сомони в отдельных регионах.

Таджикистан начал переговоры с Казахстаном, Туркменистаном и другими потенциальными поставщиками авиационного топлива.

«В настоящее время мы получаем информацию о местонахождении топлива, чтобы заключить соглашение и организовать его импорт», — заявил глава Агентства гражданской авиации Таджикистана Хабибулло Назарзода.

По его словам, таджикские топливные компании уже около недели ищут альтернативных поставщиков.

Казахстан и Туркменистан: возможные доноры региона

Казахстан и Туркменистан пока не сталкиваются с внутренним дефицитом автомобильного топлива.

Казахстан покрывает спрос за счёт собственных НПЗ и располагает запасами нефтепродуктов свыше 1,1 млн тонн. Однако страна уже ощущает косвенное давление — растёт приграничное потребление, увеличиваются риски серого вывоза топлива и поступают запросы соседних государств на дополнительные поставки.

Туркменистан, обладающий значительными перерабатывающими мощностями, также рассматривается как альтернативный источник топлива для региона.

Тем не менее возможности обеих стран ограничены внутренним спросом, действующими контрактами и логистикой, поэтому они способны лишь частично компенсировать сокращение российских поставок.

Нынешний кризис стал для стран Центральной Азии наглядной демонстрацией рисков чрезмерной зависимости от одного поставщика. Кыргызстан, Таджикистан и в определённой степени Узбекистан уже столкнулись с перебоями поставок, ростом цен и необходимостью экстренного поиска альтернативных источников топлива.

Даже если дефицит в России окажется временным, он, вероятно, ускорит пересмотр энергетической политики государств региона. Наиболее вероятным долгосрочным направлением диверсификации становится Китай, который активно расширяет транспортную инфраструктуру в рамках инициативы «Один пояс — один путь» и располагает значительными нефтеперерабатывающими мощностями.

Таким образом, российский топливный кризис уже сегодня влияет не только на внутренний рынок РФ, но и на всю систему региональной энергетической безопасности Центральной Азии.