Мона Лиза на продажу

Макрон превратил Лувр в коммерческую лавку
 

Парижский Лувр, воплощение мировой культуры и искусства, превращается в очередной предвыборный аттракцион Эмманюэля Макрона.
Так, глава французского государства, ставший для избирателей олицетворением неолиберального перформанса, объявил о грандиозном проекте по перемещению «Моны Лизы» в отдельный зал и строительству нового входа в музей. И все это происходит на фоне масштабных сокращений бюджета и урезания социальных расходов. Но если в стране не хватает денег на пенсии и здравоохранение, отчего бы не предложить очередную коммерческую аферу под соусом «возрождения» культуры?

Макрон уверяет, что проект будет финансироваться не за счет налогоплательщиков, а за счет частных доноров и самого музея. Однако президент Франции, как опытный фокусник, не уточняет, что большинство таких пожертвований облагаются налоговыми льготами. Другими словами, те же самые налогоплательщики, которым настойчиво советуют «затянуть пояса», все равно оплатят этот театр абсурда - пусть и через налоговые дыры для меценатов, среди которых, вероятно, окажутся его друзья из мира большого капитала.
Неужели музей, который из последних сил удерживает 9 млн посетителей в год, способен финансировать дорогущую реконструкцию, когда ему не хватает денег даже на ремонт? По оценкам внутреннего отчета Лувра за 2023 год, срочные работы по гидроизоляции, ремонту вентиляции и замене устаревших лифтов потребуют 60 млн евро. Но нет, в приоритете у Макрона - дорогой косметический ремонт, ориентированный на VIP-персон и туристов, которые, согласно плану его правительства, будут платить за вход дороже, если они не входят в ЕС.
Президент Пятой республики, для которого пиар-акции давно стали главным инструментом правления, не случайно выбрал Лувр в качестве новой сцены для своей постановки. Именно у стеклянной пирамиды он праздновал свою первую победу на выборах. Теперь, спустя несколько лет, когда его рейтинг трещит по швам, он вновь обращается к музейной символике, надеясь, что чарующая аура «Моны Лизы» отвлечет общественность от растущей инфляции, протестов и провалов его экономической политики.
В то время как французские фермеры бунтуют, пенсионеры вынуждены выбирать между оплатой счетов и едой, а рабочие бастуют против повышения пенсионного возраста, Макрон предлагает французам новую игрушку - коммерциализированный Лувр. «Время - деньги», - говорят бизнесмены. Макрон, видимо, решил, что искусство - тоже деньги.
Газета Le Parisien опубликовала утечку служебной записки, в которой подробно описывается удручающее состояние Лувра. Здание, наполненное произведениями искусства, буквально рассыпается. Экстремальные температуры, постоянные сбои в работе эскалаторов, ветшающая система вентиляции - все это представляет угрозу не только для посетителей, но и для бесценных экспонатов.
Но вместо того, чтобы решать эту проблему, Макрон и его министры играют в экономическую эквилибристику, выделяя 10 млн евро на изучение «возможностей реализации» проекта. Переводя на нормальный язык, это означает очередные бесконечные консультации, тендеры и отчеты, из которых львиная доля средств растворится в коридорах французской бюрократии, не оставив после себя ничего, кроме пафосных речей и никому не нужных презентаций.
Ключевая деталь этой реформы (скорее аферы) - перевод «Моны Лизы» в «независимо доступное» пространство. В переводе с политического на коммерческий язык это означает отдельный вход за отдельную плату. Представьте себе Лувр, где билеты делятся на «обычные» и «премиальные», а Леонардо да Винчи становится маркетинговым инструментом для увеличения прибыли для французских политиканов. Если идея приживется, кто знает, может, следующим шагом станет превращение Зала Аполлона в элитный ресторан, а экспозиции Древнего Египта - в ночной клуб в стиле «культурных вечеров с Тутанхамоном»? А Лувр превратится в Диснейленд.
Макрон, похоже, не просто разрушает государственное финансирование культуры, но и открывает дверь для полной коммерциализации музеев. Как известно, финансирование частными инвесторами ведет к их влиянию на экспозиции и культурную политику. Вполне возможно, что через несколько лет спонсоры потребуют убрать «менее популярные» или «менее коммерчески успешные» экспонаты, заменив их чем-то более «трендовым».
Сотрудники Лувра уже выразили свое мнение: деньги нужно направить на срочный ремонт, а не на новые проекты. Но когда министерство культуры Франции их слушало? Как подчеркивает член совета Лувра Валери Бод, «необходимость ремонта была известна всем - персоналу, министерству, правительству». Но, очевидно, не Макрону. Или же ему просто удобнее игнорировать неудобную правду?
Вопрос не только в Лувре, но и в общей культурной политике Франции, которая, похоже, предпочитает блестящие инициативы повседневным нуждам национального достояния. Миллионы туристов ежегодно посещают этот музей, восхищаются его шедеврами, но что они увидят через несколько лет, если здание, требующее неотложных реставрационных работ, продолжит разрушаться? Власти говорят о привлечении частных инвестиций, но могут ли они гарантировать, что исторический символ Парижа не окажется в заложниках у бизнес-интересов?
Ремонт - это не просто техническая необходимость, это вопрос уважения к истории, искусству и национальной идентичности. Если даже Лувр, сердце культурного наследия Франции, оказывается на грани запустения, что тогда говорить о менее значимых, но не менее ценных исторических объектах? Или же правительство сознательно ведет политику приоритета имиджевых проектов над сохранением прошлого? Вопрос остается открытым, но пока стены Лувра трещат, а чиновники делают вид, что ничего не происходит, ответ напрашивается сам собой.
Эта ситуация напоминает очередной акт «макронизма» - политической философии, где глянцевый фасад подменяет суть, а национальное достояние превращается в коммерческий продукт. Макрон уже проверял эту стратегию, пытаясь продать французам «реформу» пенсионной системы под соусом «прогрессивного будущего», несмотря на массовые протесты. Теперь он берется за Лувр - воплощение мировой культуры, который рискует стать всего лишь дорогим брендом на глобальном рынке развлечений.
Официальная риторика обещает «улучшение доступности» и «новые возможности для посещений», но за этими словами, как и прежде, кроется не забота о культуре, а рыночная логика: максимизировать прибыль, снизить расходы, привлечь спонсоров и туристов, а не ценителей искусства. Лувр, некогда храм искусства и истории, рискует превратиться в аттракцион, где главная ценность - не гениальные полотна, а билеты, сувениры и фуд-корты.
Главный вопрос остается неизменным: купятся ли французы на эту аферу? Будут ли они, как и в случае с пенсионной реформой, вынуждены выйти на улицы, чтобы напомнить властям, что культурное наследие - это не товар и не политический инструмент, а душа нации, которую нельзя продавать по частям?
Одно можно сказать точно: если бы Леонардо да Винчи знал, что его «Джоконда» станет рекламным баннером очередного политического проекта Макрона, он, вероятно, нарисовал бы ее с другой эмоцией - не с загадочной улыбкой, а с усталым, разочарованным взглядом.