Москва делает вид, что всё под контролем. Но поезд уже ушёл

На Смоленской площади на прошлой неделе прокомментировали переговоры в Абу-Даби. Россия готова внести вклад в урегулирование отношений Еревана и Баку, заявил замглавы МИД РФ Михаил Галузин, добавив, что магистральные направления движения к нему были обозначены в трёхсторонних договорённостях лидеров РФ, Азербайджана и Армении в 2020 и 2022 годах. «Мы полагаем, что по этим направлениям и надо двигаться: подготовка мирного договора, разблокирование экономических связей и транспортных коммуникаций в регионе, делимитация границ с последующей демаркацией, налаживание диалога между гражданскими обществами и парламентами Армении и Азербайджана. И, конечно же, российская сторона как один из участников трёхсторонних договорённостей готова и далее вносить свой вклад в их реализацию. Естественно, в той форме, в какой это будет удобно обеим сторонам», — заверил Галузин.

Любопытное, на самом деле, высказывание российского дипломата. И не в последнюю очередь — из-за упоминания документа 2022 г. Это, напомним, пражские договорённости. До последнего времени в Москве весьма нервно относились к посредничеству Евросоюза — настолько, что на уровне Марии Захаровой предъявляли претензии Пашиняну: как это он мог по инициативе европейцев подписать документы в Праге, где признавалась территориальная целостность Азербайджана. Не упускали в Москве и случая пройтись по адресу Европейской наблюдательной миссии в Армении. Теперь же, судя по словам Галузина, Смоленская площадь готова делить «посреднический пирог» с ЕС. Но вся проблема в том, что Евросоюз своё посредничество перед этим похоронил сам — во время встречи в Гранаде, и запустить его с чистого листа уже не смог.

Тем более трудно говорить об успешных посреднических усилиях самой России. Напомним: по горячим следам именно Москва обещала помочь сторонам с делимитацией границ. Тем более что у Кремля были во всех смыслах «козырные карты» — те самые карты Генштаба СССР, где границы республик были обозначены с наибольшей точностью. Однако этот шанс Москва упустила — по инициативе Еревана, где очень быстро поняли, что в случае делимитации по картам придётся уступать Азербайджану солидные территории в приграничье. Какой-то период посредником в вопросе делимитации выступал Евросоюз. Но затем стороны вышли на прямой диалог, и на первом же его этапе Азербайджану были возвращены четыре села в Газахском районе. Посредники свой шанс просто упустили. И не только в вопросах делимитации границ, кстати говоря. Нельзя не заметить, что заявление Галузина прозвучало после того, как стороны — Азербайджан и Армения — вышли на прямой диалог и обсуждают самые спорные вопросы — от делимитации границ до Зангезурского коридора — один на один. Встреча в Абу-Даби, напомним, прошла без посредников в классическом варианте — власти ОАЭ просто предоставляют площадку, но не пытаются навязывать сторонам своё видение мирного договора.

Ещё интереснее обращение Галузина к трёхстороннему заявлению 2020 года. Насколько этот документ сохраняет свою актуальность сегодня, когда российские миротворцы из региона выведены, можно, конечно, поспорить. Однако именно в трёхстороннем заявлении впервые была прописана идея Зангезурского коридора — сухопутной связи между западными районами Азербайджана и Нахчываном, причём безопасность этой дороги должны были обеспечивать российские пограничники. И почти что за три года, пока в регионе находились российские миротворцы, а нынешний «убеждённый западник» Никол Пашинян обсуждал с Москвой выделение дополнительных земель под новые дислокации российской военной базы, вопрос с Зангезурским коридором не продвинулся ни на шаг.

Теперь стороны обсуждают его напрямую, и самое неприятное — в прессе и экспертном сообществе заговорили об американском контроле над коридором. Что для Москвы, понятное дело, очень болезненно. И теперь Смоленская площадь в форме интервью реанимирует старый документ, где контроль над Зангезурским коридором — именно у Москвы. Это для России — по сути, последний шанс «вскочить в уходящий поезд» и продемонстрировать, что её на Южном Кавказе ещё слишком рано сбрасывать со счетов.

Только, похоже, поезд уже ушёл. И для Брюсселя, и для Москвы, и для живущей в состоянии «овоща» Минской группы ОБСЕ.