Политический флюгер: прокуратура Южной Кореи резко активизировала дело против бывшей первой леди

После импичмента президента Юн Сок Ёля южнокорейская прокуратура активизировала расследование в отношении его супруги, бывшей первой леди Ким Гон Хи. Долгое время дело буксовало, вызывая критику со стороны оппозиции и гражданского общества, однако теперь политическая конъюнктура резко изменилась. Обвинения, ранее названные «необоснованными», в том числе и правящей партией, стали предметом пристального внимания следственных органов. Более того, с официальными извинениями за поведение Ким выступила и та самая партия, что еще вчера называла скандал «охотой на ведьм».

Об этом пишет rg.ru.

В настоящий момент следствие развивается сразу по нескольким направлениям. Центральным фигурантом оказался скандально известный шаман Чон Сон Бэ (известный как «Кончжин-попса»), которому Ким Гон Хи якобы обязана своими связями с влиятельной и богатой сектой «Церковь объединения». Согласно данным прокуратуры, он передал два роскошных женских аксессуара - сумки Chanel - сотруднице президентской администрации Ю Гён Ок, которая, в свою очередь, обменяла их в бутике на другие товары, доплатив по карте. Ю уже запрещен выезд за границу, как и главе «Церкви объединения» Хан Хак Ча.

Но это только верхушка айсберга. Второй бывший сотрудник администрации - по фамилии Чо - подозревается в содействии лоббизму: через него могло проходить продвижение проекта по освоению земель на реке Меконг в Камбодже с использованием корейской госпрограммы ODA (государственная помощь развитию). Примечательно, что вскоре после личной встречи одного из лоббистов с президентом Юном в 2022 году, южнокорейский Минфин удвоил лимит льготных кредитов для Камбоджи.

В деле стали всплывать и имена из предыдущих скандалов. Все тот же Чо фигурировал в истории с пастором Чхве Чжэ Ёном - проживающим в США религиозным деятелем, который, по некоторым данным, просил Ким Гон Хи содействовать перезахоронению политика корейского происхождения на Национальном кладбище. Взамен, как утверждается, он подарил ей украшения - в том числе дорогое ожерелье - и брендовые аксессуары, включая сумку Dior. Посредником вновь выступил Чо, передававший также контактные данные чиновников Министерства по делам патриотов и ветеранов.

По данным следствия, Чхве неоднократно звонил Чо после этих «просьб», получая в ответ откровенные упоминания о «сигналах из Сочхо-дона», то есть - от Ким Гон Хи.

Не остался в стороне и третий фигурант - Чон, бывший сотрудник компании Covana Contents, основанной первой леди. Он, по утверждению прокуратуры, контактировал с окружением шамана Чона вплоть до его ареста и даже сменил телефон после появления первых подозрений.

Особо настораживает тот факт, что все трое подозреваемых - бывшие сотрудники так называемого Второго офиса при президентской администрации, а значит люди из ближайшего круга. Прокуратура уже провела обыски в квартире Ким Гон Хи в Сочхо-доне, в офисе Covana Contents, а также в жилищах фигурантов дела. Следователи заявили, что намерены допросить всех бывших помощников Ким Гон Хи.

Между тем критики указывают, что прокуратура ведет себя как флюгер. По мере смены политического климата в стране трансформируется и подход следователей. Еще недавно неприкосновенная первая леди сегодня становится объектом полномасштабного уголовного преследования.

Примечательно, что до импичмента Юна прокуратура явно не рвалась в бой в отношении дел, связанных с первой леди. Расследования были проведены, но многие считали их поверхностными и сделанными с явной целью снять обвинения. Теперь же все поменялось. Теперь вопрос стоит не в том, будет ли предъявлено обвинение жене экс-президента, а когда именно это случится.

В самой прокуратуре отрицают политическую мотивацию, утверждая, что изменения в подходе вызваны новыми обстоятельствами, а также тем фактом, что Ким Гон Хи больше не имеет статуса, затруднявшего ее вызов на допросы. Впрочем, секретом Полишинеля является тот факт, что Юн Сок Ёль негативно реагировал на попытки «дотянуться» до его жены, что следователи корейской прокуратуры явно принимали во внимание, пока тот был президентом.