Реформировать СБ ООН: многие не против, но как? Бэккер и Рар на

Лидеры стран Группы двадцати (G20) высказались за реформу Совета безопасности ООН. Об этом говорится в итоговой декларации саммита объединения в Рио-де-Жанейро. Как следует из документа, опубликованного на сайте G20, участники саммита считают необходимым укрепление роли Генеральной Ассамблеи ООН как «ведущего совещательного, законодательного и представительского органа» всемирной организации в том числе в вопросах «поддержания международного мира и безопасности за счет усиленного и налаженного взаимодействия с Советом Безопасности».

«Мы поддерживаем реформу Совета безопасности, которая отвечала бы требованиям и реалиям XXI века, сделала бы его более репрезентативным, инклюзивным, действенным, эффективным, демократичным и ответственным, а также более прозрачным для всех членов ООН», — отмечается в заявлении.

Лидеры стран «двадцатки» при этом «призвали к расширению состава Совета безопасности», за счет чего было бы увеличено представительство стран Африки, Азиатско-Тихоокеанского региона, Латинской Америки и Карибского бассейна.

Да, трудно не согласиться с мнением, что ООН уже не способна решать многие из возникающих в этом мире проблем. Слишком много в последние годы войн, военных преступлений, в том числе против гражданского населения, а Совет безопасности ООН, в силу разности интересов его членов, не в состоянии консолидировано противостоять этому. Но возможна ли такая реформа ООН? Кто ее может или вправе инициировать? Есть ли для этого некий записанный, предусмотренный механизм? Ведь ясно, что если нет утвержденной процедуры, то найдется кто-нибудь в том же Совбезе, кто выступит против. 

Своими соображениями на сей счет согласились поделиться с Caliber.Az зарубежные эксперты.

Польский аналитик, профессор факультета политологии и международных исследований Торуньского университета имени Николая Коперника Роман Бэккер говорит, что вопрос о возможностях реформирования ООН очень интересен, но ответ должен быть во многом пессимистичным. 

«Совет безопасности устроен таким образом, чтобы уметь предотвратить агрессию со стороны любых других государств в рамках соглашения между великими державами-победительницами во Второй мировой войне. Однако эта концепция перестала работать с созданием Советским Союзом «железного занавеса» спустя три года после Ялты. С начала «холодной войны» ООН была неэффективна в тех случаях, когда агрессор был одним из постоянных членов Совета безопасности. Неудивительно, что агрессия Советского Союза (например, против Венгрии в 1956 году) не вызвала никакой реакции со стороны Совета безопасности», - пояснил исследователь.

По его словам, сегодня мир все больше делится на два противоборствующих блока, которые весьма условно можно назвать Западом и БРИКСом.

«Взаимопонимание между ними становится все сложнее, вместо диалога возникает подозрительность, а торговля заменяется вооружениями. В настоящее время не только Совет безопасности, но и Генеральная Ассамблея ООН все менее способны прийти к общему согласию по элементарным фактам очевидных нарушений основных принципов Устава ООН.

На данный момент ООН может быть лишь трибуной для изложения своих аргументов, выдвижения новых инициатив, местом встреч и переговоров. Однако это не та организация, которая способна каким-либо образом влиять на то, что происходит в мире», - отметил с сожалением Бэккер.

Немецкий политолог, профессор Института международной политики WeltTrends (Потсдам) Александер Рар заявил, что, по его мнению, страны БРИКС смогут со временем выступить единым фронтом и сломать сопротивление коллективного Запада, который так противится признать реальность многополярного мира. 

«Америка с Европейским Союзом держатся за формат G7, воспринимая его в качестве мирового правительства. Но реальность уже такова, что этим мировым правительством становится G20. Призыв G20 наконец реформировать Совет безопасности ООН не останется без последствий. Вопрос будет скоро поставлен остро в ООН. Да, американцы могут еще накладывать свое вето против расширения состава постоянных членов СБ ООН, но не бесконечно», - уверен профессор Рар.