Важно и несерьезно Пашинян верен своему кредо

Накануне премьер-министр Армении Никол Пашинян выступил в парламенте на обсуждении бюджета на 2025 год. По традиции, он также отметился и политическими заявлениями. И опять-таки, по традиции, их не очень легко понять. Хотя общий посыл, несмотря на некоторую путанность формы, ясен.

Если кратко, то в новой речи Пашинян продолжает воспитательные беседы в духе противопоставления «реальной Армении» мифической, красных одежд для быков и прочих образных сравнений. Так, одним из центральных пунктов выступления стала мысль, что мир воспринимает армян как нацию-жертву. Продолжая мысль, Пашинян заявляет: «Это итог моих впечатлений. В целом, месседж, который мы хотим направить миру, заключается в том, что миссией нашего правительства мы считаем преодоление положения нации-жертвы». Затем премьер пытается дальше размышлять на эту тему и делает, на мой взгляд, важное заключение: «Нашим среднестатистическим откликом на эту реальность было следующее: лучшей формулой преодоления положения нация-жертва является нация-армия. Но должен констатировать, что я не уверен в том, что это правильная реакция на первую формулировку, потому что мои размышления приводят меня к выводу, что нация-армия является продолжением логики нация-жертва».

Несмотря на некоторую неточность, мысль содержит здравое зерно. Концепция «нации-армии», в общем-то, никогда не принимала в Армении доминирующий характер. В отличие от Израиля, где служат даже девушки, армия не обладает каким-то особым пиететом в армянском обществе. Однако, сказав это, Пашинян, мне кажется, говорит не столько о прошлом и настоящем, сколько о будущем. Ведь после поражения в войне 2020 года в экспертных кругах Армении стала набирать популярность идея мобилизационного общества, в стране увеличилось число разнообразных военизированных курсов, в целом активно обсуждается возможность построения именно «нации-армии». Стоит ли отмечать, что главный посыл подобных идей не в защите Армении, а в попытке в будущем взять реванш у Азербайджана. Таким образом, слова Пашиняна о том, что «нация-армия» является продолжением логики «нация-жертва», достаточно точно вскрывают болезненную суть и плачевные перспективы подобной стратегии. Варчапет между строк предостерегает: концепция «нации-армии» в силу своей внешней, реваншистской направленности способна принести армянскому народу только горе.

Впрочем, Пашинян идет еще дальше: «Я говорю это, анализируя наши проблемы, в том числе наши собственные ошибки, но я не хочу, чтобы мы оказались в тупике, я предлагаю и решение. Я говорю, что нам нужно избрать другую логику — логику государства, государства, которое действует исключительно, только и только исходя из собственных интересов». Если сопоставить эти слова с выступлением премьера в комплексе, то здесь уже Пашинян недвусмысленно намекает на то, что реваншистские настроения в Армении непосредственно насаждаются внешними игроками.

Впрочем, всё это было бы важно, если бы не было столь несерьезно. Ведь непоследовательность Пашиняна стала уже притчей во языцех. Если Пашинян и последователен в чем-то, то только в своей непоследовательности, и мы, скорее всего, удивимся, если он через неделю-другую не скажет что-нибудь противоречащее тем тезисам, которые он озвучил 3 декабря.

Более того, активная милитаризация Армении, проводимая Пашиняном, входит в разрез с озвученными им же мыслями — она если и не служит целям создания «нации-армии», то, во всяком случае, нацелена на вооруженное противостояние с Азербайджаном.

Однако давайте в порядке эксперимента представим себе и другую картину. Пашинян действительно видит пагубность внешнего управления Арменией и хотел бы большей субъектности своей страны на основе полного примирения с соседями. Может ли он сорваться с франко-американского крючка, который снабжает его не только всевозможными средствами, но и рейтингом? Вопрос, скорее, риторический.