Воронежские корни Джулани неожиданно

Президент Сирии Ахмед Аш-Шараа, известный также как аль-Джулани, назначил главой своей администрации старшего брата – Махера Аш-Шараа. В этом проявилась и восточная традиция подтягивать во власть своих, и стремление опереться на надежного человека, в то время как руководство страной, еще не пришедшей в себя после свержения Башара Асада, весьма нелегкая задача. Особый же интерес в этом назначении вызывает российская часть биографии нового главы президентской администрации.

В отличие от младшего брата, позже учившегося в университете Дамаска, Махер Аш-Шараа отправился на учебу в Россию, где окончил Воронежскую государственную медицинскую академию им. Николая Бурденко. Став специалистом в области акушерства и гинекологии, Махер вернулся в Сирию, где восемь лет работал в Министерстве здравоохранения заведующим отделом как раз акушерства и гинекологии. А когда начались события «арабской весны», он оказался на какое-то время в тюрьме. Из нее ему будто бы удалось бежать, и четыре года он работал врачом в Саудовской Аравии, а с 2018 – в Воронеже.

Наличие «русского» брата будто бы позволяет говорить о возможности установления доверительных отношений между Джулани и российским руководством, но это был бы поспешный вывод

Воронеж Махер Аш-Шараа снова выбрал неслучайно, не только потому что он там учился. Во время учебы в России он женился на российской гражданке Татьяне Закировой. Там же у него родился старший сын Рашид, который учится в Воронежском университете.

У пары еще двое детей: Мария двадцати лет и Камиль тринадцати. Пока, кстати, неясно, присоединилась ли семья к отцу после того, как тот вернулся в Сирию. Ведь Татьяна Закирова, у которой также есть сирийское гражданство, занималась в России бизнесом с 2000 года, будучи совладелицей фирмы, которая специализировалась на ландшафтном дизайне и получала немалые суммы на благоустройство от властей Воронежа.

Сам Махер в 2022 году вернулся в Сирию, в провинцию Идлиб, через Турцию. Там он также вел врачебную практику и был заместителем министра здравоохранения оппозиционного руководства провинции. После свержения режима Асада в декабре прошлого года стал министром здравоохранения в переходном правительства, а теперь вот возглавил президентскую администрацию.

Наличие «русского» брата будто бы позволяет говорить о возможности установления доверительных отношений между Джулани и российским руководством, но это был бы поспешный вывод. Махер Аш-Шараа в первую очередь брат своего брата, который называет себя сирийским националистом, и его успех стал возможен благодаря активной поддержке со стороны Турции. Во вторую очередь Махер – сириец, а в Сирии отношение к России даже не холодное: ее справедливо считают пособницей режима Асада и причиной многих бед сирийского народа. Знания, приобретенные в России и о России, не помешают новым руководителям Сирии.

Ну и, конечно, если Джулани нужно будет с кем-то поговорить по-русски без участия переводчика, брат ему всегда поможет.