Высокие ставки Алиева и Пашиняна в Дубае актуальный комментарий

На фоне обострившегося дипломатического фона между Азербайджаном и Россией, а также усиления международного интереса к региональной стабилизации на Южном Кавказе, появилась информация о возможной встрече лидеров Азербайджана и Армении с целью подписания мирного соглашения.

Согласно публикации в британском издании Middle East Eye (MEE), предполагается, что встреча президента Ильхама Алиева и премьер-министра Никола Пашиняна может состояться уже в конце июля в Объединённых Арабских Эмиратах. Упоминается, что инициатива организовать переговоры в Дубае исходит от третьей стороны, а дипломатические источники, на которые ссылается британское издание, не исключают, что обсуждение может перейти в фазу подписания документа.

Примечательно, что и Ереван, и Баку пока воздерживаются от прямых комментариев относительно возможной встречи в Дубае. Что указывает на сохраняющуюся тонкость и чувствительность переговорного процесса, а также высокие ставки для обеих южнокавказских столиц

Примечательно, что информация о завершении работы над текстом мирного договора была публично подтверждена обеими сторонами. Однако Баку чётко обозначил два базовых условия, без выполнения которых соглашение не вступит в силу - отказ Армении от закреплённых в её Конституции территориальных претензий и окончательный отказ от платформы Минской группы ОБСЕ, утратившей, по мнению Азербайджана, свою правовую и политическую легитимность.

На этом фоне сообщения о готовности к встрече в третьей стране, не вовлечённой напрямую в конфликт и не ассоциирующейся с прежними форматами армяно-азербайджанского урегулирования, выглядят как тактический ход обеих сторон, стремящихся не столько к подписанию мирного договора, сколько к демонстрации конструктивности в глазах внешних партнёров. Дубай, как возможная площадка, обладает для обоих государств необходимым политическим нейтралитетом, дипломатической гибкостью и символической ценностью. Помимо этого, Объединённые Арабские Эмираты стремятся позиционировать себя в роли глобального медиатора, активно инвестируя в свои миротворческие амбиции на Ближнем Востоке, в Африке и вот теперь на Южном Кавказе.

Состоявшиеся 25 июня контакты между внешнеполитическими ведомствами Баку, Еревана и Абу-Даби усилили предположения о реальности данного формата встречи. Переговоры министра иностранных дел ОАЭ шейха Абдаллы бин Заида Аль Нахайяна с Джейхуном Байрамовым и Араратом Мирзояном подтверждают интерес Эмиратов к роли модератора. Отметим также, что это дипломатическое взаимодействие далеко не случайно — в нем просматривается стремление сформировать архитектуру новой региональной многосторонности, в которой такие традиционные акторы, как Россия и Иран, понемногу уступают пространство более гибким и экономически мотивированным игрокам.

Дубай, как возможная площадка, обладает для обоих государств необходимым политическим нейтралитетом, дипломатической гибкостью и символической ценностью

В то же время политический контекст внутри Армении существенно сдерживает перспективу окончательного подписания мирного договора. Поскольку Никол Пашинян входит в электоральную фазу, проведение в Армении конституционного референдума, который является одним из ключевых условий Баку, в краткосрочной перспективе выглядит малореалистичным. Попытка же вынести на обсуждение вопрос изменения Основного закона до парламентских выборов может быть воспринята армянским обществом как капитуляция и вызвать внутреннюю дестабилизацию. Как следствие, эти соображения ограничивает переговорную гибкость Еревана.

В то же время дипломатические источники указывают на активное участие Вашингтона в разработке компромиссных предложений, особенно в контексте так называемого Зангезурского коридора. Инициативы США, частично совпадающие с предложениями Евросоюза, включают возможность передачи контроля над этим транспортным маршрутом нейтральной частной компании. В условиях, когда Москва фактически исключена из процесса, Соединенные Штаты стремятся консолидировать свою роль главного посредника, особенно в формате администрации Дональда Трампа, чьи представители, как сообщалось, даже связывали перспективу подписания армяно-азербайджанского мирного договора с возможным получением президентом США Нобелевской премии мира.

Позиция Армении, озвученная через официальные каналы, остаётся осторожной и юридически выверенной. Как отметила представитель армянского МИД Ани Бадалян, Ереван продвигает собственную концепцию «Мирного перекрёстка», акцентируя внимание на разблокировании коммуникаций без ущерба для суверенитета страны. Это позиционирование отражает желание Армении участвовать в региональной интеграции на собственных условиях, избегая создания прецедентов внешнего контроля над своей территорией.

Инициативы США, частично совпадающие с предложениями Евросоюза, включают возможность передачи контроля над Зангезурским коридором нейтральной частной компании

Заявления анонимного армянского чиновника, озвученные в той же публикации MEE, подтверждают неизменность «красных линий» для Еревана – полное отторжение идеи любого внешнего контроля и готовность к переговорам исключительно на паритетной основе. Примечательно, что и Ереван, и Баку пока воздерживаются от прямых комментариев относительно возможной встречи в Дубае. Что указывает на сохраняющуюся тонкость и чувствительность переговорного процесса, а также высокие ставки для обеих южнокавказских столиц.

Для Баку подписание мирного соглашения стало бы закреплением в юридической плоскости итогов конфликта 2020–2023 годов, а для Еревана — потенциальной возможностью выйти из дипломатической изоляции и разблокировать экономические перспективы. Однако путь к соглашению остаётся сложным и зависит от множества переменных составляющих - от внутриполитических процессов в самой Армении до стратегических расчётов таких глобальных акторов, как США, Евросоюз и Турция.

Вопрос о том, станет ли Дубай площадкой исторического прорыва или просто очередным этапом на длинном и извилистом пути к миру, остаётся открытым. Но сам факт обсуждения этой локации свидетельствует о том, что процесс нормализации выходит за рамки традиционных форматов и перетекает в фазу новой дипломатической конфигурации, в которой важны не столько протокол и география, сколько гибкость, доверие и взаимная готовность к компромиссу.