Как стало известно Icma.az, со ссылкой на сайт Haqqin.
США все еще активно готовятся (либо имитируют) к широкомасштабным военным операциям против Ирана. И в случае, если все же президент Соединенных Штатов Дональд Трамп примет решение об ударе, участие Израиля в войне станет неизбежным. Поскольку в свою очередь исламская республика угрожает асимметричными ракетными ударами по еврейскому государству.
Еще прошлым летом Израиль предпринял самостоятельные военные действия, чтобы вывести из строя иранские ядерные объекты. Спустя 12 дней к операции присоединились США, нанеся удары тяжелыми стратегическими бомбардировщиками по ядерным объектам под землей.
В ходе 12‑дневной войны Израиля против Ирана локомотивом подрывной работы внутри страны были внедренные в страну агенты «Моссада». Именно израильские агенты управляли дронами, которые наносили удары по системам ПВО, ракетным установкам и домам высокопоставленных представителей военной элиты. Один из этих агентов впервые рассказал израильскому телевидению, как именно уничтожалась баллистическая установка.
Агенты «Моссада» были внедрены в Иран и действовали внутри страны
Речь идет о гражданине Ирана, сотрудничавшем с «Моссадом» над созданием оружейной системы для ликвидации пусковой установки баллистических ракет, нацеленной на Израиль. В ночь с 12 на 13 июня 2025 года он выполнил миссию, которую позже описал в интервью Илане Даян в программе «Увда» на 12‑м канале.
Еще до начала воздушных ударов «Моссад» снабдил своих агентов высокоточным оружием — ракетами Spike NLOS, предназначенными для уничтожения зенитных комплексов и других целей. Эти ракеты были тайно ввезены в Иран в разобранном виде, собраны на месте и приведены в боевую готовность. Кроме того, стало известно, что «Моссад» создал на территории Ирана множество скрытых мастерских для сборки дронов‑камикадзе.
Агент, известный под псевдонимом «Араш», участвовал в операции в самом начале израильско‑иранской войны — вскоре после старта военной кампании Армии обороны Израиля «Восходящий лев». Он называл себя «глазами Моссада». Араш подчеркнул, что все время поддерживал связь со штаб‑квартирой «Моссада» в Тель‑Авиве.
«Наша задача заключалась в том, чтобы взять особое оружие, собрать все компоненты и подготовить его к запуску», — рассказал Араш. По его словам, во время обучения в Израиле он мог собрать систему менее чем за час, а в Иране на это уходило около часа сорока минут.
Он добавил, что однажды был вынужден прервать работу, заметив приближающиеся автомобили. «Я ничего не знал о нашей цели, просто… мы получили координаты», — сказал он.
О чем рассказывает «Араш»
«Все было готово. Чтобы завершить работу, мне оставалось только нажать на кнопку и уйти. Мы находились в машине с пусковой установкой и ракетами. Маскировка была отличной, все идеально — никто не мог нас опознать. Потом была напряженная поездка к цели и долгое ожидание. Приказ на запуск я получил лишь спустя два часа. Это было ужасно. Я сильно переживал», — признается агент «Моссада».
В сообщении отмечалось, что миссия начала действовать с трех часов ночи.
«У нас был всего один шанс на запуск. Я сказал: «Хорошо, давайте сделаем это». Когда мы запустили ракеты, в них была встроена камера, и я видел нашу цель — пусковую установку, готовую к запуску баллистических ракет по Израилю. Мы уничтожили ее», — рассказал он.
Араш отметил, что сразу сообщил в штаб‑квартиру, что он и его команда «выполнили свою работу».
«Да, вы это сделали», — ответили ему. Он признался, что в тот момент ему хотелось закричать: «Да, мы это сделали!»
«Мы хотели отпраздновать прямо там, но должны были держать все под контролем. Нужно было все организовать и благополучно вернуться в убежище», — пояснил он.
Враг – не Израиль, а иранский режим
Араш родился в Иране, ему около сорока лет. Мужчина служил в иранской армии и учился в местном университете, сообщает N12.
«Когда мне было 11 лет, однажды ночью моя сестра не вернулась домой. Это была ужасная ночь для нас», — вспоминал он. В тот вечер семья отправилась в полицию и узнала, что сестру арестовали и подвергли пыткам за отказ от хиджаба. Родителям удалось добиться ее освобождения, после чего семья покинула Иран и эмигрировала на Запад. Но репрессии иранских властей оставили неизгладимую душевную рану у Араша.
«С возрастом я понял, что без посторонней помощи ничего не добьюсь», — сказал он.
В отчете отмечается, что Араш, сидя за компьютером 10 лет назад, решил связаться с «Моссадом» через интернет‑поиск.
«Я открыл страницу, чтобы отправить сообщение. Принять решение мне было очень сложно», — вспоминает он.
«Вы понимаете, что перешли черту, вступив в сговор с главным врагом вашей страны?» — спросила его Илана Даян.
«Нет, подождите, прекратите. Когда вы говорите об Иране, вы имеете в виду мою страну, мой народ, а не режим. «Моссад» — не враг моей страны, это враг моего врага», — парировал Араш.