По материалам сайта Бакинский рабочий, передает Icma.az.
На фоне обсуждений проекта государственного бюджета следующего финансового года в экономических кругах задаются главным вопросом темы - почему солидные финансовые возможности не обеспечивают более высоких темпов экономического ускорения, и какие нужны изменения для раскрытия нашего инвестиционного потенциала?
Понятно, что само по себе наличие финансовых ресурсов еще не гарантирует расширения производства, увеличения производительности и создания новых рабочих мест, а потому важно определиться: какие именно реальные источники гарантируют дальнейшее ускорение национального хозяйства?
Вместе с тем бюджетные прогнозы должны опираться на реальные экономические предпосылки, а инвестиционные расходы приносить измеримую пользу. Последние показатели развития экономики становятся поводом задуматься о качестве прогнозирования, эффективности использования имеющихся ресурсов и возможностях ускорения роста.
Наша беседа с доктором экономических наук, профессором Салехом Мамедовым коснется не только перечисленных тем, но и того, какие изменения в экономической политике способны принести реальные результаты.
- Скажите для начала, какие основные вопросы возникают при оценке проекта финансового плана страны на будущий год?
- Прежде всего необходимо рассматривать бюджет не только с точки зрения его доходов и расходов, но и в контексте ожидаемой экономической динамики. Важно понимать, насколько предусмотренные финансовые ресурсы соответствуют поставленным задачам развития.
Напомню, что по проекту государственной казны, ее доходы на следующий год предусмотрены в размере 39 млрд 254 млн манатов, расходы составят 42 млрд 400 млн манатов, а разница достигает 3 млрд 146 млн манатов. Трансферт из Государственного нефтяного фонда в казну между тем уменьшится до 11,9 млрд манатов.
При этом правительство рассчитывает, что ускорение в экономике будет на уровне 2,7%, и внутренний валовый продукт, таким образом, достигнет 141 млрд манатов в номинальном выражении. Ненефтегазовый сектор, согласно прогнозу, должен вырасти на 4,4%, а среднегодовая инфляция ожидается на отметке 5,3%. И, как известно, в основу бюджетных расчетов заложена весьма консервативная среднегодовая цена нефти на уровне $65 за баррель.
Что касается среднесрочной динамики, через год правительство ожидает некоторое снижение динамики в национальном хозяйстве до 2,6% с последующим ускорением процесса: до 4,2% в 2029-м и 3,6% в 2030 году. Среднегодовой темп за этот период составит около 3,3%. Но данные по траектории роста нуждаются в сравнительно более глубоком экономическом обосновании: какие отрасли обеспечат ускорение, на какие денежные вливания будут создаваться новые производственные мощности? Наконец, возникает вопрос о том, как именно предполагаемый рост отразится на занятости и доходах населения?
Говоря по сути, за каждой приведенной цифрой должны стоять сбалансированные экономические процессы и механизмы, позволяющие получить ожидаемый результат. Иначе прогнозы останутся на бумаге, как это были в последние годы.
- В таком случае, спрашивается, почему фактическая динамика экономики нередко ниже первоначальных ожиданий?
- На самом деле здесь мы сталкиваемся с одной из наиболее серьезных сторон экономического управления. Расхождения между прогнозными и фактическими показателями наблюдаются не первый год, и их нельзя объяснять исключительно изменением внешней конъюнктуры.
Например, при подготовке бюджета на прошлый год предполагался рост ВВП на 3,5%. Однако фактически экономика выросла на 1,4%. Расхождение составило 2,1 п. п. При этом нефтегазовый сектор сократился на 1,6%, тогда как ненефтегазовый вырос на 2,7%.
На текущий год первоначально прогнозировался рост экономики на 2,9%. Однако впоследствии правительственная оценка была пересмотрена до 1,7%. Последние опубликованные данные Госкомстата показывают, что за январь - октябрь нынешнего года ВВП увеличился на 1,7%. При этом нефтегазовый сектор сократился на 0,9%, а ненефтегазовый вырос на 2,9%.
Считаю, подобная динамика свидетельствует о необходимости пересмотра методов и технологий прогнозирования, ведь если фактические результаты систематически отличаются от первоначальных ожиданий, необходимо выяснять, насколько скрупулезно учитываются реальные процессы, происходящие в экономике.
На мой взгляд, одна из причин заключается в недостаточности информационной базы. При прогнозировании преимущественно используются структурированные данные официальной статистики. Да, они, безусловно, необходимы, но не позволяют в полной мере оценить текущие изменения в экономической активности.
Кроме того, прогнозы должны учитывать не только динамику отдельных отраслей, но и производительность труда и капитала, загрузку существующих мощностей, инвестиционную активность, экспортные возможности и изменения в структуре спроса.
Если не учитывать всю совокупность этих обстоятельств, возникает риск повторения прежних ошибок, когда предусмотренные ресурсы не обеспечивают ожидаемого экономического эффекта.
- Что можно поменять в подходах к экономическому прогнозированию?
- Считаю, нужно перейти к более современной системе анализа экономических процессов с широким использованием больших данных (Big Data), методов Data Mining, машинного обучения и искусственного интеллекта. Ведь при больших потоках информации текущие методы не дают желаемой точности и результатов.
Сегодня экономическая информация формируется не только в рамках традиционной статистики. Существенные сведения содержатся в социальных сетях, желтой прессе, электронных счетах, платежных операциях и таможенных данных, а также в показателях потребления электроэнергии, объемах грузоперевозок, изменениях цен и уровня занятости. При этом более 80% всех больших данных остаются неструктурированными, потому отечественные прогнозисты пока не могут использовать этот массив при расчете показателей. Однако базовый принцип анализа данных гласит, что чем больше информации вовлечено в исследование, тем точнее и эффективнее его результаты. Использование таких массивов информации позволит оперативно оценивать состояние экономики, выявлять изменения на ранних этапах и прогнозировать их возможные последствия
Например, анализ данных об энергопотреблении и грузоперевозках поможет определить изменение производственной активности. Информация об электронных счетах и платежах позволяет лучше оценивать динамику деловой активности, а сведения о вакансиях и заработной плате дают дополнительное представление о ситуации на рынке труда.
Особое значение имеет также применение искусственного интеллекта, способного обрабатывать большие объемы информации, выявлять закономерности и помогать специалистам оценивать сложные экономические взаимосвязи.
Однако для этого нужно готовить кадры. У нас сейчас недостаточно развита система подготовки специалистов по Data Mining и анализу больших данных, а без соответствующей научной и образовательной базы внедрение новых технологий будет ограниченным.
Кроме того, следует объединить классические экономико-статистические методы с новыми инструментами анализа. Конечно же, нельзя полностью отказываться от традиционного моделирования, и потому результаты машинного обучения следует сопоставлять с классическими прогнозами и регулярно проверять на новых данных.
Еще один важный момент связан с качеством информации. Чем шире информационная база, тем больше возможностей открывается для точной оценки экономической ситуации, но сами по себе большие объемы данных не гарантируют правильного результата, и потому потребуется проверка достоверности, сопоставимость показателей и профессиональная интерпретация.
Словом, нам сейчас необходимо создавать современную систему экономического анализа, позволяющую государственным органам получать более объективную картину происходящих процессов и принимать решения на основе оперативной информации.
- Известно, что денежные вложения - главный двигатель ускорения. В какой степени текущий уровень инвестиций соответствует задачам экономического развития?
- Для ответа на этот вопрос нужно понимать, что наша страна располагает значительными возможностями для увеличения инвестиций в основной капитал, однако этот потенциал не полностью используется.
По моим расчетам, отношение инвестиций в основной капитал к ВВП в 2022 году составляло около 12%, в 2023-м - 14%, в прошлом году достигло 16,44%, а за девять месяцев текущего года составило 14,39%. Считаю, что такой динамики недостаточно для обеспечения более высоких темпов экономического роста.
Вместе с тем при сопоставлении этих цифр необходимо учитывать уточненные статистические данные и единую методику расчета. Если опираться на официальные объемы инвестиций и ВВП, пересчитанные показатели за 2022 и 2023 годы будут отличаться от приведенных оценок.
По официальным данным, в прошлом году в основной капитал было направлено 21,226 млрд манатов, что на 5,6% меньше в реальном выражении, чем годом ранее. За январь - октябрь текущего года объем инвестиций достиг 16,520 млрд манатов, увеличившись в реальном выражении на 9,7% к соответствующему периоду предыдущего года. При этом отношение инвестиций к ВВП за эти десять месяцев, рассчитанное по опубликованным абсолютным показателям, не превысило 14,25%.
И потом, важно оценивать не только общий объем вложений, но и их структуру. Финансовые вложения должны направляться на расширение производственных возможностей, модернизацию оборудования, развитие инфраструктуры и создание новых предприятий.
В среднесрочных прогнозах на 2027-2030 годы предусматривается направить в основной капитал в общей сложности 108,6 млрд манатов. Из этой суммы 25,4 млрд манатов приходится на следующий год, 26,9 млрд на 2028-й, 27,9 млрд на 2029-й и 28,4 млрд манатов на 2030 года. При этом 76,6 млрд манатов предполагается направить в ненефтегазовый сектор.
Нужно смотреть и на ожидаемую реальную динамику инвестиций. Согласно бюджетным прогнозам, их реальный прирост составит 2,4% в новом году, 4,2% в 2028-м, 1,9% в 2029-м и всего 0,2% в 2030 году.
Но этих темпов явно недостаточно для серьезного изменения инвестиционной базы экономики. Номинальное увеличение объемов вложений еще не означает соответствующего расширения реальных производственных возможностей.
Ведь дело вовсе не в отсутствии у страны ресурсов для инвестирования. Необходимо создать условия, когда имеющиеся финансовые возможности будут в большей степени направляться на проекты, способные обеспечить увеличение добавленной стоимости и производительности.
- Каким, по вашему мнению, должен быть инвестиционный ориентир для достижения более высоких темпов роста?
- По построенной нами экономической модели, один дополнительный манат инвестиций в основной капитал соответствует примерно 38 гяпикам прироста ВВП. Исходя из этой расчетной зависимости, для достижения роста экономики на уровне 2,9% нужно увеличивать объем инвестиций в основной капитал на 5-6%.
Однако предусмотренная на среднесрочную перспективу динамика инвестиций, к сожалению, не обеспечивает такого ускорения.
Между тем, по моим расчетам, Азербайджан располагает возможностями и условиями для увеличения доли инвестиций в основной капитал до 50-60% ВВП. Исторический опыт показывает, что высокая инвестиционная активность может сопровождаться значительным ускорением экономического роста. В качестве примеров можно привести 1970-е годы, а также период 2005-2007 годов, когда республика входила в число мировых лидеров по темпам экономического роста.
Важен и международный опыт. Например, Китай на протяжении длительного времени поддерживал высокую инвестиционную активность, а доля инвестиций в его экономике находилась примерно на уровне 40% ВВП и выше. Все это позволяет увидеть значение капиталовложений для расширения производственной базы и поддержания высоких темпов экономического роста.
Разумеется, при международном сравнении важно учитывать еще и различия в методологии расчета инвестиционных показателей. Но сама необходимость поддержания высокой инвестиционной активности принципиальна.
Если в нынешнем году объем инвестиций в основной капитал составит 22 млрд манатов, то для достижения 20-процентного прироста ВВП нам потребуется увеличить капиталовложения примерно до 34 млрд манатов - до 24% ВВП. Упомянутый показатель считаю вполне нормальным.
Предлагаю в долгосрочной перспективе поддерживать долю инвестиций в основной капитал на уровне не ниже 50% ВВП. Мы построили модель на основе искусственного интеллекта, заложив в нее это условие, и расчеты показали, что к 2047 году сможем довести ВВП Азербайджана до одного триллиона долларов. Финансовых ресурсов страны для этого вполне достаточно - это реальная и достижимая цель.
Убежден, что нам следует гораздо активнее использовать имеющиеся финансовые возможности. Для этого необходимо не только увеличивать объем направляемых в экономику средств, но и менять подходы к планированию инвестиций, их распределению и оценке эффективности. Главным результатом должно стать создание новых производственных мощностей, рост производительности труда и расширение ненефтяного сектора экономики - преимущественно на базе искусственного интеллекта. На данном этапе более перспективного направления для ненефтяного сектора, чем индустрия искусственного интеллекта, нет.
(продолжение следует)