Icma.az информирует, ссылаясь на сайт Haqqin.
Новое исследование MetroPoll выявило глубокие противоречия в турецком обществе: при растущем доверии к Североатлантическому альянсу, подавляющее большинство граждан категорически против втягивания страны в региональные войны на стороне Запада.
Мартовский опрос «Пульс Турции», проведенный исследовательским центром MetroPoll, продемонстрировал сенсационную картину общественных настроений. В то время как на Западе и внутри страны звучат призывы к более четкому позиционированию Анкары, турецкая улица посылает недвусмысленный сигнал: «активный нейтралитет» Реджепа Тайипа Эрдогана — это именно то, чего хочет народ.
Нынешний «активный нейтралитет» Эрдогана — это сознательный выбор региональной державы, которая не хочет жертвовать своими интересами ради чужих геополитических амбиций
Несмотря на попытки некоторых СМИ и политиков навязать дискурс о безоговорочной поддержке Ирана в его противостоянии с американо-израильским альянсом, цифры говорят об обратном. 68,1% опрошенных считают, что Турция должна сохранять нейтралитет в случае войны между США/Израилем и Ираном. Лишь 22,6% выступают за поддержку Тегерана, и ничтожные 2,1% — за прямую военную интервенцию на стороне западной коалиции.
Любопытно распределение по партийным симпатиям:
• Среди сторонников правящей Партии справедливости и развития (AKP) идею нейтралитета поддерживают 64,4%.
• Наибольшее рвение в поддержке Ирана проявляют сторонники прокурдской партии DEM (27,6%) и главной оппозиционной силы CHP (26,4%).
• Единственной группой, где поддержка западного альянса статистически заметна (хотя и остается низкой — 6,1%), оказались приверженцы националистической İYİ Parti.
Возвращение в лоно НАТО?
В Турции происходит рост евроатлантических настроений
Самым неожиданным результатом исследования стал резкий рост доверия к НАТО. Сегодня 61% турок считают Альянс важным элементом национальной безопасности. Для сравнения: в 2018 году этот показатель составлял всего 46%.
Аналитики связывают этот ренессанс с двумя факторами. Во-первых, рост общественного доверия к евроатлантическому союзу непосредственно связан с украинским кейсом. Вторжение России в Украину в 2022 году заставило Анкару вернуться к «реальной политике». Решительное применение Конвенции Монтрё и статус посредника вернули Турции ощущение значимости внутри Альянса. Второй фактор, упирается в своего рода хехнологический прагматизм: эффективность систем ПВО НАТО, которые в последние недели успешно перехватывали иранские ракеты, наглядно продемонстрировала обществу практическую пользу от членства в блоке.
Тень Исмета Инёню
Местные аналитики проводят исторические параллели между нынешним курсом Эрдогана и политикой «балансирования» второго президента Турции Исмета Инёню во время Второй мировой войны. Тогда Турция до последнего момента сопротивлялась вступлению в конфликт, поддерживая диалог и с гитлеровской осью, и с англо-американскими союзниками.
Однако современные эксперты подчеркивают отличие: если политика Инёню была продиктована слабостью и страхом уничтожения, то нынешний «активный нейтралитет» Эрдогана — это сознательный выбор региональной державы, которая не хочет жертвовать своими интересами ради чужих геополитических амбиций.
Вердикт прост: турецкое общество хочет находиться под защитным зонтиком НАТО, но отказывается держать этот зонтик над кем-либо другим в огне ближневосточных конфликтов.