Согласно материалам сайта Бакинский рабочий, передает Icma.az.
Что даст Сирии снятие американских санкций?
Новому политическому руководству Сирии понадобилось чуть более полутора лет для того, чтобы Госдеп США исключил страну из списка государств, поддерживающих терроризм, в котором страна находилась почти 50 лет.
Процесс сам по себе сложный, особенно с учетом непростого отношения израильских властей к временно исполняющему обязанности президента Сирии Ахмеду Аш-Шараа - еврейское государство регулярно наносит авиаудары по складам, аэропортам соседней страны под предлогом «ущемления прав друзов» или якобы намерения турецкой армии «разместить военные базы».
Не секрет, что Израиль ближайший союзник заокеанской державы - до такой степени, что ближневосточные страны неоднократно устраивали демарши, в том числе, в феврале 1958 года по факту образования Сирией и Египтом Объединенной Арабской Республики или после «шестидневной» войны 1967 года. А в декабре 1979 года, через месяц после того, как экс-президент Сирии Хафез Асад поддержал иранских экстремистов, взявших в заложники сотрудников американского посольства, США внесли официальный Дамаск в список спонсоров терроризма, сначала введя экономические санкции, а затем в течение 47 лет расширяя список запретов. Этот статус повлек за собой целый ряд ограничений, включая запрет на американскую внешнюю помощь и экспорт вооружений, контроль за поставками товаров двойного назначения и ограничения на финансовые и торговые операции.
Теперь драконовские санкции сняты, но никто доподлинно не знает, чем обернется широкий жест Трампа, который, с одной стороны, поддерживает ближневосточное урегулирование, а с другой - ничего не желает противопоставить не всегда адекватным действиям правительства Биньямина Нетаньяху, слишком широко трактующего понятие «враги Израиля».
С шиитской теократией Ирана и ее прокси-силами в Палестине, Ливане, Йемене, Ираке, на ряде других направлений все понятно, особенно после трагических событий 7 октября 2023 года, но какие угрозы для еврейского государства кроет новый сирийский режим, поддерживаемый США, ведущими странами Евросоюза (Францией, ФРГ, Италией), Катаром, Иорданией, но прежде всего Азербайджаном и Турцией? На данном треке главное противоречие заключается в том, что когда в Сирии доминировали Россия и Иран, израильтяне были не то, чтобы инфантильны, но не реагировали так нервно. С их стороны не наблюдалось «резких телодвижений» даже во времена засилья так называемого «исламского государства» (ИГ), но как только пал режим Башара Асада и это самое ИГ пришло к власти в лице сторонников «Тахрир-аш-Шам», с намерением в числе прочего вернуть Голанские высоты, Тель-Авив словно подменили. Потому возникает вопрос, а не будет ли правительство Нетаньяху или любое другое «вставлять палки в колеса» интеграции Сирии в мировую экономику?
Сирии и без того предстоит огромный путь последовательного восстановления от разрухи. Например, структуры Всемирного банка оценивают прямой физический ущерб гражданской войны и ИГ инфраструктуре Сирии примерно в $110 млрд, при этом совокупные потери ВВП страны составляют восьмикратный объем указанной суммы. В результате национальной трагедии была повреждена или уничтожена примерно половина жилого фонда, объектов образования и здравоохранения, дорожной и прочей инфраструктуры. Страна с начала прихода ИГ, а затем захвата курдскими боевиками ее северной части потеряла почти весь нефтяной сектор. Если до марта 2011 года туристическая индустрия ежегодно пополняла бюджет на $8 млрд, с началом гражданской войны страна окончательно потеряла привлекательность, а это направление экономики полностью прекратило существование.
Также втрое сократилось сельскохозяйственное производство, включая зерновые хозяйства, что поставило под угрозу продовольственную безопасность. Как следствие наступила галопирующая инфляция, что привело к резкому снижению покупательной способности населения и дефициту товаров первой необходимости. Разрушение социальных систем и утрата доверия между людьми оказали даже более значительное влияние на экономику, чем разрушение материальной инфраструктуры, включая энергетические мощности, подорвав основу для будущего восстановления.
Более того, полтора десятка лет беспросветной вражды правящего клана алевитов, суннитов, шиитов, друзов, адептов прочих течений только по официальным данным унесли жизни полумиллиона человек, вынудив покинуть свои дома примерно половину довоенного населения страны, составлявшего 22 млн людей, большинство которых так и не вернулось. Потому снятие санкций может стать триггером прихода в страну широкого круга инвесторов прежде всего из Турции, стран Персидского залива, а также непременно США, Китая и Европы. При этом экономические перспективы разрушенной практически до основания Сирии базируются на небольшом количестве оптимистических предпосылок: во-первых, на сохранении целостности страны, во-вторых, на окончательном перемирии и восстановлении связей между регионами.
Во всем этом клубке противоречий ясно одно - Азербайджан и братская Турция больше всех объективно заинтересованы в возрождении древнего государства, произвольно разделенного внешними игроками на несколько частей по итогам распада Османской империи. Действие официальных Баку и Анкары привели к оживлению социально-экономической жизни, и это касается не только поставок газа, но и пересмотра устаревших законов и норм, препятствовавших во времена Асадов честному развитию частного сектора и отпугивавших потенциальных инвесторов. Постепенно прослеживается процесс либерализации экономики, сокращение бюджетной нагрузки и импортных пошлин, оживления внутреннего рынка, увеличения доступности товаров, повышения заработных плат, роста авторитета финансового регулятора и пр. Также началось привлечение инвестиций для восстановления экономики и модернизации инфраструктурных объектов, таких как аэропорты, железнодорожные станции и автомагистрали, окончательно пришедших в упадок при Асаде.
Снятие американских санкций обещает немало бонусов, хотя на данном направлении, как отмечено выше, есть неразрешимые пока проблемы взаимопонимания.