По информации сайта Trend.az, передает Icma.az.
(начало публикации на сайте от 16 ноября)
Манипулятивный подход начинается с априорного утверждения автора о том, что Арцах и Утик первоначально не входили в состав Албании, являлись северо-восточной частью Армении, а античные источники представляли под Албанией только левобережье Куры. После упразднения в 428 г. Сасанидами Аршакидского царства в состав Албании были включены «армянские области Арцах и Утик, расположенные в правобережье Куры и с того времени «название «Албания» переходит и на армянское правобережье Куры и это, по мнению автора, «к концу V века в армянской церковной и исторической традициях появляется новый смысл термина «Албания».
Оказывается, по мнению автора, «армянское население Утика и Арцаха, отделившись от остальной Армении административными и церковно-юрисдикционными границами, начало чувствовать себя не только полноправной составной частью Албанского марзпанства, но и его основным хозяином». «Страна Албания стала для него «своей» и «родной».
Как отмечает автор, «население Утика и Арцаха противопоставляло своих князей и свою церковь (как «албанских») соответствующим институтам центральной Армении (как «армянским»), «князья правобережной Албании вели упорную борьбу против объединительной политики армянских царей – Багратидов», а «Албанская церковь стремилась выйти из традиционного подчинения армянскому католикосу». И это является проявлением албанского мировоззрения у этнических хай-армян.
Далее А.Акопян пишет, что наиболее ярко «албанское мировоззрение наблюдается у историка Мовсеса Дасхуранци [Каланкатукский] в X веке… В эту эпоху автор «Истории Албании»…, даже впадая во всевозможные ошибки, пытается представить историю Албании как историю отдельной от Армении страны со своим народом для того, чтобы исторически обосновать право светских и духовных владык Утика и Арцаха безраздельно властвовать в собственной стране в царском и патриаршем величии так же, как Багратидские цари и армянские католикосы властвуют в «стране Армения».
Мы намеренно приводим «аргументы» армянского автора в цитатной форме, дабы не было необходимости комментировать изложенные абсурдные соображения о «чудодейственном» превращении хай-армян в этнических албанцев.
Подчеркнем, что, рассуждая об этом абсурде А.Акопян намеренно не ведет речь об армяно-григорианском вероисповедании хай-армян и албанцев.
Именно единство в конфессиональном плане и давало бы возможность разгуляться фантазии автора. Заметим только, что албанцы только на определенных исторических этапах придерживались монофизитства армяно-григорианского вероисповедования и в определенные периоды тяготели к халкидонизму (ортодоксу). Сохранить армяно-григорианскую конфессиональную близость с хай-армянами являлось предметом постоянной озабоченности и прямого вмешательства в религиозные дела албанских церковников со стороны Армянской церкви и, в конечном итоге, церковная междоусобица явилась одной из причин падения албанской государственности.
Указанный период, т.е. период написания заключительной части «Истории Албании» являлся периодом церковного кризиса в Албании в связи с халкидонитством и при этом в Албании наличествовала биполярность как в конфессиональном, так и многополярность в светско-административном плане. Кризис усугублялся постоянным давлением католикосата Армении, не признававшего албанских каталикосов-халкидонистов и наставлявшего албанских правителей и паству на «путь истинный», т.е. в армяно-григорианскую веру.
В итоге два изначальных компонента Албании, объединенные сотнями лет назад до написания «Истории Албании», а затем и персидской административной реформой вдоль старой линии разделения – Курой, в 950-960 гг. пришли к необратимому разрыву по причине разрыва общей церковной структуры – фактора единства этой территории. Левобережье Куры (Северная Албания) стало халкидонистским, а правобережье находилось в церковном кризисе. На левом берегу Куры был свой царь – халкидонит, а великий князь Албании стал царем правого берега. Утрата общей идентичности приводит к потере политической идентичности и исчезновению двух албанских царств» (см. книгу «Кавказская Албания, ее насельники и культурные ценности на освобожденных от оккупации территориях», Баку, 2021 г.).
Согласно историческим сведениям, царство Ерети / Шаки / Саки – Северная Албания (правители: Хамам, Арнерсех, Ишханик) было поглощено в начале XI в. Санарией (Кахети) и вошло в итоге в состав грузинского царства.
Что касается Албанского царства к югу от Куры, то оно исчезает примерно в эти же годы, но при других обстоятельствах. Как описывает этот период Степаннос Асолик, современник случившегося, в эпоху (1003-1004 гг.) князя Парисоса хайкиды (под которыми М.Хоренаци подразумевает армян по происхождению), живших до времен Сенекерима и Григора, вымерли, а их земли, будучи оспоренными, разделяются между царем Армении Гагиком (временно, ред.) и эмиром Гянджи Фадлуном.
Нельзя пройти и мимо интересных фактов, связанных, с авторством написанной «Истории Албании», а во-вторых с использованием термина «армянский» у албанских авторов.
А.Акопян однозначно связывает авторство «Истории Албании» с именем М.Дасхуранци и не связывает его с М.Каланкатуклу. Так, во введении (стр.5) среди источников не числится имя Каланкатуклу, а указан только Дасхуранци, в конце книги, где следует «перечень древних авторов, анонимных источников, исследователей» указано «Каланкатуаци» см. Мовсес Дасхуранци, (стр.301) и только в «указателе географических и этнических названий» есть Каланкайтуйк, Каланкатук, т.е. географическое название. В то время как в более ранних работах можно найти имя автора имя Каланкатукского.
В ученом мире есть мнение, что вероятно заключительные главы «Истории Албании» дописаны М.Дасхуранци, но начальные главы, повествующие о раннем периоде Кавказской Албании, числятся за М.Каланкатуклу, тем более что есть его прямое указание о селе Каланкатук, в Гаваре Ути, «откуда [происхожу] и я», т.е. М.Каланкатуклу.
Возможно, что исключение имени Каланкатуклу связано с тем, что географическое понятие Каланкатук или Калан+катук имеет древнетюркскую этимологию и согласно словарю означает «калан» – «kəlan, большой, значительный, крупный», а «катук» – укрепленное земляным валом вокруг поселение».
Не могу не сказать и об авторской оценке «албанского мировозрения так называемого армянского населения Албании, что «…никак не мешало ему в то же самое время представлять историю своей «страны»; как считает А.Акопян в качестве составляющей общеармянской истории. Приведем цитату из А.Акопяна: «У Мовсеса Дасхуранци хорошо прослеживается армянский патриотизм. Он с воодушевлением рассказывает о борьбе армян против персов и арабов. В главе II, 2 заимствуя у Елише, автор «Истории Албании» в возвышенной манере рассказывает о восстании армян против Сасанидов в 450-451 гг. В ряде глав третьей книги рассказывается о некоторых эпизодах сопротивления армянского населения и князей арабским завоевателям. Дасхуранци восхваляет армянских героев и мучеников и скорбит об их смерти. Так же определенно его осуждающее отношение к предателям армянских освободительных движений – Мехружану Арцруни и Васаку Сюни (гл. I, 13; II, 2)».
Кроме того, как пишет А.Акопян, «Мовсес Дасхуранци подчеркивает, что первый правитель страны Албании и произошедшие от него влиятельные князья Араншахики ведут свое происхождение от патриарха армян «Хaйка», а также «несмотря на стремление показать равноправие албанского и армянского католикосатов, Мовсес Дасхуранци является искренним почитателем святых Армянской церкви – апостола Фаддея и особенно – Григория Просветителя».
По мнению реферируемого автора, в работе «История Албании» древний автор, так или иначе стремится представить албанскую историю как часть общеармянской истории.
Мы не раз в наших исследованиях отмечали, что об «армянском», нарочито подчеркнутом происхождении, и даже несколько назойливой фиксации армянского происхождения в виде «наша армянская страна» или «наш армянский народ» и т.п. у албанских хронистов, таких как М.Каланкатуклу и К.Гянджинский, проживавших и повествовавших о разных периодах истории албанского народа. Подобные высказывания албанцев используются в качестве аргументов их хай-армянского происхождения у фальсификаторов истории Кавказской Албании. Невзирая на отчетливое наличие в повествованиях албанских хронистов, албанского самосознания отмеченное рядом исследователей и в первую очередь профессором Ф.Мамедовой, и наряду с этим, отождествление себя с армянским началом и что это является возможным следствием григорианизации албанского населения, включая использование древнеармянского языка в церковном обиходе и пр. – важный, но недостаточный аргумент. Нельзя не согласиться и с мнением специалистов, что подобные представления у албанских авторов являются результатом последующих добавлений, переработок и искажений, преследовавших вполне определенные неблаговидные цели, которые выявляются в текстах, а также возникающие противоречия и несоответствия.
Подобные «новоделы» совершенно справедливо явствуют, к примеру, в тексте у К.Гянджинского при описании просветителей Албании, «как родственного и единой с нами веры народа…» и сопоставлении с его мыслью о том, что большинство албанских князей владели армянским языком. Или же важное противоречие при сравнении сведений о том, что «…цари из рода соплеменника h’Айка, Арана, который Вагаршаком Парфянином был назначен правителем тех областей…» со сведениями М.Каланкатуклу, что Албаны происходили из другого колена Иафета, отличного от армян (хайкидов, хайев), т.е. Аран не мог быть возведен к Хайку и др.
При всем этом, по нашему глубокому убеждению, албанские авторы, не заблуждаются, идентифицируя себя с армянской общностью, более того, вполне правомочны сделать это, поскольку подразумевают под этим, как географическое изначально, так и конфессиональное в последующем начало, но отнюдь не этническое понятие. После того, как в географическом ареале, именуемым «Арминийа», были приняты идеи и верования, принесенные Святым Григорием Лузаровичем, на протяжении всей последующей истории христианство в армянской редакции являлось источником исторической национальной и географической тождественности и идентичности всех, кто принял религиозные взгляды Просветителя-парфянина из рода Сурена Пахлава. И все носители указанных христианских взглядов, выделяясь от окружающих, стали именоваться «армяне», хотя это были арменийцы. В их число вошли позднее не только этнические по происхождению «хайи», но также так могли именоваться и именовались в силу конфессиональной и географической принадлежности и размещавшиеся в общем географическом ареале представители других этносов, в т.ч. и тюрки. Более того, все, кто принял религиозные воззрения Святого Григория, включая албан зачастую именовались, а главное, сами именовали себя «армяне», подразумевая под этим арменийцев с территории Арменийа, «армянским народом», а территорию проживания – «Армянская страна».
Подчеркнем, что использование термина «армянский» являлось правомочным и вполне естествен-ным для албанских авторов, поскольку в качестве официальной религии, как в Армении, так и в Албании было принято христианство парфянское от представителей Больших Арсакидов, правителями назначенцами Большого Арсакидского дома, (Парфии) а именно, царствующими армянским Арсакидом Трдатом и албанским Арсакидом Урнайром.
Нельзя не отметить и столь важный факт, что на протяжении более ста лет, после принятия в Армении/Арменийа христианства ее католикосами продолжали оставаться представители рода Сурена Пахлава – Григория Просветителя. А это означает, что представители армянской и албанской церквей, являвшихся наследницами и продолжательницами парфянского христианства Армении и Албании, в равной мере претендовали и продолжали это делать в последующем после Халкидонского собора (середина V в. н.э.), самопредставляясь как последователи-носители христианства от Григория Просветителя или кратко, григорианского христианства. Соответственно это распространялось и на имеющий конфессиональное значение, термин «армянский». Сказанное имело место и в те исторические периоды, когда Албанская церковь тяготела к халкидонитству или ортодоксальному христианству (то есть уходила от монофизитства к диофизитству).
Вместе с тем, приводимые соображения ни в коей мере не отрицают наличия сильных искажений и редактирования произведений албанских авторов, - «Истории албан» М.Каланкатукского, «Элегии Давтака» и последующей албанской литературы XI-XIII вв. Имеются в виду «Судебник» М.Гоша, превращенный в «Армянский судебник», «История» К.Гянджинского, представленная как «История Армении», тексты которых были отредактированы и приведены в соответствие с новыми, фальсифицированными заглавиями. В более позднюю эпоху, написанная в XVIII в. Есаи Гасан Джалалом «Краткая история страны Албанской» в XIX в., три сочинения Макара Бархударянца о поздних албанах – «Арцах», «Страна Албания и ее соседи», «История страны Агванк» также не избежали участи ревизии. Вместе с тем, подчеркнем, что во всех произведениях с VI по XIX века албанские авторы отчетливо проявляют албанское самосознание, как в названиях, так и в заглавиях произведений и при всем том, обоснованно могли пользоваться и термином «армянский», точно также, как его использует именующий себя хайями, нынешний хай-армянский этнос.
Подведем некоторые итоги, сравнивая первое и переработанное издание книги автора. Как известно, в 1987 г. вышло первое издание книги Алексана Акопяна «Албания-Алуанк в греко-латинских и древнеармянских источниках». В 2022 году издание было переработано, дополнено новой порцией исторической фальши и появилось второе издание этого псевдоисторического опуса при финансовой поддержке так называемого Министерства образования, науки, культуры и спорта почившей так называемой «Республика Арцах» и «работа» была рекомендована к печати ученым советом Института востоковедений НАН РА (Ереван, 2022). Что же принципиально новое было добавлено в сей переизданный опус? Как отмечено в аннотации, автор аргументированно показывает, что термин «албанцы, в котором никогда не было отражения самоназвания сформировавшейся этнической единицы, обозначал только межэтническую общность – население политико-административных образований с названием Албания».
Если отбросить псевдонаучную терминологию, то переработка обозначает отказ в наличии албанского этноса, хотя и подобная фальсификация многократно использовалась и другими хай-армянскими авторами. Еще одна «новинка» этого переиздания заключается в том, что в общепринятой «Истории Албании» М. Каланкатуклу произведена замена и это произведение фигурирует под именем Мовсеса Дасхуранци. И здесь нет ничего нового, поскольку, по мнению ряда исследователей, заключительная часть «Истории Албании», отличаясь стилистикой могла принадлежать другому автору и возможно, в том числе Дасхуранци.
Как же рождается фальсификация и в чем «новинка» переиздания?
Во-первых, утверждается, как и у абсолютного большинства хай-армянских авторов, правобережная относительно р. Куры территория изначально была в составе «великой Армении», однако после IV-V вв. государства Армении, Иберии и Албании, оказались марзпанствами под властью Сасанидов, и именно Сасаниды включили правобережье Куры (Утик и Арцах) в состав Албанского марзпанства.
Именно с этого момента и тем более в дошедшей до нас «Истории Албании» земли Арцаха и Утика стали албанскими.
Во-вторых, фальсифицируются этнические идентичности и ареалы проживания известных албанских племен каспиев, гаргаров, а также удинов, и отрицается отождествление сакесинов с сакасенцами из албанской земли Сакасена и, вообще, по мнению автора переиздания, Саки должны жить на восточном или юго-восточном берегу Каспия, а Сакасины должны жить в левобережье Куры.
В-третьих, отрицается локализация племени каспиев в Пайтаракане (правобережье), а сведения из древних текстов и классических источников подвергаются сомнению, проживание каспиев «переносится» на южный берег Каспия. При этом ареал проживания каспиев не Пайтакаран, а всего лишь приморская область античной Албании. А вот настоящая Каспиана есть армянский Каспк, находящийся в Пайтакаране.
Отсюда делается вывод, что Каспиана является собирательным названием и «говорить о каспийцах как об одном из албанских племен неоправдано».
В-четвертых, гаргары (гаргареи), по мнению автора, не являются албанским племенем и этот этноним употребляется историком (М.Хоренским) в качестве пейоративного т.е. используя слова, выражающие неодобрение, пренебрежение или негативном смысле названия населения левобережья Албании и соседнего горного района.
С этой целью игнорируется мнение известного ученого К.В.Тревера («Очерки по истории и культуре…»), утверждавшей о принадлежности до II в. до н.э. право- и левобережья Куры принадлежали Кавказской Албании.
Точно также оспаривается критика другого крупного специалиста А.П.Новосельцева (Кавказская Албания, проблемы, трудности и пути их преодоления «Восток», 1991, №5, Москва), в связи с тенденциозностью подачи материала со стороны Акопяна.
В-пятых, выводы автора об удинах ошибочно исключают это племя из списка албанских племён. Согласно цитируемому произведению, «одно из 26 албанских племён — удины — по мнению автора не упоминается в древних источниках, однако может быть реконструирована на основе того факта, что древние авторы знали другие одноимённые лезгиноязычные племена, проживавшие к северу от Дербента, на побережье Каспийского моря…».
Как же осуществить эту реконструкцию? Оказывается, согласно точке зрения А.Акопяна, поскольку ни античные, ни древнеармянские источники до X века «не упоминают западно-албанских удинов, то, по-видимому, следует полагать, что это племя не играло сколько-нибудь значительной роли…».
«И только лишь в развитом средневековье остатки собственно албанских племен в районе Куткашен-Шеки консолидировались в единый этнос (народность) и, возможно, приняли название одного из древнеалбанских племен этой территории удинов-утиев…».
В-шестых, ещё одна проверенная ложь, представленная как новшество. Сущность в том, что пос-кольку албанские племена «подменены» хай армянскими, то хай-армяне, как пишет Акопян, «отделившись от остальной Армении административными и церковно-юрисдикционными границами, начали чувствовать себя не только полноправной составной частью албанского марзпанства, но и его основным хозяином», т.е. «страна Албания» стала для них «своей» и родной. Иначе говоря, хай-армяне стали псевдоалбанцами.
Это насколько смехотворно, что и комментарии излишни
Напомню о реальных насельниках в прошлом территории нынешней Армении. Только на территории нынешней Армении в 29-ти памятниках сохранились следы саков-тюрков и общеизвестен факт, что территория современной Республики Армении полностью относилась к царству Саков.
Начиная с III в. до н.э. союз тюркских племен Сюнну разделившись в дальнейшем на две части и в I в. н.э. его часть поселилась в Зангезуре. Как утверждал Степан Орбелиан (XIII в. н.э.) «сисаки являются предками не только гуннов, но и албанцев и, даже по сравнению с ними, являются более древними («Из истории рода Сисакан», научный архив Института истории АН Азербайджана, инв. 1244)». Другими словами, на имеющийся ранний этнический пласт древних саков наложился новый пласт того же этнического, сакского происхождения Сисаков. Именно поэтому Адонц в книге «Армения в эпоху Юстиниана» отмечал, что средневековый хронист Прокопи, указывал, что «сюниты (сюники) являлись отдельным народом, не имевшим никакого отношения к фарсам-армянам». (О Сисакской династии мы на протяжении многих лет давали информацию, а в изданных книгах указывали этимологическое разъяснение термина Сюник-Сисакан).
Для обоснования самоназвания хай-армян-Хайи, активно используемого с начала XX века, подчеркнем, что термин «Хайастан» был изначально политическим термином, а не этнонимом. Чтобы придать ему этническое звучание была сфальсифицирована связь этого термина со страной и народом «Хайаса» и через ее посредство «Хайастан» представлялся как Хайас+тун=дом хайасов. Однако армянский ученый Г.Капанцян разоблачая эту ложь, писал, что «в противовес армянским грамматическим нормам, он [этот термин] является открытой аккомодацией, ложной этимологией». Словом «Хайаса» и «Хайастан» как термины не связаны друг с другом этимологически.
Тоже самое фальсификаторство и с термином «Армения» и её связи с названием «Хайастан», поскольку, как пишет австрийский специалист Э.Файгл, понятие «армянин» [точнее арминиец] в древности не являлось этнонимом», а по смыслу отражало то же самое, что и сегодня выражения «россиянин», «американец», «москвич» и т.д. Словом, этот термин отражал отношение или принадлежность к географическому ареалу, а не являлся этнонимом. Однако, после раскола христианской церкви, те кто следовал еретическому направлению, начиная от парфянина Сурена из властвующего парфянского рода Карен (святой Григорий) или догматам армяно-григорианства, в условиях, средневековья, когда большинство насельников ареала Армения приняли ислам, хай-армяне присвоили и объявили себя наследниками всех материальных и нематериальных ценностей народов проживавших в этом географическом ареале. Как следствие, хайи присвоили и название «армяне». И об этом мы многократно отмечали в наших публичных выступлениях, а также отразили в печатных изданиях.
Хай-армянские фальсификации и измышления имеют отношение не только к истории хай-армян и как отмечено мною ранее, хайский агитпроп не гнушается искажением истории и наследия соседних народов, в т.ч. азербайджанского народа.
Итак, что следует из приведенных А.Акопяном фальсификаций?
Во-первых, непризнание наличия албанского этноса как такового и надуманная «албанизация» хай-армянского населения Албании.
Во-вторых, и это главное, автохтонность на землях Албании хай-армянского этноса.
На эти вопросы, а точнее фальсификации в отношении Кавказской Албании мы собираемся и далее привести фактологические сведения.
А сейчас приведем факт, развенчивающий фальсификацию хай-армянских историков, отрицающих существование самой Албании и самих албанцев ко времени позднего средневековья в Карабахе. В переписках карабахских меликов с Петром I и высокопоставленными чиновниками российского двора несколько раз отмечаются географическое название Агван и агванцы. Первоначально эти документы были собраны тайным советником и членом совета российского министра просвещения Г.Эзовым (1835-1905) и опубликованы в 1898-м году в Санкт-Петербурге. Кроме этого, в 1964-м г. в Иреване (Ереване) под редакцией А. Ионнисяна была издана двухтомная работа, где были приведены документы об армяно-русских отношениях конца XVII в. и первой трети XVIII в.
Отметим, что в конце каждого письма карабахские мелики ставя дату посланий, также указывают Агван как страну, где была написано и отправлено само конкретное послание1 ,2 . Но интересным фактом является, то, что в этих документах отмечаются еще турки-албанцы, на что обратил внимание известный ученый, историк-лингвист Фирудин Джалилов. Анализируя эту информацию, отметим, что сам этноним турки-албаны проходит в письме четырех карабахских меликов российскому императору от 1723-го г., где они жалуются на разорение агванской страны после набегов дагестанцев и местных турков, где в одном месте письма они определяются как албанские турки (Ալւոանից Թւռքաց - Алуаниц Туркац).
Однако Эзов привел только армянский текст письма без русского перевода 3 , хотя, как правило, в своей книге он после публикации армянского текста приводит русский перевод документа.
В армянском тексте, опубликованном под редакцией А.Ионисяна в 1964-м г. в Ереване, снова четко просматривается словосочетание Ալւոանից Թւռքաց - Алуаниц Туркац, а также несколько раз просто местные турки 4 . Но уже в русском переводе албанские турки отмечаются как агванские басурмане, а не как турки 5 . И везде, где в оригинале письма отмечаются турки, в русском переводе документа они выдаются как басурмане.
Это явная фальсификация текста и утаивание зафиксированного в документе 1723-го г. этнонима албанские турки (К слову, во вступительной статье Ионнисян явно фальсифицирует историю Азербайджана). А почему Эзов не привел русский перевод письма, можно только догадываться. Само послание интересно тем, что в нем как этноним несколько раз упоминаются агване-христиане. Приведем часть послания в русском переводе: «…Последний и нижайший слуга Исаи провинции Паранту и села Гюлюстан и со всеми авганскими народы подземно с сокрушенным сердцем слезно стопам вашего величества доносим, напред сего многие мы претерпели напасти, обиды и разорения от безверных, которые бедства ныне наивяще терпим от них, а имянно от лезгинцов и всех здешних бесурманских народов, так что оных лязгинцов тысячь по 50 и по 60 в Ганжу и Барду и Дузагу прихаживало неоднократно и все домы авганских жителей християн разорили и некоторых побили и побрали мужской и женской пол," старых и малолетних и отвезли в Догистан и как те наши неприятели переезлжали через реку//Куру то немогши народу всего за собою перегнать многих топили, иных рубили, так что оная река яко кипящая в крови стала. И переехав чрез реку так пожитки, как людей поделили по себе, на что смотря оставшияся жители со вздыханием и зельными слезами плакались горко. И уже тому одиннатцать лет, как сию нашу провинцию лезгинцы разоряют, а и персицкие бесурманы еще горше нас разоряют и в подданство берут. И тако мы, видя разорение, посоветовав междо собою я Исай Бардагинской, я Ширван и Сергей Чарапертуцкие и Ганжицкой армянской начальник Осип, з двенатцатью тысячами воинскими людьми совокупились и начали противится лязгинцам и агванским бесурманам и тако щастием вашего императорского величества, и надеясь на ваше милосердие множество неверных побили и выгнали, и теперь мы стали безглавны и токмо надеемся на бога и на ваше императорское величество…».
Резюмируя еще раз, отметим, что в письме от 1723-го г. карабахских меликов Петру упоминаются не только албане-христиане, но и албанские турки. А это важный документ, отмечающий албанское самосознание карабахских христиан еще в первой половине XVIII века, то есть до российских завоеваний христиане Карабаха все еще себя считали албанцами.
Приведем еще несколько фактов, описанных М.Каланкатуклу, развенчивающих сдобренные наукообразием лживые доводы А.Акопяна и в целом его фальсификацию. Речь пойдет о территориальном размещении албанской (включая территории монастырей Худавенг (Дадиванк) и Гянджасар (Гандзасар) и хай-армянской паствы и информацию о независимости албанского престола.
Гянджасар (Гандзасар): общий вид монастырского комплекса.
Источник : https://upload.wikimedia.org/wikipedia/commons/c/cb/Gandzasar_monastery.jpg
Территории албанской паствы по М.Каланкатуклу описаны в его «Истории албан», где имеются четкие сведения о принадлежности территорий епископата монастыря Худавенг и Гянджасар престолу Албании. В первую очередь, это послание армянского католикоса Иоанна (Йованеса) к католикосу Албании Тер-Абасу, и албанским епископам, о котором идет речь в 7-й главе второй книги Истории Албан. Речь идет о событиях VI в. Послание кроме армянского католикоса подписали также армянские епископы. В этом послании перечисляются епископаты Албании и Армении, и этим становятся ясными границы армянских и албанских паств. Епископаты Албании суть следующие – Бахалат, Капалак, Амарас, Баласакан, Шаки, Гардман, Мец Колманк. Монастыри Худавенг, Цицернаванк, Амарас и Гянджасар находились в областях албанских паств (Мец Колманк-Большие Колманы, Амарас и т.д.), а указанный епископат Шаки это не Шаки, который расположен севернее р. Куры, а зангезурский Шаки (Сисакан), находящийся недалеко от Кафана.
Монастырский комплекс Худавенг (Дадиванк).
Источник : https://upload.wikimedia.org/wikipedia/commons/6/62/Dadivank.jpg
Амарас: центральный храм монастырского комплекса.
Источник : https://upload.wikimedia.org/wikipedia/commons/c/cd/Amaras_monastery_complex3.JPG
Монастырь Агоглан (Цицернаванк), Лачинский район.
Источник : https://upload.wikimedia.org/wikipedia/commons/3/35/View_of_the_A%C4%9Fo%C4%9Flan_Monastery.jpg
Перечисленные армянские епископаты суть следующие – Тарон (сев. Сирия), Тайк (Эрзерум-Эрзинджан), Вананд (Карс), Рштуник (юж. оз. Ван), Мокс (к юго-западу от озера Ван). Как видно все армянские епископства находятся за пределами Южного Кавказа, и к территории Азербайджана, а также исторической Албании никакого отношения не имеют. Подчеркнем, что послание связано с событиями второй половины VI в.
Другой описанный случай в истории албан М.Каланкатуклу связан с епископом Большие Колманы (Мец Колманк) Исраэлем. В ту эпоху тюрки восточного Кавказа просили его в свои наставники, написав письмо албанскому и армянскому католикосам. В ответ армянская сторона отметила паству этой области как закрепленную за Албанским престолом, и, что они не имеют церковного права указывать епископу Исраэлю. Данные события датируются VII в. И опять же как м видим подтверждением является армяноязычный исторический источник.
Суть истории такова. В истории Албан М.Каланкатуклу часто упоминается имя блаженного Исраэля – епископа Мец Колманк, которого албанцы для переговоров отправляют в страну могущественных гуннов. В рассказе, связанным с этим событием отмечаются обряды кавказских тюрков, где упоминаются имена Куара, Тангри-хана, а также обряды жертвоприношения огню, воде и т.д. Отмечена в истории проповедь епископа Исраэля в столице Варачан страны гуннов, или хазиров (хазар), которую М.Каланкатуклу также называет Туркестаном. Исходя из текста, становится ясным, что проповедь Исраэля была очень длинной, и видимо продолжалось несколько дней, а в Истории Албан этим событиям отведены несколько глав, что видимо, обусловлено важностью последствий для страны. Становится понятным, что епископ Колманка Исраэль знал и красиво говорил на тюркском языке, так как для посольства к тюркам, а также для проповеди мог быть выбран именно человек, владевший их языком. По сведениям М.Каланкатуклу тюрки Кавказа благоприятно восприняли его речи и предложили ему стать их духовным предводителем, не хотели его отпускать и слушать другого вардапета. Видимо они его считали своим, ибо ревностно относящие к своим традициям тюрки не могли внимать речи чужака. Ответ был Исраэля дипломатичным, мотивированный тем, что Исраэль не мог принять такое предложение без согласия католикоса Албании. После такого ответа князь тюрков Алп Илутвер снарядил посольство в Албанию «с дружественными предложениями и просьбой [назначить Исраэла] духовным предводителем страны гуннов». Еще одно послание с такой же просьбой Алп Илутвер отправляет в Армению – «Епископосапету Армении святому Сахаку и полководцу Армении многопохвальному князю Григору». Интересным был ответ Сахака и князя Григора, где отмечалось, что «он же под властью престола не нашего, но престола Алуанка. Мы хотели бы и согласны, чтобы он всегда был с вами, но право и власть над ним имеет наш сопрестольник Елиазар, хайрапет Алуанка. Это его дело» (М. Каланкатуклу XLV – Ответ на письмо Гуннов). То есть армянский католикосат признавал, что паства Колманка за албанской церковью, патриарха которой армянский католикос именует сопрестольником. Это важный факт, где территория и епископство Большие Колманы со стороны армянской церкви признается албанской.
Подчеркнем, что территория Большие Колманы находилась примерно на части территории современных Тертера, Агдере, Кяльбаджара и Лачина Азербайджана.
Далее М.Каланкатуклу отмечает, что «Вернувшись из Армении [в Алуанк], Итгин-хурсан и Чат-хазр явились в столицу Партав к католикосу Елиазару и князю Вараз-Трдату и на прощание попросили у них дать им епископа [Исраэла]. Но они не захотели дать Исраэла в предводители [хазарам]. Они сказали: «Он не может оставить совсем доверенную ему Богом паству и быть с вами. Но мы велим ему, чтобы он, по мере сил своих, приезжал к вам и возвращался и утвердил вас в вере Христовой, и сохранил нерушимую любовь, которая установлена между нами. На это мы согласны, ибо, будучи посредником между нами и вами, он положит конец вражде и утвердятся любовь и мир между нами».
Услышав все это, князья были изумлены и недовольны [отказом, они все же были вынуждены согласиться] и сказали: «Пусть же не медлит посетить нас [Исраэл], чтобы не рушилась у нас уже заложенная им основа веры, и мы не остались сиротами, ибо мы не будем слушаться другого вардапета и не подчинимся ему».
Блаженный епископ [Исраэл] по приветливому нраву своему добровольно согласился поехать к гуннам, устраивал обе страны и попечительствовал [также] над новообращенной паствой Христовой, чтобы твердо сохранить обет и условия союза с ними. С одобрением выслушав слова благодатного епископа, они исполнились великой радости и с миром возвратились к себе, благословляя всесвятую Троицу».
Добавим к этому и наш комментарий.
Автор краткой работы «История страны Агванк» от 1583 г. Иованнес Тцареци описывает эти края как албанские. Напомним, что Тцар (Зар) находится примерно в 20-30 км. от Худавенга и Иованнес Тцареци в своей работе также упоминает этот монастырь.
Кресты и надписи на стенах монастыря Агоглан (Цицернаванк).
Источник:
Церковь Святого Елисея (Чотари) в селе Нидж: памятник культурного наследия удин.
Источник: https://upload.wikimedia.org/wikipedia/commons/3/3d/Nij_EliseyChotariChurch_004_3497.jpg
Из надписей Худавенга (Дадиванка), Гянджасара ( Гандзасара) выясняется, что большинство имен князей Хачина имели тюрко-азербайджанское происхождение. Это такие имена как Курд, Асан, Акбуга, Улугбек, Айтин, Турсун, Сейти, Алтун, Джанши, Чолбек, Сакар, Асланбек, а также Мама-хатун, Арзу-хатун, Мамкан и др. Макар Бархударянц значение имени Сакар переводит с армянского языка как корзина, короб. Но какой смысл давать человеку такие имена? А вот в тюркской лексике Сакар обозначает человека, у которого все валится с рук. Обычно если в семье часто умирали младенцы, то по поверьям следующим детям давали немного уничижительные имена, чтобы не было сглазу. Есть и второе значение слова сакар с тюркского языка, переводимого как белое пятно на лбу лошади.
Нами отмечалось, что Албанское царство тяготело к халкидонизму. В описанных историях отмечено, что в 704-706 гг. на основе доноса армянского католикоса Илии был свергнут албанский католикос Нерсе Для получения более подробной информации и свежих новостей, следите за обновлениями на Icma.az.