Icma.az, ссылаясь на сайт Haqqin, передает.
Пока администрация Дональда Трампа готовит почву для триумфального завершения того, что уже называют «125-й войной США», сигналы из Тегерана становятся всё более вызывающими. Несмотря на сокрушительные удары по конвенциональной мощи Ирана, выжившие лидеры режима, похоже, решили сделать ставку на стратегический хаос, превращая Ормузский пролив в инструмент политического выживания.
Новые правила пролива
В официальных заявлениях, прозвучавших через штаб «Хатам аль-Анбия» (орган координирующий дейстия КСИР и иранской армии), Тегеран фактически провозгласил конец международного права в Персидском заливе. «Ситуация не вернется к прежнему состоянию», — отрезал пресс-секретарь штаба, подчеркнув, что Иран в одностороннем порядке пересмотрел правила судоходства.
Для Вашингтона это прямой вызов. Безопасность Ормузского пролива — «первый приоритет» для команды Трампа. Без решения этой проблемы любая декларация о победе будет выглядеть пустой формальностью. Однако Тегеран непреклонен: «У вас нет права на проход. Решение принимаем мы».
Несмотря на сокрушительные удары по конвенциональной мощи Ирана, выжившие лидеры режима, похоже, решили сделать ставку на стратегический хаос, превращая Ормузский пролив в инструмент политического выживания
Стратегия «Двойных расходов»
Иранские военные источники, цитируемые агентством Tasnim, предупреждают: любая попытка США или Израиля провести операцию на иранских островах откроет «сюрприз-фронты». Намек на Баб-эль-Мандебский пролив не случаен. Тегеран дает понять, что если его прижмут в Персидском заливе, он способен парализовать мировую торговлю и в Красном море, используя опыт хуситов.
«Иран закончит войну тогда, когда решит сам», — заявил высокопоставленный источник в сфере безопасности в интервью Press TV, назвав предложения США «оторванными от реальности».
Военный триумф при политическом тупике
С чисто военной точки зрения Белый дом имеет все основания заявлять об успехе. Список достижений кампании выглядит внушительно: от разгром флота до уничтожения ВВС: конвенциональные силы Ирана практически перестали существовать как единая структура. К тому же, Израиль и США буквально переломали “хребет режима, ибо инфраструктура КСИР и «Басидж» понесла беспрецедентный урон. Ну и в результате успешных дейстий разведслужб Израиля высшее руководство Исламской Республики было принудительно обновлено после серии ликвидаций, а программа производства ракет отброшена на годы назад.
Для Вашингтона это прямой вызов. Безопасность Ормузского пролива — «первый приоритет» для команды Трампа
Однако за вышеприведенными достижениями скрываются критические пробелы. Главная цель — окончательная ликвидация ядерной угрозы — остается невыполненной. Обогащенный уран по-прежнему находится в руках муллократии, а ракетный потенциал, хоть и подорван, не уничтожен полностью.
Самым же болезненным вопросом для западных стратегов остается отсутствие масштабного народного восстания. Иранское протестное движение, обескровленное после подавления в январе, так и не синхронизировалось с внешним военным давлением. США и Израиль воздержались от прямого призыва к революции, вероятно, осознавая, что общество еще не оправилось от шока.
Что дальше?
Администрация Трампа стоит перед дилеммой. С одной стороны — желание объявить о завершении войны и не допустить военного вмешательства России и Китая в восстановление иранских арсеналов. С другой — выживший режим, который, находясь в «пике», отказывается признавать капитуляцию и готовится к долгому сопротивлению на море.
Как отмечают ведущие аналитики региона, «победная реляция» Трампа может столкнуться с суровой реальностью: режим устоял, прокси-силы сохранили лояльность, а идеологический фундамент в Тегеране сменил прагматизм на отчаяние фанатиков.