Как передает Icma.az, основываясь на информации сайта Haqqin.
К кризису в трансатлантическом партнерстве прибавился кризис в отношениях США с монархиями Персидского залива. Обеспечат ли американцы их безопасность после недавних иранских ударов? Они и другие американские союзники обеспокоены и тем, как Вашингтон меняет свою глобальную стратегию. США не только сокращают численность своих войск в Европе, но и планируют переместить свои базы на Ближнем Востоке. Глобальный гегемон пересматривает свои союзные обязательства, а на первый план выходят региональные державы и блоки.
Арабские монархи недовольны
Госсекретарь Рубио со вторника по четверг посетил ОАЭ, Кувейт и Бахрейн. Этого оказалось мало, и он принял участие в пятничном заседании Совета сотрудничества арабских государств Персидского залива, хотя в планах его не было. Таким образом он встретился с представителями еще трех стран-членов Совета — Саудовской Аравии, Омана и Катара. Ради них Рубио отодвинул на неделю все мировые дела.
На то были веские причины. Без преувеличения можно сказать, что на кону стоит будущее стратегического партнерства США и богатейших арабских стран. Виной тому Исламабадский меморандум, подписанный США и Ираном 17 июня. В ходе последовавших за меморандумом переговоров Иран и США приступили к разработке мирного договора. В нем некоторые арабские лидеры усматривают документ, создающий предпосылки для продвижения Ирана к региональной гегемонии. О содержании документа известно немногое. Но уже то, что известно, арабских правителей сильно беспокоит. В нем нет ограничений на арсенал баллистических ракет Ирана, зато говорится о создании фонда для восстановления Ирана в размере 300 млрд долларов США. Другие его положения могут привести к усилению регионального влияния Ирана и его контролю важнейших судоходных маршрутов.
Потому в совместном заявлении шесть стран-членов Совета и США отметили, что устойчивый мир требует решения проблемы иранских баллистических ракет и БПЛА, а также поддержки Тегераном негосударственных вооруженных организаций в регионе. В частности, было подчеркнуто, что переговоры по Ливану «не должны быть обусловлены исходом других конфликтов», а негосударственные группировки должны разоружиться. Короче, арабские монархии выступили за ликвидацию «Хезболлы», что уже немалая уступка американцам. Но в ответ Рубио даже не стал обсуждать проблему фонда восстановления Ирана. Неудивительно, что по итогам мероприятия секретарь Совета генерал Джасем Мохамед Альбудайви выступил с заявлением, в котором дал понять, что члены Совета по-прежнему сомневаются в нынешнем политическом процессе между Вашингтоном и Тегераном и чувствуют себя обойденными в ходе предыдущих переговоров.
Отдельно представители арабских стран и США подтвердили свою приверженность принципу «свободного, безусловного и неограниченного судоходства» в Ормузском проливе. Разумеется, о принципах в современной империалистической политике речи не идет. В случае Ормуза борьба идет не за свободу судоходства, а за то, кто будет его контролировать. Гегемония Запада и его союзников давно включает в себя и контроль международных путей судоходства, в частности ключевых маршрутов вроде Ормуза. Об этом написано буквально во всех доктринах американского ВМФ. Для этого придумана красивая формула — global public good, якобы это не контроль ради мирового владычества, а гарантируемая коллективным Западом безопасность как «глобальное общественное благо». Но это уже давно стало выглядеть лишь фарсом на фоне западных санкций, вводимых направо и налево. В общем Иран хочет забрать у Запада контроль над проливом, а за свободу судоходства не борется никто. И, конечно, арабским странам, связанным с Западом, нет резона соглашаться с этими иранскими претензиями, ведь их благосостояние выстроено на догмате гарантированной защиты со стороны США и коллективного Запада.
Страны Залива воевали и платили
Запад действительно не раз спасал арабские монархии Залива. В отсутствие собственных серьезных вооруженных сил у большинства этих стран иначе и быть не могло. Изгнание иракской армии из Кувейта в 1991 году было ярким тому примером. Однако в последние десятилетия ситуация начала меняться. А потому арабские страны боятся, что США и остальной коллективный Запад договорятся с Ираном, не обращая внимания на них. Примерно так, как это произошло в случае соглашения по иранской атомной программе 2015 года. Тогда был выбран важнейший для Запада вопрос в виде ядерной программы, а остальные камни преткновения — в частности, в областях, важных для арабских государств, — были оставлены «на потом». Кстати, последующее невыполнение сделки — де-факто она была подорвана задолго до ее денонсации Трампом — иранские СМИ объясняли среди прочего и возражениями, выдвинутыми против нее в Вашингтоне со стороны арабских монархов и Израиля. Собственно, именно осознавая всю глубину арабской оппозиции к тайным договорам с Ираном, в Вашингтоне решили послать в Залив Рубио, известного своим жестким подходом к Ирану.
При этом у арабских партнеров Вашингтона есть свои доводы, почему к ним должны прислушаться. Прежде всего, это их роль в недавней войне. Агентство Рейтер мягко сформулировало это так: «Шесть стран Совета Персидского залива являются стратегическими союзниками США, которые оказывали Вашингтону логистическую поддержку во время войны, и все они в результате подверглись иранским авиаударам». Сам президент Трамп неделей раньше рассказал об активном участии ОАЭ в нанесении авиаударов по Ирану, а иранский МИД обвиняет ОАЭ, Кувейт и Иорданию в содействии американским операциям против его страны. Но несмотря на это участие арабских монархий в операциях против Ирана, лишь Катар присутствует на мирных переговорах, выполняя роль посредника. Остальные возмущены, что порой узнают новости о них из газет.
Арабские монархи уверены, что заслужили особое отношение Вашингтона не только в связи с последней войной. В отличие от европейских союзников, долгие годы воздерживавшихся от трат на военные расходы в ситуации, когда Россия сговаривалась с Западом по всем ключевым вопросам, арабские страны Залива всегда тратили деньги на содержание американских военных и оружейной промышленности. Да и ситуация не оставляла им выбора.
Даже после окончания холодной войны они соседствовали с обложенным санкциями, но все еще вооруженным до зубов Ираком. А после его разгрома западными странами встал вопрос усиливавшегося Ирана и его влияния в Ираке и сопредельных странах. Западные стратеги быстро придумали для арабских стран концепцию угрожающего им «шиитского полумесяца». Это обычная теория заговора, чуть выше по интеллектуальному уровню «Протоколов сионских мудрецов», но ничуть не достовернее. Это не помешало ей сыграть свою роль в обосновании необходимости тесного союза арабских стран с США и европейскими державами ради защиты от Ирана. Впрочем, вскоре в регионе действительно возникла серьезная военная проблема в виде дестабилизированного Йемена и тамошних повстанцев-хуситов.
И здесь, казалось бы, давно отлаженное партнерство дало сбой. Арабские монархии Залива были разочарованы неспособностью коллективного Запада справиться с йеменскими повстанцами. Ведь речь шла о безопасности глобального судоходства в западных же интересах в непосредственном предполье Суэцкого канала. Более того, европейские страны, начав операцию у берегов Йемена, затем просто превратили ее в фикцию, не выделив даже минимального наряда сил. А в последнее время возник вопрос уже об американском подходе и способностях в регионе — слишком ярко горели американские базы и гражданские объекты после иранских атак, а базирующийся в этом самом Ормузском проливе 5-й флот США не смог помешать Ирану в установлении блокады этой водной артерии глобального значения. Как видим, арабские правители имеют все причины для беспокойства.
В новом миропорядке у сверхдержав меньше возможностей
И встревожены не только они, а, пожалуй, все союзники американцев. Ведь дело не только в отношении США к небольшим арабским режимам, пусть и играющим громадную роль на рынке нефти и газа, в финансовой и логистической области в рамках выстроенной Западом мировой экономики. Дело в том, что США как мировой гегемон пересматривают свою внешнюю политику в сторону фактического сокращения своего глобального присутствия.
Все началось с ревизии союзнических отношений Вашингтона с евролиберальными режимами, лидеры которых долго играли против президента Трампа. Казалось, что проблемы в отношениях европейцев и США связаны с особыми, чуть ли не личностными факторами мелкотравчатых евролиберальных лидеров. Но сейчас кризис возник в отношениях с арабскими странами. С ними у Вашингтона таких проблем нет — напротив, именно Трамп остановил, например, прессинг со стороны глобального либерального истеблишмента на наследного принца Саудовской Аравии.
Поэтому причины нынешнего кризиса следует искать в другом. Мировые державы, в том числе США, перестраивают союзнические отношения под давлением структурных глобальных факторов. В результате экономического спада и демографического кризиса на Западе, технологических сдвигов в мире и утраты сверхдержавами контроля над многими важными компонентами мировой системы они вынуждены сокращать свои союзнические обязательства.
На днях выяснилось, что Штаты не только планомерно выводят часть своих войск из Европы. Они собираются передислоцировать и силы в регионе Персидского залива, что вероятно приведет к сокращению их присутствия. Причины фактического уменьшения присутствия в Европе и на Ближнем Востоке называются разные, но в основе лежит все та же политика пересмотра внешнеполитических приоритетов.
«Уолл-стрит джорнал» намедни выяснила, что американская сторона намерена не столько отстроить свои базы в странах Персидского залива, разрушенные иранскими обстрелами, сколько отодвинуть их дальше от Ирана. Вариантов два.
Первый — еще больше рассредоточить американские силы по региону.
Второй — наоборот, сконцентрировать, но передислоцировав в избранные немногочисленные союзные локации вроде Израиля.
Перевесит, скорее всего, последний вариант. Это связано не только с особой ценностью этих союзников для США и необходимостью усилить их военный потенциал на фоне недавних проблем с иранскими обстрелами. Существенным моментом является и то, что «концентрация» упростит защиту и самих американских сил.
Геополитические последствия обоих вариантов выглядят для США мрачно. Рассредоточение повысит расходы на снабжение и уязвимость новых баз вследствие увеличение логистической сети. А сосредоточение в Израиле и, возможно, еще некоторых местах вроде Саудовской Аравии приведет к объективному снижению оперативных возможностей американской армии.
Арабские элиты опасаются сговора Тегерана и Вашингтона
Именно в контексте отвода американских сил арабские страны и затребовали особого внимания к своим интересам в рамках нового комплексного соглашения между США и Ираном. На люди выносятся блокирующие сделку требования — вроде гигантских компенсаций со стороны ОАЭ к Ирану за обстрелы. Но, по существу, арабские требования касаются совсем иного — предотвращения иранской гегемонии в Заливе по примеру шахского режима до 1979 года. Арабы помнят, как США вверили тогда шаху регион, и тот лез во все региональные вопросы.
И арабские правители уже давно скептически относятся к обещаниям западных политиков позаботиться о них. Потому на всякий случай они посматривают в сторону Китая, с которым даже Саудовская Аравия заключила в 2016 году стратегическое партнерство и который помог ей уладить многолетние конфликты с Тегераном. Сейчас китайский вектор обрел новую актуальность в связи с ролью Пакистана как постоянного близкого союзника Китая в прекращении американо-иранской войны и запуске переговорного процесса.
Параллельно, даже критикуя американо-иранские договоренности, арабские страны ищут пути улаживания вопросов и с иранской стороной. Катарский премьер-министр Мохаммед бин Абдуррахман ас-Сани на днях рассказал «Файнаншел таймс», что страны Залива уже работают с Тегераном над созданием «региональных рамок безопасности». Сам Катар собирается выдать Ирану займ на шесть миллиардов долларов. Другой показательный пример: со среды по взаимной договоренности возобновятся авиарейсы между Тегераном и Дубаем. Это первый международный маршрут в Иран с момента начала войны. После этого обещают открыть другие направления, но ставка на данный маршрут (а не альтернативный, более безопасный вариант через Турцию) выглядит красноречиво. Фактически Иран и Эмираты, которые громко критикуют друг друга, за кулисами заключают свои сделки.
Впрочем, и у Ирана бескомпромиссность ограничена всего несколькими прагматичными вопросами контроля Ормузского залива и отмены санкций. В остальном Тегеран не строит антизападных альянсов, тем более в партнерстве с Россией или Китаем. Да и те, по разным причинам, не горят желанием такие альянсы создавать. Тот же Китай ведет свои дела с Ираном на циничной основе — через тайную покупку иранской нефти с огромной скидкой. Как следует из утекших в прессу внутренних иранских документов, в этом году продажи нефти в Китай могут превысить 30 млрд долларов, но только если удастся снять американские ограничения. Это не так и много, поскольку если Иран сможет добиться от Минфина США временной отмены санкций на продажу нефти, то он сможет сразу же получить восемь миллиардов долларов. Иными словами, Китай благодаря западной политике давления на РФ, Иран и ряд других стран развивается и укрепляется за счет дармовых ресурсов этих оппонентов Запада.
Никакого глобального антизападного альянса не существует. Сейчас речь идет лишь о переделе сфер влияния, в котором главную роль играют региональные державы. Этот передел начался сразу в нескольких ключевых регионах мира, включая Европу и Ближний Восток, что и придает ситуации глобальное измерение. Но суть этого передела в том, что все больше вопросов будут решаться не на глобальном уровне мировыми державами, а на уровне регионов. Это кажется парадоксальным на фоне технологического прогресса, но на самом деле именно эти технологические прорывы и создали новые возможности для остальных государств, а нынешние конфликты в Европе и на Ближнем Востоке разорвали глобальные структуры контроля со стороны США и коллективного Запада, раздробив мир.