Как стало известно Icma.az, со ссылкой на сайт Haqqin.
Президент Франции Эмманюэль Макрон завершает свой второй президентский срок в мае 2027 года на фоне острого политического, экономического и социального кризиса, пишут западные СМИ. По данным опросов (Ipsos и CESI), уровень одобрения Макрона упал до 16%. Франция столкнулась с резким ростом государственного долга и увеличением расходов, из-за чего в аналитических обзорах (например, Bloomberg) страну называют «самым слабым звеном» Евросоюза.
Обострилось недоверие к государственным институтам, а различные группы населения выражают глубокое недовольство внутренней и социальной политикой, на что указывают прокатившиеся по стране массовые протесты.
Согласно конституции Франции, Макрон не может баллотироваться на третий срок подряд. Очередные президентские выборы назначены на 18 апреля 2027 года (второй тур — 2 мая 2027 года). Сам Макрон заявлял, что уйдет с поста в мае 2027 года, хотя и допускал в интервью гипотетическое возвращение в будущем.
Конец второго и финального президентского срока Эмманюэля Макрона (выборы намечены на апрель 2027 года) действительно проходит на фоне масштабного системного кризиса во Франции, затронувшего ключевые сферы государственной жизни. К осени 2026 года ситуация обострилась по трем основным направлениям.
После роспуска Национальной ассамблеи страна погрузилась в затяжную политическую нестабильность. В парламенте нет устойчивой коалиции. Премьер-министры (включая Мишеля Барнье и сменившего его Себастьена Лекорню) сталкивались с вотумами недоверия. Закрывать бюджетные дыры и проводить реформы в условиях расколотого парламента стало практически невозможно.
На фоне ослабления центристов Макрона главными претендентами на власть перед выборами 2027 года стали ультраправое «Национальное объединение» Марин Ле Пен и радикальные левые из «Непокоренной Франции».
Пандемия, энергетический кризис и инфляция истощили казну. Эксперты открыто заявляют, что Франции придется либо пойти на болезненное урезание социальных пособий, либо столкнуться с риском дефолта по своим долговым обязательствам.
Макрон приходил к власти с идеей превратить Францию в привлекательный хаб для стартапов и бизнеса за счет снижения корпоративных налогов и либерализации рынка труда. Налоги он снизил, но запустить долгосрочный экономический рост, способный перекрыть социальные расходы, правительству так и не удалось.
В результате макроновская эпоха завершается в атмосфере глубокого политического и общественного раскола.
Как падение рейтинга одобрения президента до 16% связано с перераспределением электоральной поддержки в пользу ультраправого «Национального объединения» Марин Ле Пен и радикально левой «Непокоренной Франции» перед выборами 2027 года? Насколько обоснована квалификация Франции аналитиками (например, Bloomberg) как «самого слабого звена» ЕС в контексте динамики ее государственного долга? Какое наследие оставляет после себя Макрон? И как заявления Макрона о гипотетическом возвращении в политику к выборам 2032 года могут повлиять на расклад сил внутри центристского лагеря после его ухода в 2027 году?
На эти вопросы haqqin.az ответили известные зарубежные эксперты.
Как отметил французский историк и исследователь Максим Гоэн, прежде всего, описываемая картина требует важных уточнений.
Максим Гоэн
«За последние двенадцать месяцев во Франции не был принят ни один вотум недоверия. С 2018 по 2025 год рост ВВП Франции превышал аналогичные показатели Великобритании, Германии и Италии. Начиная с 2018 года Франция ежегодно привлекает больше прямых иностранных инвестиций, чем любая другая европейская страна. В 2023 году уровень безработицы, согласно стандартам Международной организации труда (МОТ), достиг самого низкого уровня с 1982 года. Во Франции работает единственная компания в сфере искусственного интеллекта, способная конкурировать с американскими и китайскими разработчиками, — Mistral AI (основана в 2023 году). В 2026 году компания Airbus побила свой абсолютный рекорд по количеству проданных самолетов. А 2022, 2024 и 2025 годы стали тремя лучшими годами в истории Франции по объему экспорта продукции военного назначения.
Проблемы дефицита бюджета характерны не только для Франции. Ситуацию усугубляет отсутствие четкого большинства в Национальном собрании, а также демагогия оппозиции, особенно по вопросам пенсионной системы. Еще в декабре 2023 года (за шесть месяцев до досрочных выборов 2024 года) доходность десятилетних государственных облигаций Франции составляла 2,55% — по сравнению с 4,9% на сегодняшний день», - рассказал исследователь.
При этом, добавил он, данные социологических опросов систематически завышали уровень поддержки Марин Ле Пен за год до выборов: в 2011, 2016 и 2026 годах — вплоть до десяти процентных пунктов.
«Поэтому обсуждение соцопросов на данный момент не представляет особого интереса. Аналогичным образом рейтинг популярности Эмманюэля Макрона с 2017 года неоднократно падал и возрастал: он снижался до 34% в апреле 2019 года, затем поднимался до 50% в июне 2021 года (по данным IFOP), после чего Макрон был переизбран в 2022 году.
Учитывая тот факт, что госдолг Франции в 2025 году составлял 115% ВВП, тогда как у Италии он находился на уровне 137%, я считаю характеристику Франции как «самого слабого звена» ЕС неточной.
А социальное единство — это результат коллективной работы, поэтому я считаю неверным говорить о «наследии» одного человека, даже главы государства (Эмманюэля Макрона), применительно к социальной сплоченности.
Что же касается намеков Макрона о вероятном возвращении в политику на выборах 2032 года, тут возможно всё. Наилучшим сценарием для него и его сторонников было бы выдвижение кандидатуры премьер-министра Себастьяна Лекорню на замену двум текущим кандидатам», - подытожил Гоэн.
Глава правления Института безопасности Восточной Европы (Киев) Анатолий Пинчук полагает, что падение рейтинга Макрона и рост популярности Ле Пен, безусловно, имеют связь, но непрямую.
Анатолий Пинчук
«Во французском обществе растёт неприятие результатов политики нынешнего президента Франции. При этом снижение рейтинга Макрона следует рассматривать как фактор ослабления центристской политической модели, а не как свидетельство автоматической передачи его электората двум радикально противоположным силам. Помимо рейтинга, существуют также понятия «принятия» (или «одобрения») и «удовлетворённости». Это ситуация, когда избиратель, поддерживая одного кандидата, не против избрания другого, но категорически не принимает третьего. Так, социологическая служба Ipsos в октябре установила, что 33% респондентов были бы удовлетворены избранием Жордана Барделлы на пост президента, 32% — Марин Ле Пен и 20% — Эдуара Филиппа. Однако более половины опрошенных негативно отнеслись бы к избранию Ле Пен или Филиппа.
Франция точно не является «слабым звеном» ЕС с точки зрения экономики, хотя её показатели действительно ухудшаются. В то же время такие страны, как Греция или Италия, имеют худшие экономические показатели. Здесь, по-видимому, учитывалась и социально-политическая стабильность, ведь протесты во Франции носят наиболее радикальный характер», - отметил специалист.
По его словам, завершение второго президентского срока Макрона характеризуется ситуацией, когда экономические и институциональные изменения сосуществуют с низким доверием к центральным властям, парламентской фрагментацией и острыми социальными конфликтами.
«Поэтому необходимо отделять экономическую результативность отдельных реформ от их социальной легитимности. Реформа может улучшать определённый экономический показатель, но при этом не пользоваться широкой поддержкой, если её преимущества неочевидны или распределены неравномерно.
Что касается заявлений о возможном возвращении Макрона: с одной стороны, персональный авторитет бывшего президента может способствовать сохранению связей между партиями, поддерживавшими его правительство. С другой стороны, появление такой кандидатуры может затруднять формирование самостоятельного лидерства и обновлённой политической программы. Речь идёт о балансе между персональным авторитетом прежнего лидера и автономией следующего поколения центристских политиков», - заключил Пинчук.