Почему зависимости в Азербайджане становятся тяжелее? беседует с наркологом

Алкоголь, наркотики, азартные игры – зависимости, о которых в обществе давно уже принято говорить вслух. Мы научились называть вещи своими именами, но по-прежнему боимся заглянуть глубже. Ведь зависимость – это не про слабость характера. Это про пустоту, которую нечем заполнить, про одиночество среди людей, про боль, на которую не хватает слов. Про попытку договориться с реальностью, которая оказалась слишком пугающей.

Сегодня зависимость не всегда выглядит как социальное дно. Чаще она маскируется под «усталостью», «хроническим стрессом», «заслуженным отдыхом после рабочего дня», и именно поэтому становится особенно опасной.

Почему алкоголизм молодеет? Кто находится в группе риска? Почему игромания считается одной из самых трудноизлечимых форм зависимости? И в какой момент человек действительно может начать новую жизнь?

Обо всем этом Media.Az поговорила с психотерапевтом, наркологом Аразом Алигулиевым, который на протяжении долгих лет работает с самыми тяжелыми формами зависимости.

– Давайте для начала уточним. Ваша специализация ранее предполагала лишь диагностику и лечение алкоголизма и наркомании. Однако сегодня вы помогаете и людям с нехимическими формами зависимости.

– Действительно, на сегодняшний день специальность нарколога уже не охватывает весь существующий спектр зависимостей. В современном обществе широко распространены нехимические формы пагубных привычек. Поэтому сегодня более корректным является использование термина «аддиктолог» – специалиста в области психического здоровья, который занимается диагностикой и терапией различных зависимостей.

– Кстати, по лечению какой зависимости в Азербайджане наблюдается наибольший запрос?

– Если анализировать обращаемость к специалистам за помощью, то печальная участь «лидера» закрепилась за алкогольной зависимостью. Но хочу отметить: такой вывод можно сделать исходя из официальных данных, поскольку не все наркоманы и люди, имеющие другие аддикции, прибегают к помощи специалистов. Ранее специфика этого заболевания заключалась в том, что развитие алкоголизма требовало длительного времени. Однако, к сожалению, в последние годы в Азербайджане наблюдается заметное «омоложение» пристрастившихся к «зеленому змию». Если 15-20 лет назад основная часть обращающихся за помощью была в возрасте 50-60 лет, то сегодня приходят даже 25-летние. Мы называем это злокачественным течением заболевания, поскольку в дальнейшем с ним крайне сложно бороться.

– Что лежит в основе формирования зависимости?

– Во-первых, речь идет о биологических факторах – как генетических, так и тех, которые воздействуют на плод во время беременности. Также важно состояние родителей в момент зачатия ребенка: например, имело ли место алкогольное или наркотическое опьянение? Не меньшую роль играет психоэмоциональный фон будущей матери. Всё это напрямую влияет на развитие плода и его нервной системы, особенно в первом триместре беременности, когда формируются основные неврологические структуры.

Не менее важен и постнатальный период, то есть то, как прошли роды. Даже кесарево сечение может негативно сказываться на здоровье новорожденного – такие дети нередко оказываются более уязвимыми в психическом плане.

Далее большое значение имеет психическое развитие ребенка. К подростковому возрасту формируется фундамент базового состояния личности и характера. С учетом особенностей пубертатного периода – гормональных изменений, повышенной эмоциональности, склонности к отрицанию и противостоянию – эти проявления при наличии семейных или социальных патологий могут принимать более грубые формы.

Именно в подростковом возрасте, когда особенно выражена эмоциональная неустойчивость, возрастает риск начала употребления психоактивных веществ, как попытки стабилизировать свое состояние. Второй важный момент – влияние окружения, желание быть лидером или частью группы, неприятие родительского авторитета, особенно у мальчиков, стремление к самостоятельности. Этому во многом способствует и массовая культура, в том числе кинематограф, где транслируется модель поведения: «делаю то, что хочу».

В целом международные исследования показывают, что около 50% зависимых людей еще до формирования пагубных привычек имели те или иные психические расстройства: биполярное расстройство, тревожные состояния, депрессию в невыраженной форме, обсессивно-компульсивные расстройства. С детства у таких людей могут быть заметны определенные особенности, например, чрезмерная чистоплотность. На ранних этапах это не нарушает социальный статус и образ жизни, но со временем может усугубляться.

– А кто еще, кроме подростков, находится в группе риска?

– Сегодня, по сути, в группе риска находится практически любой человек, даже вполне благополучный, поскольку окружающая среда делает зависимость привлекательной. Скажем, достаточно зайти в супермаркет и увидеть ярко оформленные стеллажи с алкогольными напитками и энергетиками...

– Если уж мы заговорили об этой зависимости. Как формируется пристрастие к алкоголю и как выявить первые признаки?

– Во-первых, большое значение имеют общение, социальный статус и окружение. Безусловно, немалую роль играют и характерологические особенности личности. В социально благополучной среде, когда человек успешен, имеет работу, связи, определенный статус, алкоголь чаще всего присутствует в формате корпоративных или частных встреч, как средство облегчения коммуникации при решении деловых и личных вопросов. Однако злоупотребление постепенно формирует эмоциональную привязку к воздействию спиртных напитков.

Во-вторых, алкоголь становится синонимом отдыха и расслабления. Так формируется уровень бытового пьянства, и именно здесь начинает играть роль биологическая предрасположенность. Десять человек могут жить по одному сценарию, но семеро из них в какой-то момент способны себя ограничить, тогда как трое переходят в стадию зависимости. Ассоциация отдыха с алкоголем – один из ключевых маркеров подсознательного влечения. Многие приходят вечером домой и выпивают, чтобы расслабиться. По сути, этот метод поиска комфорта через химическое воздействие – основа формирования зависимости.

Среди основных признаков алкоголизма можно выделить следующие:

1) вторичное влечение, то есть, когда человек лишь пригубил алкоголь и у него возникает непреодолимое желание продолжать пить до состояния насыщения;

2) повышение толерантности, то есть необходимость увеличивать дозу;

3) частота употребления.

Большую роль играют и жизненные приоритеты человека, его мировоззрение, система ценностей. Что для него важнее – употребление алкоголя или риск потери семьи, уважения, репутации?

– Вы упомянули о бытовом пьянстве. Но ведь, по мнению многих, после насыщенного трудового дня рюмка алкоголя помогает снять накопившееся напряжение и как будто становится легче. Почему же это означает наличие проблемы?

– В принципе подобное поведение уже сигнализирует о беде, поскольку человек занимается эмоциональным самообманом. В оптимальном варианте важно понять, почему это происходит. За подобным состоянием может скрываться депрессия в невыраженной форме, синдром выгорания, хроническая конфликтная ситуация, которую человек не способен разрешить. Всё это формирует внутреннее напряжение и дискомфорт, которые временно «лечатся», скажем, бокалом вина, но причина при этом остается нерешенной.

– А если у человека случается серьезный стресс и психотерапия – это долгий путь, к которому не все могут прийти? Может ли в момент острой боли, к примеру, от потери близких людей, помочь алкоголь?

– Да, действительно, в подобных ситуациях нередко человек, пытаясь компенсировать острое стрессовое состояние, воздействующее на его психику, начинает злоупотреблять спиртными напитками. Это само по себе еще не говорит о развитии алкоголизма. В данном случае речь идет об эпизодическом, реактивном запойном варианте, как ответе на конкретную стрессовую ситуацию: утрату близкого человека, потерю работы, разрыв отношений.

Ключевым фактором здесь является длительность. Если подобное состояние сохраняется продолжительное время, потребуется медицинское вмешательство.

– А за какой промежуток времени формируется алкогольная зависимость?

– Классическое формирование указанного пристрастия занимает в среднем 15-20 лет: от эпизодического употребления к первым клиническим признакам пагубной привычки. Из-за этой растянутости во времени у многих формируется ложное ощущение безопасности: «пьет, но ведь ничего случилось». В отличие от наркотической зависимости, которая развивается быстрее, алкоголь долго не воспринимается как угроза ни самим человеком, ни его близкими.

Пограничный момент часто остается незамеченным. Бывают моменты, когда человек приходит домой, что называется, в стельку пьяный. За этим следуют скандалы в семье, чувство стыда. Но чаще всего это воспринимается исключительно в морально-этической плоскости: «как тебе не стыдно», «какой пример ты показываешь детям». Человек соглашается, обещает, но деградация продолжается.

Когда формируется уже вторая стадия алкоголизма, страдает прежде всего эмоционально-волевая сфера. Человеку становится сложно принять решение, взять на себя ответственность и что-то изменить.

– Как известно, алкоголь разрушает тело и психику. А какие тяжелые случаи были в вашей практике?

– Действительно, алкоголь крайне мощно воздействует на метаболизм, нарушая микроэлементный баланс организма. Это, в свою очередь, приводит к функциональным нарушениям работы сердца, сердечной мышцы и сосудистой системы, на фоне чего в несколько раз повышаются риски инфарктов и инсультов. Кроме того, алкоголь обладает выраженным токсическим эффектом, прежде всего поражая печень.

Со временем развивается алкогольный полинейропатический синдром – нарушение проводимости периферических нервов, проявляющееся покалыванием, онемением, слабостью в руках и ногах. Далее возможно органическое поражение головного мозга: алкогольная энцефалопатия, которая приводит к глубокой деградации личности.

В моей практике были пациенты с тяжелыми формами алкоголизма и развитием токсической энцефалопатии. Для восстановления хотя бы минимальных функций мозга требовались массивные курсы витаминов группы B, метаболических и микроэлементных препаратов. Также были случаи, когда вследствие алкогольной полинейропатии человек оказывался прикованным к инвалидной коляске.

– А почему родственникам часто бывает крайне сложно принять решение о лечении?

– Алкоголизм опасен высоким процентом срывов. Причин две: чрезвычайная доступность спиртных напитков и крайне низкая критичность к своему состоянию. Именно поэтому родственникам часто бывает крайне сложно принять решение о лечении. Если человек сам не хочет лечиться, сделать с ним что-либо практически невозможно. При этом в обществе крайне искажено отношение к алкогольной зависимости: она почему-то считается менее опасной, хотя вреда от нее не меньше, чем от наркомании.

– При терапии, например, от алкозависимости, больному категорически запрещают употреблять алкоголь...

– Любая зависимость требует одномоментного отказа от употребления. Дело в том, что при сохранении даже минимальных доз любое лечение становится неэффективным, независимо от того, что и в каких количествах употребляется, – центр удовольствия продолжает получать стимуляцию и фактически подкрепляется. В результате психическая зависимость сохраняется, при этом она не проявляется круглосуточно. Именно в этот момент особенно важна поддержка близких либо своевременное обращение за медицинской помощью в реабилитационный центр или к специалисту. Правильная помощь на этом этапе нередко предотвращает срыв.

– Давайте поговорим о другой беде – наркозависимости. Какие люди становятся наркоманами?

– Что касается этой зависимости, ею могут страдать люди любого психологического типа. В целом базовое ядро формирования этой пагубной привычки во всех случаях сходно, однако изменения личности различаются в зависимости от вида запрещенных веществ. Так, для героиновой зависимости характерен выраженный эгоцентризм. Метамфетаминовая зависимость во многом напоминает алкогольный тип личностных нарушений. При сочетании героина и алкоголя формируется более широкий спектр расстройств личности и поведения, проявляющийся эмоциональной неустойчивостью, импульсивностью и неадекватными реакциями.

– Если классифицировать наркотики, какие, по вашему мнению, самые тяжелые?

– Один из наиболее тяжелых психоактивных веществ – ЛСД (диэтиламид d-лизергиновой кислоты). Он вызывает яркие эмоциональные переживания, усиливает чувство любви и привязанности, но сопровождается галлюцинациями. ЛСД очень быстро и резко формирует психическую зависимость. И хотя в нашей стране данный наркотик относительно реже распространен, к этой группе веществ по эффекту и тяжести зависимости можно отнести метамфетамин.

– Если говорить о нехимических формах зависимости: правда, что игромания (лудомания) – самая плохо корректируемая?

– В целом я с этим соглашусь, поскольку с физической точки зрения при игромании, как правило, нет выраженных проблем, отсутствуют болевые синдромы и соматические жалобы. Однако психических триггерных факторов значительно больше. Это легальная и легкодоступная деятельность – от онлайн-игр до лотерей.

В отличие от других видов зависимостей, здесь часто имеют место одномоментные и значительные финансовые потери, которые вызывают резкую и болезненную реакцию в семье.

Лудомания характеризуется не постоянным ежедневным влечением, а цикличностью. Человек играет, тратит деньги, затем наступает период эмоционального спада, своего рода рефрактерная фаза, после которой всё повторяется. Эти циклы могут длиться по-разному: неделю, две, месяц или даже дольше – четких сроков здесь нет.

Дополнительным фактором поддержания игровой зависимости становятся эпизоды выигрыша. Они формируют ложное чувство контроля и самообмана, появляется убежденность, что «я смогу всё отыграть». В результате у человека всегда находится оправдание продолжать игру.

- Давайте поговорим о шопоголизме. Какую внутреннюю пустоту человек пытается заполнить покупками и почему она возвращается снова?

- Когда речь идет о необоснованных крупных покупках, которые затем годами лежат дома без использования, становится очевидно, что источником удовольствия является не сама вещь, а процесс – поход в магазин, трата денег, момент покупки.

В норме любой человек, приобретая новую вещь, получает удовольствие. Однако это не наносит материального ущерба и имеет рациональную цель. При шопоголизме отсутствие покупок вызывает выраженное чувство внутреннего дискомфорта.

С такой формой зависимости обращаются за помощью достаточно редко, поскольку она долгое время не воспринимается как проблема. При этом шопоголизм не ограничивается только фактом приобретения вещей, он затрагивает эмоциональную сферу, систему саморегуляции и постепенно может приводить к финансовым, семейным и личностным кризисам.

- А когда еда становится способом справляться с эмоциями, а не с голодом?

- В психологии существует понятие булимии – расстройства пищевого поведения, при котором у человека отсутствует чувство насыщения. С одной стороны, наблюдается неконтролируемое потребление еды, с другой, выраженная тревога за фигуру и массу тела, вследствие чего человек искусственно вызывает рвоту.

Со временем это состояние закрепляется, даже при снижении объема потребляемой пищи или на фоне лечения привычка вызывать рвоту может сохраняться. Опасность заключается в том, что частое провоцирование рвотного рефлекса приводит к регулярному забросу кислого содержимого желудка в щелочную среду пищевода и полости рта. Соляная кислота оказывает агрессивное воздействие на слизистую оболочку пищевода, ротовую полость и зубную эмаль, вызывая серьезные повреждения.

Следующее понятие – анорексия. В свою очередь, она представляет собой практически полный отказ от приема пищи. Чаще всего этот процесс начинается с попыток контроля веса. Существует крайне тонкая грань, после которой нервная система перестает адекватно реагировать на сигналы голода, начинается борьба с аппетитом с помощью волевых усилий, медикаментов и различных ограничений. В результате восстановить нормальное питание становится практически невозможно.

В дальнейшем анорексия может переходить в кахексию – патологическое истощение организма, при котором масса тела критически не соответствует росту. Организм начинает расходовать собственные ресурсы, буквально «поедая себя». На этом этапе попытки вызвать чувство голода или просто накормить человека оказываются неэффективными без серьезного медицинского вмешательства.

- Многие люди зависимы от соцсетей, в целом от интернета. Что человек на самом деле ищет во всемирной паутине – информацию, признание или возможность не чувствовать одиночество?

- Интернет можно использовать с пользой, а можно бессмысленно тратить в нем целые дни. Даже в путешествиях нередко человек преследует не цель отдыха, а поиск удачного пейзажа для селфи и набора лайков. Именно это становится источником удовлетворения, создает ощущение собственной значимости и востребованности.

Согласно рекомендациям Всемирной организации здравоохранения, детям до шести лет не рекомендуется какой-либо контакт со смартфонами и гаджетами. После шести лет допускается лишь дозированное использование и исключительно полезный, развивающий контент. Если ребенок проводит в сети более пяти часов в день, это уже представляет серьезный риск формирования зависимости.

В моей практике были пациенты, которые воспринимали свою жизнь исключительно через виртуальный мир. Родители нередко обманываются тем, что ребенок находится дома, рядом, не создает проблем. Однако со временем именно такие родители обращаются за помощью с жалобами на то, что ребенок практически не выходит из своей комнаты. На вопрос, почему он не стремится к реальному общению, ребенок отвечает: «Зачем мне это, если даже интимная жизнь у меня в виртуальном мире».

У многих родителей вызывает восхищение то, что дети, еще не начавшие говорить, уже уверенно разбираются в технологиях, порой лучше взрослых. На самом деле речь идет не о развитии, а об отклонении от нормы психического развития. Такой ребенок лишен живого общения, физической активности. Возникает закономерный вопрос: как может быть нормальным, что ребенка в возрасте от двух до пяти лет, находящегося дома, почти не слышно?

В результате родители обращаются к специалистам уже в возрасте пяти-шести лет, когда ребенок либо совсем не говорит, либо говорит крайне плохо, не умеет выражать свои желания, физически пассивен и эмоционально нестабилен. Нередко в таких случаях психологами ошибочно ставится диагноз «аутизм», что и формирует сегодня гиперболизированную статистику по этому расстройству.

При этом зачастую гораздо проще и эффективнее вовремя ограничить доступ ребенка к телефону. Максимальная острая реакция на лишение гаджета у детей длится два-три дня, в отличие от взрослых. Уже через неделю родители могут заметить, что у ребенка появляются новые интересы и формы активности.

Именно в подростковом возрасте закладываются поведенческие шаблоны, и если в ранние годы уже сформирован механизм ухода от реальности в виртуальный комфорт, то в 14-15 лет это становится триггером для поиска дополнительных способов успокоения, в том числе через химические зависимости.

– Насколько реабилитационные центры помогают зависимым людям? И как с этим обстоят дела в Азербайджане?

– В нашей стране существует мало реабилитационных центров, действительно помогающих зависимым людям. Нередко данные учреждения больше преследуют цель заработать как можно больше денег.

- В какой момент лечение перестает быть помощью и становится формой бегства от реальности?

- Если говорить о психотропных препаратах, применяемых в психиатрии, и в лечении зависимостей, то среди них есть несколько основных групп. В первую очередь, это транквилизаторы – седативные вещества, так называемые анксиолитики. Следующая группа – барбитураты, обладающие выраженным снотворным эффектом. Эти препараты при длительном и неконтролируемом применении способны вызывать зависимость. Например, при барбитуратной зависимости категорически не рекомендуется одномоментный отказ от препарата, поскольку это может привести к резкому падению артериального давления, коллапсу и даже летальному исходу. В клинической практике такие препараты используются преимущественно в острых состояниях, когда психическое состояние пациента, уровень тревоги и интенсивность переживаний настолько высоки, что необходимо срочно стабилизировать состояние и вернуть пациенту адекватность. В отдельных случаях транквилизаторы назначаются на короткий срок, от двух недель до месяца для прикрытия возможных побочных эффектов антидепрессантов.

При этом возможно злоупотребление лекарствами без формирования классической зависимости. В практике встречаются пациенты, принимающие длительно и в больших дозах, например, аминазин – антипсихотический препарат. Говорить в этом случае о зависимости затруднительно, поскольку по своей фармакологической структуре он ее не формирует.

Также существует понятие вторичной зависимости. Например, у пациентов с алкогольной зависимостью или зависимостью от других тяжелых психоактивных веществ может происходить замещение, переход на препараты, обладающие сходным эффектом. Речь идет о сильнодействующих лекарственных средствах, потенциально способных вызывать зависимость. Оборот таких препаратов строго регулируется законодательством, они находятся на контроле, имеют ограниченное обращение и выписываются по специальным рецептам, с двумя или тремя печатями, с учетом риска злоупотребления и развития зависимости.

– А много ли известных личностей вам удалось вылечить?

– Достаточно. Были люди, которые приходили ко мне в крайне тяжелом финансовом состоянии, банкротами, а сегодня они возглавляют крупные компании за рубежом. Среди моих пациентов были и представители творческой среды. Более того, и на сегодняшний день профессиональную помощь у меня получает один известный деятель искусства.

– И напоследок: какие рекомендации вы дали бы людям, желающим преодолеть зависимость, несмотря на трудные обстоятельства?

– Первая задача зависимого человека – осознать проблему и постараться принять помощь. Многие это осознают, но долго откладывают «на потом» конкретный шаг. У зависимых людей формируется особое восприятие жизни, собственная философия, оправдания и отговорки. Их психическое состояние часто не позволяет объективно оценивать ситуацию или самостоятельно придумывать решения. Поэтому важно быть решительным: как только появляется понимание проблемы, нужно не медлить и сразу обратиться за помощью.

Мелек Новрузова