Согласно материалам сайта Day.az, передает Icma.az.
Более трех десятилетий мировые лидеры убеждали себя и свои общества в том, что так называемый основанный на правилах международный порядок остается опорой глобальной стабильности. Даже на фоне множащихся войн, пробуксовывающих институтов и возвращения силовой политики с новой уверенностью язык многосторонности продолжает доминировать в залах саммитов и дипломатических коммюнике. Давос не стал исключением.
На Всемирном экономическом форуме в Давосе в этом году премьер-министр Канады Марк Карни выступил с речью, отличавшейся необычной для изысканной альпийской сцены прямотой.
"Если мы не за столом, мы в меню", - предупредил Карни, подчеркнув, что международный порядок, сформированный после холодной войны, не просто эволюционирует, а трещит по швам. Его послание было предельно жестким: ностальгия по "основанному на правилах международному порядку" больше не работает; этот порядок функционально обанкротился.
Критика Карни задела за живое именно потому, что была лишена привычных дипломатических эвфемизмов. Он сформулировал то, что многие политики ощущают в частном порядке, но редко произносят вслух: знакомая архитектура глобального управления - от Организации Объединенных Наций до ОБСЕ - испытывает колоссальную нагрузку из-за соперничества великих держав и выборочного применения международного права. "Это не наивная многосторонность, - сказал он, - и не ставка на их институты. Это создание коалиций, которые работают по каждому конкретному вопросу с партнерами, имеющими достаточно общего, чтобы действовать вместе".
Если правила по-прежнему действуют, почему они так последовательно дают сбой в моменты кризиса? Если международные институты остаются центральными, почему их так часто обходят стороной, когда принимаются реальные решения? И если порядок лишь "находится под давлением", почему новые рамки и альтернативные коалиции незаметно возникают, чтобы заменить его?
В комментарии для Azernews немецкий аналитик Брендан Зиглер отметил, что форум в этом году выявил растущий разрыв между дипломатическим языком и геополитической реальностью.
"Давос был посвящен не столько празднованию глобального сотрудничества, сколько управлению его эрозией", - отметил Зиглер:
"То, что выделяло высказывания Карни, заключалось не в их новизне, а в откровенности. На протяжении десятилетий мировые лидеры продолжали ссылаться на "основанный на правилах международный порядок" как на стабилизирующую мантру, даже по мере того как его механизмы постепенно теряли актуальность. В Давосе Карни вслух произнес то, что многие политики признают приватно: ностальгия больше не является стратегией, а старый порядок функционально обанкротился.
Его критика была направлена прямо на архитектуру глобального управления. Институты, которые когда-то представлялись универсальными арбитрами - от Организации Объединенных Наций до ОБСЕ, - все чаще оказываются парализованными соперничеством великих держав и выборочным применением международного права. Карни отверг то, что он назвал наивной многосторонностью, и выступил за коалиции, работающие "по каждому вопросу" с партнерами, разделяющими достаточно общего, чтобы действовать. Это было негласное признание того, что универсальность уступила место полезности.
Эта оценка прозвучала на фоне ухудшающейся глобальной обстановки. Война в Украине, нестабильность на Ближнем Востоке и в Красном море, а также нарастающая напряженность вокруг Тайваня продемонстрировали, насколько существующие институты не готовы предотвращать эскалацию или хотя бы управлять кризисами. На практике результаты все чаще определяются не согласованными правилами, а распределением силы. Там, где силу можно навязать, она вытесняет нормы; там, где это невозможно, международное право в значительной степени сохраняется лишь как текст".
По словам Зиглера, эти вопросы были особенно четко высвечены необычайно прямым выступлением премьер-министра Канады Марка Карни. Его заявления не означали рутинный призыв к реформам, а отражали признание того, что постхолодновоенная система сталкивается со структурным сбоем, а не с постепенными изменениями.
"Мы наблюдаем не переход внутри системы, - сказал Зиглер, - а вызов самой системе, который вынуждает государства, особенно средние державы, переосмысливать, каким образом безопасность, суверенитет и сотрудничество могут быть реально сохранены:
"Соединенные Штаты, долгое время главный архитектор системы после 1991 года, все чаще продвигают свои интересы посредством односторонних мер, используя тарифы, санкции и финансовое давление как инструменты принуждения. Европейский союз продолжает говорить языком норм и ценностей, однако часто не располагает ни политической сплоченностью, ни жесткой силой, необходимыми для их обеспечения. Между тем традиционные механизмы безопасности и региональные организации регулярно обходятся стороной. Конфликты вспыхивают и эскалируют без надежных институциональных путей деэскалации. Структуры, построенные на предположении о разделяемой приверженности общим правилам, выглядят хрупкими и уязвимыми, что обнажают именно те кризисы, для управления которыми они создавались. Основное послание Карни было недвусмысленным: старые правила больше не гарантируют ни безопасности, ни процветания. Там, где институты терпят неудачу, вакуум заполняет сила".
По словам Зиглера, рассмотренное под этим углом, подписание в Давосе "Совета мира" приобретает символическое значение.
"Официально представленное как инициатива по миростроительству, оно одновременно отражает более тихую истину: существующим рамкам, включая Совет Безопасности ООН, больше не доверяют в вопросе эффективного управления реальными конфликтами. Распространение новых платформ и хартий является скорее не признаком институциональной жизнеспособности, а признанием того, что старые механизмы больше не функционируют так, как заявлялось. В Давосе никто не объявлял основанный на правилах порядок мертвым. Однако растущая опора на специально создаваемые коалиции и блоки по отдельным вопросам свидетельствует о решительном отходе от универсализма в сторону выборочного, основанного на интересах сотрудничества. Обращение Карни к средним державам было особенно показательным", - сказал аналитик.
Идея "Нового мирового порядка" всегда находилась в поле обсуждения и становилась объектом пристального анализа. Если существует "новая система", как утверждают, то должны быть и принципы, поддерживающие ее фундамент; все остальное следует считать не более чем бравадой или абстрактной концепцией. Старый порядок еще не умер. Но, как дал понять Карни в Давосе, он уже не является тем двигателем глобальной стабильности, каким себя заявлял, и притворяться, что это не так, может оказаться самой опасной иллюзией из всех, подытожил немецкий аналитик.
Акпер Новруз