Акиф Насирли: Нас могут ожидать трехзначные цены на нефть МНЕНИЕ ЭКСПЕРТА

Мировой энергетический рынок в конце января 2026 года столкнулся с «идеальным штормом», который заставил котировки эталонной марки Brent впервые за последние четыре месяца преодолеть психологическую отметку в 70 долларов за баррель.

Этот резкий скачок, подкрепленный ростом WTI до 64,91 доллара, стал результатом редкого совпадения фундаментальных дефицитов и острой геополитической эскалации. Главным драйвером волатильности выступила жесткая риторика Вашингтона в адрес Тегерана.

Президент США Дональд Трамп, используя свой традиционный метод «максимального давления», пригрозил Ирану ударом, который по своим масштабам может превзойти любые предыдущие военные акции. Рынок, который еще в начале года готовился к профициту предложения, мгновенно отреагировал на риск блокировки Ормузского пролива и прямой угрозы иранской нефтедобыче, составляющей около 3,3 млн баррелей в сутки. Инвесторы начали закладывать в цену так называемую «военную премию», объем которой, по оценкам аналитиков Citi, уже составляет от 3 до 4 долларов в каждом барреле.

Ситуация усугубляется тем, что внешнеполитическое давление наложилось на серьезные внутренние проблемы в энергетическом секторе самих Соединенных Штатов. Мощный зимний шторм, обрушившийся на нефтедобывающие регионы США, привел к временной потере до 2 млн баррелей суточной добычи (около 15% национального производства) из-за обледенения инфраструктуры и перебоев в электроснабжении.

Это локальное сокращение предложения подтверждается свежей статистикой Минэнерго США (EIA), зафиксировавшей неожиданное падение коммерческих запасов нефти на 2,3 млн баррелей до уровня 423,8 млн. На фоне ожиданий экспертов относительно роста запасов, реальные данные стали «бычьим» сигналом для трейдеров, подтверждая, что текущий баланс рынка гораздо более хрупкий, чем казалось в декабре. Дополнительную поддержку ценам оказывает и временная остановка добычи на месторождении «Тенгиз» в Казахстане, что создает локальный дефицит в Евразийском регионе.

Несмотря на долгосрочные прогнозы таких организаций, как МЭА, которые ранее предсказывали среднюю цену Brent в 2026 году на уровне 60–65 долларов из-за роста добычи в странах вне ОПЕК+, текущая реальность диктует иные правила.

Если угрозы Белого дома перейдут в фазу реальных действий или приведут к полному эмбарго на иранский экспорт, эксперты BloombergNEF допускают сценарий, при котором цена Brent может устремиться к 91 доллару за баррель к концу года.

Однако в краткосрочной перспективе рынок будет крайне чувствителен к любым новостям из зоны Персидского залива и сообщениям о восстановлении американских НПЗ после шторма.

В ближайшие недели мы увидим борьбу между «медвежьим» фактором глобального перепроизводства и «бычьей» геополитической неопределенностью. Пока же уровень в 70 долларов за баррель становится новой точкой опоры, отталкиваясь от которой, по словам экономиста Акифа Насирли, нам стоит учесть, что углубление конфронтации между США и Ираном способно стать реальным катализатором для отмены ожидаемого профицита нефти в 2026 году и даже спровоцировать начало структурного дефицита, хотя сценарий этот не является неизбежным.

В своем комментарии для Vesti.az председателем Центра либеральных экономистов Акиф Насирли отметил, что в настоящее время на глобальном рынке номинально существует достаточное предложение, однако значительная его часть сконцентрирована в геополитически «зонах риска».

По его словам, любая продолжительная дестабилизация в таких странах, как Иран, Ирак, Саудовская Аравия и ОАЭ, может стремительно раскрыть разрыв между фактическими и статистическими объемами предложения.

«Военная премия» уже частично заложена в текущие цены, однако мировая экономика остается крайне чувствительной к ней: даже дополнительная надбавка в 10–15 долларов за баррель серьезно влияет на энергетическую инфляцию, процентные ставки и состояние платежных балансов развивающихся стран. Зависимость еще не достигла критической точки, но систематически вызывает негативные последствия», - пояснил он.

Насирли подчеркнул, что блокада Ормузского пролива представляет собой классический сценарий «черного лебедя» для рынка - через этот пролив проходит около пятой части мирового нефтяного экспорта, а альтернативные маршруты ограничены и сопряжены с высокими издержками.

«В подобной ситуации первичная реакция рынка будет обусловлена не фундаментальными факторами, а психологией: последуют панические закупки фьючерсов, резкий рост стоимости страховки танкеров и ажиотажный спрос на физическую нефть на азиатских рынках. Текущие уровни цен около 70 долларов за баррель не в полной мере учитывают этот риск, и в случае эскалации трехзначные цены станут технически достижимыми. Вопрос устойчивости такого ценового скачка будет зависеть от продолжительности блокады и характера ответных мер со стороны США», - сказал экономист.

Аналитик отметил, что эскалация напряженности вокруг Ирана может ускорить переход Китая и Индии к альтернативным маршрутам поставок и расчетам в национальных валютах. Тем не менее, добавил Насирли, этот процесс, скорее, эволюционный, нежели революционный.

«Обе страны уже осознают сопутствующие риски и апробировали расчеты в юанях и рупиях с санкционными поставщиками, такими как Иран и Россия. Конфликт, безусловно, усилит данную тенденцию, однако ее недостаточно для того, чтобы подорвать глобальное доминирование «нефтедоллара». Система петродоллара зиждется не только на нефти, но и на глубине, ликвидности и правовой надежности финансовых рынков США. Альтернативные механизмы могут получать большее распространение, однако утрата долларом своей доминирующей роли в ближайшее десятилетие представляется маловероятной», - заявил он.

Как утверждает специалист, в случае прямого военного столкновения использование США своего Стратегического нефтяного резерва (СНР) является эффективным инструментом для сглаживания краткосрочных шоков, однако его возможности не безграничны.

«СНР служит сигналом для рынка и способен ослабить панические настроения, но, если проблема кроется в нарушении физических потоков нефти, он не в состоянии долгосрочно сдерживать цены. Активное использование резервов в предыдущие годы существенно ограничило маневренность Белого дома в этой сфере. Хотя говорить о полном «разоружении» было бы преувеличением, СНР уже не обладает прежним сдерживающим потенциалом, что хорошо осознает рынок. Это означает, что при будущих эскалациях ценовая реакция может оказаться более острой и стремительной», - подытожил Акиф Насирли.