Додик Путину. Почти как Юстас Алексу наш комментарий

Милорад Додик, лидер сепаратистов Республики Сербской, отказался признать решение Конституционного суда Боснии и Герцеговины, оставившего в силе приговор о его годичном тюремном сроке и шестилетнем запрете на политическую деятельность за игнорирование предписаний международного посланника, контролирующего выполнение Дейтонских соглашений.

Центральная избирательная комиссия Боснии и Герцеговины лишила Додика президентского мандата и назначила досрочные выборы на 23 ноября, однако президент заявил, что не намерен подчиняться этому решению и собирается провести референдум о выходе Республики Сербской из состава федерации.

Вслед за этим Додик инициировал обновление правительства, заменив премьер-министра Радована Висковича бывшим министром сельского хозяйства Саво Миничем, который сразу же заявил о праве сербов на самоопределение. Оппозиция бойкотировала голосование, заявив о нелегитимности нового кабинета министров.

Сегодня Милорад Додик, которого госсекретарь США Мадлен Олбрайт поддерживала в 1990-е годы, как альтернативу националистам, превратился в фигуру, вызывающую на Западе всеобщее раздражение

После решения суда Додик принял журналистов в городе Баня-Лука и объявил, что у Боснии и Герцеговины как у государства нет будущего. Он подчеркнул, что намерен заручиться поддержкой Владимира Путина в вопросе независимости Республики Сербской, хотя ранее российский президент неизменно заявлял о своей приверженности Дейтонским соглашениям и территориальной целостности Боснии и Герцеговины. Встреча с Путиным намечена на октябрь, за несколько дней до организованного Додиком референдума. Сам он неоднократно подчеркивал близость к российскому лидеру, называя более 25 личных встреч и признавая, что готов общаться с Путиным «хоть каждую неделю». На майском параде Победы в Москве и во время визита в Москву в апреле он слышал от российского президента обещания работать над закрытием международных институтов в Боснии и Герцеговине, включая офис Верховного представителя Кристиана Шмидта, чью легитимность не признают ни Додик, ни Кремль.

Следует подчеркнуть, что Додика поддерживает не только Россия, но и Сербия. Президент Александр Вучич на встрече с Путиным в Пекине обсуждал ситуацию в Республике Сербской наряду с вопросами о Косово и двустороннем сотрудничестве. Что лишь усиливает тревожную атмосферу на Балканах, поскольку именно Россия и ЕС выступили гарантами Дейтонских соглашений, положивших в 1995 году конец войне, которая унесла более ста тысяч жизней и сделала беженцами два миллиона человек. Именно тогда, под давлением США, ЕС и России, была создана республика Босния и Герцеговина, объединившая Федерацию боснийцев и хорватов, а также Республику Сербскую.

Сегодня Милорад Додик, которого госсекретарь США Мадлен Олбрайт поддерживала в 1990-е годы, как альтернативу националистам, превратился в фигуру, вызывающую на Западе всеобщее раздражение. Додик находится под американскими санкциями, называет Евросоюз «оккупантом», а в западных СМИ его всё чаще называют «человеком Путина на Балканах». Сам Додик отвергает это определение, заявляя, что является всего лишь «ставленником сербского народа Боснии».

Президент Александр Вучич на встрече с Путиным в Пекине обсуждал ситуацию в Республике Сербской наряду с вопросами о Косово и двустороннем сотрудничестве. Что лишь усиливает тревожную атмосферу на Балканах

Эксперты убеждены, что инициированный Додиком референдум неизбежно даст результат в пользу независимости, однако центральные власти его не признают.

Аналитики также сомневаются, что Москва поддержит отделение Республики Сербской. По мнению сербского дипломата Сречко Джукича, России выгоднее видеть Республику Сербскую внутри Боснии, где она может блокировать вступление страны в НАТО или ЕС, нежели способствовать её выходу. Тем не менее, некоторые эксперты не исключают, что Кремль может использовать сценарий Приднестровья, Южной Осетии и Абхазии и признать одностороннее провозглашение независимости Республики Сербской.

Политолог Аднан Хускич отмечает, что реальная поддержка со стороны Москвы вряд ли может изменить ситуацию: Республика Сербская окружена странами НАТО, а внимание международного сообщества сосредоточено на других глобальных кризисах.

Таня Топич из Баня-Луки видит в действиях Додика, прежде всего, внутренний политический расчет: разочаровавшись в надеждах на США, он переносит борьбу за своё политическое выживание на Восток, рассчитывая укрепить позиции внутри сербского электората за счёт риторики, направленной против Сараева и Запада.

События вокруг Милорада Додика подтачивают и без того хрупкую конструкцию боснийского государства. На фоне украинской войны, напряжённости вокруг Косово и противостояния России с Западом, балканский кризис может стать новым очагом нестабильности, в котором Москва будет использовать Республику Сербскую не столько для признания её независимости, сколько как рычаг давления на всю архитектуру европейской безопасности.