Экономисты: Уход Лукойла никак не отразится на экономике Азербайджана Minval Politika

Одна из крупнейших российских нефтяных компаний, «Лукойл», готовится продать свои зарубежные активы. В пакет входят три нефтеперерабатывающих завода в Европе, сеть автозаправочных станций в двадцати странах, а также доли в месторождениях в Азербайджане, Казахстане и ряде других государств. Однако это не просто коммерческая сделка, за ней стоят санкционное давление и геополитические риски. Аналитики оценивают, что активы могут быть реализованы со скидкой до 50–70% от их рыночной стоимости.

Возникает целый ряд вопросов. Что может означать выход «Лукойла» из проектов в Азербайджане? Как отечественная компания SOCAR поступит в данном случае? И, наконец, может ли массовая продажа активов с таким дисконтом повлиять на инвестиционный климат и стоимость энергоресурсов в Каспийском регионе? И в целом, какие риски и возможности это создаст для Азербайджана?

Чтобы разобраться, Minval Politika обратился за комментарием к главе Центра нефтяных исследований, экономисту Ильхаму Шабану.

По словам эксперта, ситуация вокруг «Лукойла» гораздо сложнее, чем может показаться на первый взгляд.

«Лукойл» работает в 22 странах за пределами России, и отношение к нему и санкционный режим везде разный. Нельзя сказать, что после 21 ноября всё вступит в силу одновременно и одинаково, это просто невозможно», — отметил Шабан.

Он считает, что российская компания действительно уйдёт с американского рынка и из Европейского Союза.

«Почему? Потому что в этих странах вести бизнес с российскими компаниями не хотят. Ни частные структуры, ни власти, у них нет такого интереса. Еврокомиссия и правительства европейских стран открыто это заявляют», — пояснил экономист.

При этом, добавил он, в других регионах, в постсоветских странах, на Ближнем Востоке, в Африке, ситуация иная: «Отношения вполне нормальные. Поэтому я не думаю, что эта ситуация затронет все страны, где работает компания».

Эксперт напомнил, что против России введено более 13 тысяч санкций, а ограничения на экспорт нефти действуют с 5 декабря 2022 года. Тем не менее, подчеркнул он, Россия по-прежнему экспортирует около 5 миллионов баррелей нефти в день.

«Санкции — это не приговор, не закон, обязательный к исполнению. Всё зависит от того, как их обходят или интерпретируют», — отметил Шабан.

Он также подчеркнул, что вопрос санкций носит исключительно политический характер: «США и Европейский Союз применяют санкции, чтобы заставить Россию пойти на уступки в вопросе Украины и добиться прекращения войны. Россия же говорит: «Хорошо, я остановлю войну, но какое место мне будет отведено в новом мировом порядке?» Пока по этому вопросу нет договорённости, война продолжается».

Экономист не исключает, что в будущем санкции могут быть частично смягчены, как это уже происходило с Ираном: «В отношении Ирана не раз бывали периоды ужесточения и послабления. Замороженные счета размораживались, компании вновь участвовали в международных проектах. На это нужно смотреть шире, в глобальном контексте».

Эксперт отметил, что «Лукойл» может, допустим, продать долю в Болгарии, и, вероятно, продаст активы и в других странах — в Узбекистане, Ираке, Африке. Однако это, по его словам, не единый тренд: «Везде своя ситуация».

Что касается Азербайджана, то, по словам Шабана, уход «Лукойла» не станет серьёзным событием для страны.

«Для Азербайджана это ничего особенного не значит. Почему? Потому что у «Лукойла» всего около 19,99% в проекте «Шах-Дениз», и там он играет пассивную роль. Все ключевые решения принимают BP и SOCAR. «Лукойл» просто вкладывает свою долю капитала и получает дивиденды».

Экономист напомнил, что в проекте уже не раз происходила смена участников: «Если «Лукойл» выйдет, его место займёт другая компания. В «Шах-Денизе» уже много компаний уходило и приходило: ушли Total, Statoil, потом пришёл Petronas, потом тоже ушёл. Одна компания уходит, другая приходит — это нормальный процесс».

Однако, подчеркнул Шабан, в других странах ситуация может быть сложнее.

«В Узбекистане “Лукойл” — оператор. Основная часть газа страны добывается именно за счёт компании. У неё есть доля и в транспортировке. Кроме того, в Ираке он тоже оператор, там крупный проект, где добывают около 50 миллионов тонн нефти в год. Это серьёзный масштаб, и заменить такого оператора непросто».

Схожего мнения придерживается экономист Халид Керимли, который отмечает, что даже если «Лукойл» выйдет из азербайджанских проектов, это не создаст проблем для страны.

По его словам, SOCAR сможет без затруднений выкупить доли “Лукойла” по выгодным ценам, что даже может оказаться полезным для национальных компаний.

«Если “Лукойл” выйдет из азербайджанских проектов на выгодных условиях, то для азербайджанских компаний это не станет проблемой. SOCAR сможет выкупить доли по благоприятным ценам, что будет даже в определённой степени выгодно», — заявил эксперт.

Он подчеркнул, что с точки зрения организации работы никаких трудностей не ожидается, а сам уход «Лукойла» не создаст серьёзных проблем для нефтегазового сектора Азербайджана.

«Наоборот, это откроет новые возможности. SOCAR и другие компании смогут выкупить активы «Лукойла» в Азербайджане. На азербайджанском рынке спокойно смогут действовать и другие нефтяные компании».

Керимли отметил, что экономике Азербайджана это никак не повредит, поскольку все стратегические проекты контролируются государством, а риски распределены.

«Если в процессе продажи появятся более выгодные компании-покупатели, это даже создаст дополнительные возможности для Азербайджана, особенно в плане расширения доли и влияния SOCAR», — пояснил он.

Экономист также добавил, что если SOCAR выкупит доли «Лукойла» в Казахстане, это позволит укрепить позиции Азербайджана в Центральной Азии.

Говоря о продаже активов со скидкой 50–70%, эксперт отметил, что для региона это большого значения не имеет.

«Такие сделки не улучшают и не ухудшают региональную экономику. В каждой конкретной транзакции одна компания теряет, другая выигрывает. Это влияет лишь на балансы отдельных компаний, а не на макроэкономику».

Кроме того, добавил Керимли, никакого влияния не будет и на цены на энергоносители или объёмы инвестиций в Каспийский регион.