Гарантии в обмен на Донбасс: как Украина снова оказывается заложником чужих договоренностей ВЗГЛЯД

На последнем витке дипломатических усилий вокруг Украины крупнейшие международные СМИ зафиксировали тревожную тенденцию: администрация президента США Дональда Трампа связала перспективу предоставления Украине гарантий безопасности с предварительным достижением мирного соглашения, которое, по сути, подразумевает территориальные уступки, включая Донбасс.

Об этом накануне писала Financial Times, ссылаясь на источники, близкие к переговорному процессу: Вашингтон дал понять Киеву, что обязательства по безопасности станут реальными только после того, как Украина согласится на договоренности с Россией, вероятно включающие передачу Донбасса. Хотя, президент Украины Владимир Зеленский рассчитывал подписать соглашение по гарантиям безопасности на встрече с Трампом на Всемирном экономическом форуме в Давосе на прошлой неделе.

Это сообщение встревожило как политических аналитиков, так и украинскую сторону, поскольку Донбасс остается одним из самых болезненных вопросов войны. FT подчеркивает: хотя американские чиновники и отрицают, что прямо требуют территориальных уступок, позиция Вашингтона в переговорах фактически усиливает давление на Киев, делая гарантии безопасности зависимыми от уступок, которые Украина долго отвергала. 

Разговоры о территориальных уступках и вопросах безопасности разворачиваются в гораздо более широком контексте. Они идут на фоне нарастающих ударов по украинской инфраструктуре, подорванной энергетической стабильности и приближения еще более суровых зимних холодов. Синоптики предупреждают о надвигающемся арктическом похолодании, которое способно дополнительно обострить ситуацию с энергоснабжением и отоплением. В таких условиях каждый день без устойчивого мирного соглашения оборачивается потерей десятков человеческих жизней и колоссальными социальными издержками.

Именно экстремальные климатические риски выводят энергетическую безопасность и жизнеобеспечение в число ключевых факторов при оценке положения Украины. На этом фоне дискуссия о возможных уступках в Донбассе приобретает особенно трагическое звучание, обнажая жесткую дилемму между сохранением суверенитета и элементарным выживанием.

Однако давление на Киев не ограничивается исключительно переговорами с Москвой и Вашингтоном. Внутри самих США ситуация вокруг Дональда Трампа по ряду параметров становится все более напряженной. Согласно последнему опросу Reuters/Ipsos, уровень одобрения деятельности президента снизился примерно до 38 процентов, что является минимальным показателем за время его текущего срока.

Ключевой причиной падения рейтинга стала жесткая иммиграционная политика администрации, прежде всего действия Иммиграционной и таможенной службы США. Январские операции в Миннеаполисе, в ходе которых погибли два гражданских лица, вызвали широкий общественный резонанс и волну недовольства.

В результате эта тема перестала быть локальным социальным конфликтом и превратилась в серьезный внутриполитический фактор, подрывающий доверие к президенту как среди умеренных избирателей, так и внутри его собственной политической базы.

Проблема внутренней легитимности совпала с несколькими внешнеполитическими вызовами: возможная эскалация и, даже, война с Ираном, вопросы относительно неоднозначного участия США в переговорах по Украине, а также связанное с этим ощущение неопределенности у международных партнеров.

Падение рейтинга Трампа и рост критики его подходов внутри собственной республиканской партии показывают, что решение дипломатических вопросов, в том числе вокруг Украины, и не в последнюю очередь из-за отказа Трампа оказывать давление на агрессора и вооружать Украину крылатыми ракетами типа «Tomahawk», все сильнее переплетается с внутренней политической нестабильностью в США. Сюда же можно отнести и разочарование избирателей Трампа препятствиями к публикации файлов Эпштейна.

Кроме того, попытки продвинуть мирный процесс по Украине неоднократно сталкивались с противоречивыми сигналами из Белого дома. Так, Трамп отказался от предложенного им же прекращения огня в ключевой момент переговоров, что усилило впечатление неопределенности американской позиции и дало основания критикам утверждать, что он действует в русле интересов Москвы. Такой шаг — отказ от инициативы по режиму «тишины» — стал одним из поводов усомниться в том, хватает ли текущей администрации политической воли обеспечить честные и устойчивые переговоры, а не просто использовать конфликт как инструмент давления на Киев.

На этом фоне украинская сторона остается в довольно уязвимой позиции: с одной стороны, она стремится защитить территориальную целостность и социальную устойчивость в условиях энергетического и климатического давления, с другой — сталкивается с неоднозначными сигналами со стороны главного гаранта безопасности на международной арене.

Попытки примирить внешние требования с внутренними ожиданиями общества и политической элиты Украины осложняются еще и тем, что без четких гарантий безопасности уступки территориального характера воспринимаются в Киеве как неприемлемый компромисс, способный подорвать доверие к государству и его способности защищать собственных граждан.

В совокупности складывается целая серия параллельных вызовов: переговорам по Украине, видимо, угрожает не только позиция Москвы, но и внутренняя нестабильность в Вашингтоне, выражающаяся во все более низких рейтингах, социальных протестах и политических противоречиях внутри республиканского лагеря. Эта ситуация подталкивает к выводу, что переговорный трек по Украине рискует превратиться из попытки достижения всеобъемлющего мира в инструмент внутриполитической игры и внешней демонстрации силы — что вряд ли приведет к устойчивому решению, на котором настаивает сама Украина.

И, вообще, кто поручится, что в случае даже согласия Украины на эту последовательность действий, Дональд Трамп потом не откажется предоставить ей гарантии безопасности? Или, согласившись на поддержку США на бумаге, Киев окажется в ситуации, когда он или его преемник нарушат свое обещание в случае российского нападения?

По Будапештскому меморандуму США и Великобритания выступали гарантами безопасности Украины. Однако одна из стран-подписантов — Россия — сама стала агрессором. В итоге Украину не только не защитили, но агрессор так и не понес реального наказания, а Соединенные Штаты со временем и вовсе перестали называть Россию таковой.

Опыт Будапешта наглядно показал несостоятельность подобных гарантий на бумаге. Украина уже прошла через цену подобных иллюзий и еще одного «Будапешта» или «Минска» просто не выдержит.