Горькое признание Тегерана: идущая вместо Ирана Турция наш обзор Haqqin

После свержения режима Асада, обсуждения будущего отношений между Турцией и Ираном стали темой для многочисленных конспирологических версий и спекуляций. Большинство турецких и иранских аналитиков согласны с тем, что падение режима семейства аль-Асад действительно приведет к новому витку регионального соперничества между Тегераном и Анкарой.

На фоне региональной напряженности по сирийскому вопросу в Каире 19 декабря состоялась встреча президента Турции Реджепа Тайипа Эрдогана и президента Ирана Масуда Пезешкиана. Как и ожидалось, ключевой темой обсуждения стал будущий статус Сирии. Согласно официальным публикациям, Эрдоган выразил стремление Турции видеть на Ближнем Востоке свободную от терроризма Сирию, в которую могут беспрепятственно вернуться миллионы ее бежавших граждан.

Сегодня в сердце каждого сирийца есть место для Турции. Режим в Иране должен пересмотреть свою политику в отношении Сирии

Иранский профессор Надер Энтессар из университета Южной Алабамы отметил в интервью тегеранской газете «Этемад», что события в Сирии, безусловно, усилят напряженность между Ираном и Турцией, хотя стратегические и исторические причины исключают вероятность войны между ними.

По мнению иранского профессора, поддержка Турцией сирийской оппозиции согласуется с масштабной политикой Анкары, направленной на ослабление влияния России и Ирана в регионе.

В свою очередь, Джафар Хакпенах, профессор Тегеранского университета и политический аналитик по Турции, считает действия Анкары в Сирии частью широкой стратегии по восстановлению влияния Анкары на бывших территориях Османской империи. Хакпенах утверждает, что, помимо Сирии, Турция стремится стать ключевым игроком на всем Ближнем Востоке, заменив Иран.

«Соперничество между Турцией и Ираном охватывает не только Сирию, но и более обширные регионы, включая Кавказ, где Анкара поддерживает Азербайджан, а Тегеран — Армению», - отметил иранский политолог.

После свержения Башара Асада высокопоставленные чиновники в Тегеране сделали ряд уничижительных заявлений о судьбе теперь уже бывшего сирийского режима. Но по мнению иранских аналитиков Тегеран может столкнуться с аналогичными последствиями.

В своей статье «Асад ушел, уроки остались» иранский политолог Джафар Гюлаби назвал «апокалиптическими» события, происходящие на Ближнем Востоке с 7 октября 2023 года, и обвинил власти Ирана в игнорировании их последствий.

После свержения Башара Асада высокопоставленные чиновники в Тегеране сделали ряд уничижительных заявлений о судьбе теперь уже бывшего сирийского режима. Но по мнению иранских аналитиков Тегеран может столкнуться с аналогичными последствиями.

«В Иране не придают значения этим событиям и глобальным потрясениям, - пишет Гюлаби. - Правительство ИРИ продолжает действовать так, словно ничего не произошло. Некоторые, вероятно, считают себя слишком важными для Ирана, поскольку власть еще не осознает угрозы».

Ахмад Масджедджамеи, бывший министр культуры реформаторского правительства экс-президента Мохаммада Хатами, предостерег, что убийство в Тегеране лидера ХАМАС Исмаила Хании, уничтожение в Дамаске иранского консульства, ликвидация в Бейруте лидера «Хезболлы» Хасана Насраллы и свержение режима Асада в Дамаске могут иметь для Ирана тяжелые последствия. По его словам, на фоне региональных событий этническая и сектантская политика иранских властей может привести к росту сепаратизма.

«Если мы продолжим идти этим путем, нас ожидают риски, которые могут привести к сепаратизму в условиях существующих региональных потрясений», - подчеркнул бывший министр.

Консервативное крыло ИРИ обвиняет условно реформаторского президента Махмуда Пезешкиана в том, что он, якобы, был недостаточно активен в защите режима Башара Асада. В то же время, сторонники реформаторского лагеря утверждают, что для Тегерана все происходящее представляет пусть трудный, но потенциально положительный исход. Они настаивают, что стратегическая глубина Ирана не ограничивается Ливаном или Сирией, и требуют перехода от финансирования «доверенных сил», ставших обузой, к национально ориентированной политике.

Однако верховный лидер Ирана Али Хаменеи в заявлении от 22 декабря ясно дал понять, что, несмотря на всю безнадежность ситуации, Тегеран не отказывается от своей политики в Сирии. Призывая неких «сирийских молодых людей» к борьбе против нового правительства, рахбар заявил: «Мы считаем, что в Сирии может начаться новое движение».

Напомнив о процессе, который привел к созданию «Хезболлы» в Ливане, Хаменеи выразил надежду на подобное развитие событий в Сирии, хотя косвенно намекнул на роль Турции в падении диктаторского режима.

Однако верховный лидер Ирана Али Хаменеи в заявлении от 22 декабря ясно дал понять, что, несмотря на всю безнадежность ситуации, Тегеран не отказывается от своей политики в Сирии

Между тем, Абдулкерим Ага, лидер «Сирийского демократического туркменского движения», выразил в интервью haqqin.az разочарование словами Хаменеи.

«Как бы грубо это ни звучало, но у наших туркмен есть пословица: «Голодному петуху снится просо». Ни один молодой человек в Сирии не поддержит призыв Ирана. Видимо, аятолла Хаменеи недостаточно осведомлен о той ненависти, которую сирийское общество испытывает к Ирану, - подчеркнул Абдулкерим Ага. - В 2011 году Тегеран вмешался в мирные протесты против режима Асада, превратив их в крупномасштабную гражданскую войну. Привлекая шиитские милиции из Ирака, Афганистана и Ливана, Иран убил один миллион сирийцев, а 12 миллионов превратил в беженцев. Турция приняла 4,5 миллиона сирийцев и защитила 5 миллионов в Идлибе. А что сделал Иран? Принял ли он хотя бы одного сирийского беженца? Напротив, Иран хотел изгнать и тех, кто остался в Идлибе».

По мнению Абдулкерима Аги, с падением режима Асада, влияние Ирана на Сирию окончательно завершилось.

«Сегодня в сердце каждого сирийца есть место для Турции, - подчеркнул туркменский лидер. - С ее помощью Сирия будет восстановлена, и появится государство, которое объединит все слои общества. Режим в Иране должен пересмотреть свою политику в отношении Сирии. Не стоит забывать, что в Иране живет более 40 миллионов турок. Мы, сирийцы, не имеем проблем с народом Ирана, но мракобесная власть мулл должна вначале разобраться со своим собственным народом».