Израиль и ставка на друзов: новая линия фронта на юге Сирии МНЕНИЕ

В середине июля в провинции Эс-Сувейда, населенной преимущественно друзами, произошли ожесточенные столкновения между ополченцами арабских племён и отрядами местной самообороны. В результате перестрелок, длившихся несколько часов, погибли не менее 46 друзов, 28 бедуинов и 4 мирных жителя. Потери правительственных сил, направленных из Дамаска для подавления конфликта, составили 18 человек.

В ответ на развитие ситуации Израиль нанес удары по подразделениям сирийской армии, впервые открыто вмешавшись в конфликт на стороне друзов. Это стало беспрецедентным шагом: Израиль официально выступил в защиту дружественного ему меньшинства, продолжающего сопротивление попыткам новых сирийских властей установить полный контроль над регионом и стремящегося к расширенной автономии.

В официальном заявлении ЦАХАЛ отмечалось: «Некоторое время назад израильская армия начала наносить удары по военной технике сирийских правительственных сил в районе Сувейды. Израиль привержен защите друзов в Сирии на основании прочного братского союза с друзской общиной в Израиле. Мы действуем с целью предотвращения угроз с их стороны и обеспечения демилитаризации приграничной зоны».

Противостояние между друзами и сирийским руководством имеет глубокие корни. Еще в период гражданской войны, начавшейся в 2011 году, друзы занимали особую позицию: большинство общин, особенно в Эс-Сувейде, сохраняли нейтралитет, избегая прямого участия в боевых действиях. Однако они сформировали силы самообороны, защищавшие население как от радикальных исламистов, так и от произвола со стороны государственных структур.

На фоне постепенного ослабления государственных институтов в Сирии Израиль начал играть всё более заметную роль в делах друзов. Несмотря на отсутствие формализованных отношений с сирийскими друзами, в основе контактов лежит историческая и культурная близость. В самом Израиле проживает крупная друзская община, интегрированная в общественную, политическую и военную жизнь страны. Эта близость усилила давление на израильское руководство со стороны собственной общины с требованием вмешательства и защиты единоверцев.

Ранее Израиль уже предпринимал шаги по оказанию помощи друзам. Госпитали на севере страны принимали раненых с сирийской стороны — в том числе из Эс-Сувейды и деревни Хадер у границы с Голанскими высотами. Формально это представлялось как гуманитарная миссия вне зависимости от конфессиональной принадлежности, однако друзы составляли значительную часть получателей помощи.

В середине 2010-х, когда деревне Хадер угрожало наступление боевиков "Фронта ан-Нусра" (возглавляемого, как известно, нынешним президентом Сирии), Израиль заявил, что не допустит массовой расправы над друзами у своих границ. Армия обороны усилила присутствие в приграничной зоне и дипломатически выразила готовность к вмешательству. Эти шаги были сдержанными, но однозначно демонстрировали готовность к защите.

Поддержка друзов важна для Израиля и во внутренней политике. Друзская община страны активно продвигает идею помощи сирийским единоверцам, демонстрируя тем самым свою лояльность и поднимая вопрос моральной ответственности государства. Такая позиция укрепляет доверие и усиливает внутриполитические позиции друзов.

Хотя ранее Израиль избегал прямого вмешательства в сирийский конфликт в пользу друзов, его стратегия по отношению к этому меньшинству была последовательной: она объединяет гуманитарную поддержку, политическое покровительство и военное сдерживание угроз. В условиях продолжающейся нестабильности в Сирии эти отношения приобретают всё большее значение — как в гуманитарном, так и в геополитическом контексте.

После установления контроля новых сирийских властей над югом страны напряжённость в отношениях с друзами вновь усилилась. Причиной стало стремление Дамаска усилить военное и административное влияние в Эс-Сувейде, что воспринимается автономистскими группами как угроза традиционным формам самоуправления.

Социально-экономическая ситуация региона усугубляет кризис. Безработица, дефицит ресурсов, слабая государственная поддержка способствуют росту недовольства. На этом фоне активизировались местные лидеры и вооруженные формирования, отказывающиеся подчиняться приказам из центра и обвиняющие власти в репрессиях и нарушении прав сообщества.

Таким образом, противостояние между новым сирийским руководством и друзским населением — это не просто политический конфликт. Это столкновение идентичностей, прав и стремлений к автономии в условиях послевоенного восстановления. Израильское вмешательство, пусть и мотивированное защитой единоверцев, вносит в этот конфликт элемент внешнего влияния, способствуя его затягиванию и потенциально превращая его в новый израильско-сирийский узел напряжённости.

Участие Израиля может также рассматриваться как попытка создать буферную зону вдоль границы в районе Голанских высот, что позволило бы Тель-Авиву усилить свое влияние в регионе. Однако подобная политика неизбежно вызовет осуждение со стороны арабских стран и может быть использована против Израиля на международной арене. Это, пожалуй, единственное, что хоть как-то сдерживает действия еврейского государства.