К чему приведут планы на Гренландию: взгляд из Швеции Minval Politika

Начало 2026 года обновило мировую политическую повестку, среди прочего, еще и вопросом о приобретении американцами Гренландии. Идея присоединения крупнейшего в мире острова, являющегося автономной территорией Дании, вновь заняла центральное место во внешней политике лидера США Дональда Трампа. О том, какие перемены ожидают в скандинавских странах в связи с этим, насколько реалистичны планы Трампа, а также какую роль во всем этом процессе играет получившая «второй дыхание» доктрина Монро, в интервью Minval Politika рассказал председатель Конгресса азербайджанцев в Швеции, член одной из ведущих партий Эмиль Мирзоев.

— Как скажется на скандинавских странах реализация планов Дональда Трампа по присоединению Гренландии к США?

— Скандинавские страны очень внимательно отслеживают шаги США и Дональда Трампа. Основополагающим для этих государств будет решение Дании. Если, как говорит Трамп, он осуществит идею о присоединении Гренландии путем референдума, то стоит отметить, то есть еще вопрос датского парламента — дело в том, что даже если будет референдум, то, согласно Конституции Дании, ее парламент еще должен принять соответствующее решение. Так что проведение референдума еще не означает окончательного решения.

— Швеция и Финляндия планировали создать свой альянс еще до вступления Швеции в НАТО. Можете рассказать об этом поподробнее? Что подтолкнуло к этой идее?

— До вступления Швеции в Альянс в этой стране не было никаких обсуждений на данную тему. Но когда Россия начала военные действия в Украине, тогда Финляндия и Швеция захотели создать альянс на случай нападения России или еще кого-либо с тем, чтобы совместно противостоять угрозе. Шведский парламент имеет 349 мест, и когда поднялся вопрос о вступлении в НАТО, то из восьми партий, представленных в Риксдаге, шесть поддержали эту идею. Против выступили две партии – Партия «зеленых» и Левая партия – это бывшие коммунисты. Тогдашний премьер-министр и глава МИД страны проявили активность.

Кроме того, руководитель партийной группы в Риксдаге тоже принимал участие в обсуждениях. В шведском парламенте нет правящей партии, тут есть альянсы – социал-демократический и Moderaterna. Представители Moderaterna сейчас находятся у власти. Нынешний премьер-министр тогда участвовал как руководитель большой партии, альянса, когда Швеция вступила в НАТО. Правда, после Финляндии было много вопросов, в частности у Турции, которая поставила много условий Швеции, когда она должна была выдать более 20 активных деятелей Курдской рабочей партии. Шли активные переговоры, Швеция была сильно настроена против политики Эрдогана, который ставил условия. Но потом все решилось.

— Насколько важным блоком является НАТО с учетом происходящих сегодня событий?

— Швеция всегда была нейтральным государством и никогда не хотела вступать ни в какие альянсы. Но после того, как Финляндия и Швеция договорились о вступлении в НАТО, настрой был положительный, хотя многие простые граждане были против, поскольку не хотели, чтобы их дети принимали участие в каких-то военных действиях. Здесь даже было принято решение, что все юноши, возраст которых достиг 18 лет, должны зарегистрироваться как военнообязанные.

Шведы всегда были далеки от такого уклада, тут никогда не было принудительной службы в армии, а лишь по желанию. Поэтому и отношение к НАТО соответствующее. У Швеции есть остров Готланд в Балтийском море, который имеет очень выгодное географическое расположение. В свое время СССР сильно интересовался им, поскольку, если там установить оборудование, то можно просматривать целиком территорию России. Поэтому для НАТО Швеция имеет значение.

Кроме того, хочу отметить, что Норвегия, которая давно является членом НАТО, также всегда придерживалась нейтральной позиции.

В целом, в скандинавских странах существует такая тенденция, когда дело касается войны в Украине, они стремятся к оказанию прямой помощи Киеву. Вот Швеция оказала помощь Украине, недавно то же самое сделала Норвегия, то есть существует стремление оказать финансовую помощь напрямую.

— Насколько реальными Вам видятся планы американского президента заполучить Гренландию?

— Вопрос Гренландии – это вопрос торга между Россией и США по вопросу Украины. Сейчас этот вопрос вновь стал актуальным. Думаю, что США ищут пути, чтобы договориться с Россией о зоне влияния.

— Что Вы можете сказать о доктрине Монро и как она работает в отношении планов по Гренландии?

— Эта доктрина сегодня позволяет Штатам решать свои проблемы. Первое – показать, что Северная и Южная Америка – это «красные линии» США, один из вариантов обмена и торга с Россией и Европой относительно ситуации в Украине. Доктрина Монро показывает, что США никогда не допустят того, чтобы какая-то другая страна приблизилась к государствам, граничащим с США.

Думаю, что сейчас выгодно Трампу поднимать этот вопрос. Но я бы отделил это в чисто политический момент. Влияние США на Европу и другие страны, в том числе и Кавказа, очень сильное, потому что есть еще и экономические вопросы – влияние доллара или евро. В свое время Европа хотела выйти из-под влияния Америки, доллара, но этого не произошло.

Что касается политического момента, то это очень выгодно. У Трампа есть на это основания. Мир сегодня показал, что им правят сильные, которые силовым путем добиваются своего. Этим Трамп может дать карт-бланш России относительно того, что она с Европой сама должна договариваться, а он не станет вмешиваться. Таким образом, Америка хочет дать понять, что Северная и Южная Америка – это зона влияния США. Это выход к тому, что Штаты будут заниматься своими проблемами, а Европа – своими.

— Премьер-министр Дании Метте Фредериксен считает, что претензии США на Гренландию могут привести к распаду НАТО. Что Вы думаете об этом?

— Да, в Дании предупредили, что если планы США по Гренландии будут осуществлены, то Дания выйдет из состава НАТО. По любому такой расклад скажется на Швеции и Финляндии, потому что это соседствующие государства, у них очень много общего. Конечно, пока вопрос о выходе Швеции из НАТО пока не стоит, но в Дании уже подумывают об этом.

— Как будет реагировать мировое сообщество и не станет ли этот шаг в отношении Гренландии триггером для других подобного рода идей?

— Согласен. Многие говорят о том, что в таком случае и другие страны будут поднимать такого рода вопросы, в том числе исторического характера.

В свое время США помогли Косово, когда-то стоял также вопрос о приближении НАТО к России. До 2010 года не было такой сильной реакции на то, что Горбачев совершил какие-то ошибки, а сейчас президент России поднимает вопрос о том, что была устная договоренность, а НАТО приблизилась.

Отношения между странами мира в целом, конечно, будут сильно меняться. В целом, мир сильно изменился сам по себе. Если же США не на словах, а на деле осуществят какие-то действия в отношении Гренландии, то, думаю, это даст импульс для реализации подобных планов и со стороны других стран.