Командиры палачи. Made in USA горячая тема

Университет Колумбия вновь отличился: объявлены лауреаты Пулитцеровской премии — того самого журналистского «Оскара», который добавляет престиж даже при протухшей правде.

В категории «Объясняющий репортаж» победила газета The New York Times. Поздравим коллег за поэтичное повторение давно известного: оказывается, США долгие годы опекали афганских мясников, устраивавших показательные экзекуции под молчаливый аккомпанемент демократии и гуманитарной помощи.

Расследование, конечно, сенсационное. Но исключительно для тех, кто вышел из комы только вчера.

Оказывается, США долгие годы опекали афганских мясников, устраивавших показательные экзекуции под молчаливый аккомпанемент демократии

Оказывается, американцы не только терпели, но и снабжали полномочиями особо жестоких полевых командиров. Те расправлялись с оппозицией, мирными жителями и заодно со здравым смыслом. Словом, не щадили никого. А Пулитцер за это — как памятная табличка на братской могиле - торжественно и с конфетами.

Проблема в том, что это не сбой системы, а сама система. США всегда с радостью находили себе «монстров» с местной пропиской, наделяли их властью, а потом отпускали их на охоту. И чем кровожаднее был охотник, тем прочнее узы дружбы. Афганистан — не исключение, а просто еще одна остановка на аллее славы, вдоль которой возвышаются фигуры Сухарто, Пиночета, Монта и прочих лейтенантов ада, которыми так гордится Вашингтон.

Возьмем, к примеру, Индонезию 1965 года. США помогают взойти на трон Сухарто, снабжают его списками «неправильных людей» и пока по стране катком утюжит геноцид, просто закрывают на это глаза. Миллион трупов за пару месяцев — и это только для «разогрева».

А кто помогал Сухарто убивать?

В фильме Джошуа Оппенгеймера «Акт убийства» палачи с удовольствием рассказывают, как душили, кололи, вешали. И, как звезды на пенсии, гордятся своей карьерой. Потому, что знали: их не тронут. Ведь за их спинами стояли не просто танки, а идеология с клеймом «Made in USA».

А вот и еще один шедевр — Дэн Митрионе в Уругвае, на похоронах которого рыдал сам Фрэнк Синатра. Митрионе, будучи специалистом по пыткам, преподавал истязания электрошоком, как искусство, и получал бюджетное финансирование. Куда уж благороднее?

В Афганистане эту роль исполнил Абдул Разик. Начальник полиции Кандагара, мастер похищений, фанат внесудебных казней, кумир Гуантанамо. В 22 года он начал работать на американцев и сразу превратился в монстра, которого боялся даже президент Ашраф Гани. Он был «большим другом США», а заодно — самым богатым человеком афганского юга. Не правда ли, симпатичное сочетание — садизм и финансовая успешность.

Абдул Разика боялся даже президент

Журналисты NYT констатируют: «Демократия оказалась властью мафии».

Какая неожиданность! Неужели люди всерьёз верили, что американцы приносят свободу, а не импортируют насилие в подарочной упаковке?

Абдула Разика убили в 2018-м. Прямо после встречи с американским генералом Миллером, когда генерал сел в вертолёт, а Разик — лег в могилу. Совпадение? Возможно. А может, просто «мавр сделал своё дело…»

Вспомним генерала Монта из Гватемалы, приведенного к власти в 1982 году. За полтора года он организовал конвейер ликвидаций, казнил сто тысяч соотечественников, после чего терпение лопнуло даже у американцев - когда маникюр диктатора перестает скрывать кровь на пальцах, это портит имидж его ставленников.

А геноцид, устроенный генералом Монтом?

Философ-марксист Эрих Фромм предупреждал: главная угроза — не в сумасшедших. Опасны нормальные, с папками, погонами и лимузинами, которым дали неограниченную власть и чувство безнаказанности. Эти «нормальные» умеют превращать демократию в дыбу, выборы — в фарс, а свободу — в прикладное насилие.

И пока из Вашингтона продолжают экспортировать «ценности», по миру гуляет простая истина: ремесло палача — это последний социальный лифт для тех, кто больше не может или не хочет рассчитывать ни на образование, ни на труд, ни на справедливость.

В мире, где свобода стоит на вооружении, а истина лакируется премиями, реальность напоминает бойню с оперными декорациями, на фоне которых вручают очередную Пулитцеровскую премию.

Занавес!