Молодежь упускает свой шанс, или Несколько слов о премьере в Русдраме Рецензия на

Английская писательница Джейн Остин, написав ровно 210 лет назад роман «Эмма», так и не смогла продать весь тираж своей книги при жизни, хотя он был довольно скромным даже по тем временам — всего две тысячи экземпляров. Но спустя более чем два века это не остановило азербайджанского режиссера Раулю Турккан, которая решила, что данный спектакль просто создан для постановки в Русском драматическом театре. Дело оставалось за малым — чтобы режиссерское рвение передалось актерам, занятым в спектакле. Но этого, увы, не произошло.

А ведь режиссер рискнула дважды: и когда решила поставить это непопулярное (по крайней мере, при жизни автора) произведение, и когда вовлекла в него практически весь театральный молодняк, буквально задыхавшийся от невостребованности и игнора со стороны режиссеров старшего поколения. Таким образом, для них это был шанс проявить себя. И многие из них этот шанс безбожно запороли.

Сам спектакль, вернее, сопутствующие ему элементы — театральные костюмы и декорации — были, как обычно, на высочайшем уровне. Честное слово, лично у меня глаза отдыхают, когда я смотрю на итоги работы пошивочного цеха: со вкусом подобранные материалы и безупречно сидящие на актерах костюмы просто радуют глаз. И декорации тоже были на высоте — руководство театра никогда не жалело денег на оформление, что и сейчас было видно хотя бы по великолепным люстрам.

Ну и наконец — актеры. Вернее, актерская игра. Этот вечер можно назвать бенефисом Инны Имрановой (Анна Тейлор), персонаж которой напрочь затмил игру главных героев — Диляры Назаровой (Эмма Вудхаус) и Рашада Алиярова (Джордж Найтли). Последний был очень похож на народного артиста Фахраддина Манафова в глубокой молодости, но этим все сходство и ограничилось. Было видно, что Рашад серьезно готовился к роли, но это была скорее зубрежка, чем игра. Да, я понимаю, что холодная английская любовь резко отличается от горячей кавказской, но даже английские чувства можно сыграть с большей энергетикой, а не заученными движениями.

Кто знает, может, окажись его партнерша чуть чувственнее и энергичнее, раскрылся бы и сам Алияров. Но случилось то, что случилось, и этой творческой паре нужно срочно что-то менять в себе перед следующим показом спектакля.

Мы уже привыкли, что роли меняются, но Марина Литвиненко остается все такой же — с узнаваемым, но все-таки однообразным и уже изрядно поднадоевшим стилем игры. Вот и сейчас ее персонаж (мать мисс Бейтс) практически ничем не отличался от десятка других ее героинь, сыгранных на сцене Русдрамы. Зато ее сценическая дочь — Милана Соколенко (мисс Бейтс) — умеет быть разной: и когда была Мардахановой, и когда стала Соколенко. Вот и на этой премьере Милана зажигала как могла, но огонь от ее игры быстро угас на фоне всеобщего штиля энергетики остальных персонажей, задействованных в спектакле.

«Старая гвардия» безжалостно и играючи превосходила молодую поросль. Как всегда, хорош был Салман Байрамов, живущий ролью, а не играющий ее. Даже Руфат Назаров, появлявшийся на сцене в этом спектакле считанное число раз, явно переигрывал, скажем, Ибрагима Чингиза (Фрэнк Черчилль), исполнявшего одну из основных ролей. Хотя тот же Руфат ненамного старше Чингиза, и последний до этого имел немало удачных ролей на той же сцене. А здесь его словно подменили — изменилась даже дикция, не говоря уже об энергетике.

В общем, не хочется противопоставлять поколения друг другу, поэтому просто констатирую факт: молодежь Русдрамы не смогла воспользоваться предоставленным ей шансом, а режиссерский риск себя не оправдал. «Старики» выглядели гораздо ярче и интереснее, о чем после спектакля перешептывались многочисленные зрители так же, как и я, не получившие ожидаемого молодежного адреналина. И поэтому, боюсь, как бы премьерный аншлаг не стал последним успехом данной постановки, если, конечно, актеры не начнут жить игрой, а не просто играть на сцене. Не правда ли, господа?

Вюгар Вюгарлы, специально для Caliber.Az