Москва претендует и на Индонезию странная геополитика

Индонезия заявила, что не разрешит размещать российские самолеты на своей территории после того, как Москва запросила разрешение на доступ к местной базе на архипелаге, что вызвало серьезное беспокойство в соседней Австралии.

В XIX – XX веках, то есть для многих людей давным-давно, наличие заморских военных баз было главным признаком величественной державной поступи: корабли, авиация, колонны военной техники и радары за горизонт – сурово и впечатляюще все выглядело. Внушало, так сказать, где держава, а где не пойми что, и кто в доме хозяин.

В XIX – XX веках наличие заморских военных баз было главным признаком величественной державной поступи

Сегодня все это в прошлом. Кардинально изменившаяся геостратегия и революция в военном деле резко поубавили стремление к созданию военных баз. Опорные точки и инфраструктура, позволяющая мгновенно нарастить свое военное присутствие в отдельных точках земного шара, – это да, это остается. Но создавать масштабные вооруженные форпосты, да еще и вдали от баз снабжения – уже считается с конца XX века дурным тоном.

К тому же – не окупающим себя в военно-экономическом и военно-политическом плане, что продемонстрировали Афганистан времен советского вторжения, Афганистан и Ирак периода американских активных операций, Сирия как последний пример, ну и Африка, само собой.

Но генералы готовятся к прошлым войнам – а российские генералы в особенности. То им базу в Ливии подавай, то в африканской глуши, а то и в Судане. И, как вишенка на торте, теперь еще и в Индонезии захотелось, на аэродроме в окрестностях Биака, что в местечке Манхуа в провинции Папуа, в 1400 километрах от северного австралийского города Дарвин.

Создавать масштабные вооруженные форпосты, да еще и вдали от баз снабжения – уже считается с конца XX века дурным тоном ,что продемонстрировал даже Афганистан и Ирак периода американских активных операций

Видимо, в Кремле, с его нынешней тягой к наследованию худших традиций советского периода, решили возродить идеи Никиты Хрущева, первого архитектора отношений между Москвой и Джакартой. В 1957-м СССР выиграл тендер у западных конкурентов с внедорожником ГАЗ-69, и около 100 машин поступили в ВВС Индонезии, 400 — в сухопутные войска.

В те же времена Джакарта получила от Москвы десятки истребителей МиГ-15, МиГ-17, МиГ-19 и МиГ-21, бомбардировщиков Ил-28 и Ту-16, транспортных самолетов Ил-14 и Ан-12, вертолетов Ми-4 и Ми-6. Советская оборонка переоснастила и индонезийский военно-морской флот. В 1958-м оформили заказ на две подводные лодки проекта 631 и четыре эсминца, которые уже в следующем году пришли в Индонезию, получив имена «Санджая», «Султан Искандар Муда», «Савунгалинг» и «Силиванги».

Советский Союз оказал помощь Индонезии в возведении целого ряда важных объектов, в том числе металлургического завода, автомобильных дорог, гидроэлектростанции на реке Асахан. СССР в Индонезию поставлял в основном машины и оборудование, а Индонезия в СССР – каучук, кофе, олово и пальмовое масло. Итогом же этих массированных вложений и экспансии в Индонезию стал…пшик. Сменилось в результате переворота 1965-1967 годов правительство страны – и СССР из Индонезии энергично поперли.

В России по сей день должны помнить об индонезийской авантюре Хрущева

А большую часть индонезийской задолженности перед Москвой вынуждены были списать, поскольку Джакарта категорически отказалась ее выплачивать. Блестящий финал операции «Индонезия», что тут сказать, «улыбаемся и машем».

Второй заход Россия предприняла в начале 2000-х годов нынешнего столетия, когда предложила Джакарте девять тысяч автоматов АК-101 и АК-102. В 2008-м был подписан контракт на поставку для морской пехоты 17 БМП-3Ф стоимостью около 40 миллионов долларов, а в 2018 году – контракт на поставку индонезийцам 11 самолетов Су-35 стоимостью 1,1 миллиарда долларов.

Но если автоматы Калашникова и БМП-3Ф Россия еще успела поставить, то в историю с Су-35 вмешались американцы. В октябре 2018-го США пригрозили Индонезии ограничительными мерами по закону «О противодействии противникам Америки посредством санкций» (CAATSA). И Джакарта тут же отыграла обратно, причем по-хитрому – контракт не расторгла, а просто его «заморозила», в результате чего он так до сего дня и остался в подвешенном состоянии.

Второй заход Россия предприняла в начале нулевых

И вот с таким «своеобразным партером» Москва решила договориться о военной базе. При том, что она уже почти полвека добивается права на постоянное базирование своих самолетов на индонезийском аэродроме Биак в Папуа – и ни разу не получила одобрения. По одной простой причине: Индонезия закрепила в своей Конституции приверженность «свободной и независимой» внешней политике, которая основана на неприсоединении. А значит ни одна иностранная военная база не может быть в стране размещена.

Кстати, по той же причине российские военные базы никогда не появятся в Иране – Конституция не позволяет. Это в России она более чем эластична, куда президент повернет – так она и будет трактоваться. В иных странах это так не работает.

Иными словами, у Кремля «Индонезиянаш» не получится. Как, впрочем, и «Ливиянаш» и «Суданнаш». И хотя Москва негодует, но по большому счету она должна сказать спасибо. Ведь коснись что – как она эти базы эвакуировать будет? Потому как геополитические амбиции – это одно. Согласно им, и в Папуа воинский контингент можно загнать и разместить. Вот только как его в случае чего оттуда выводить?