Наведение мостов в глобальной энергетической дипломатии: опыт азербайджанского эксперта

Опыт участия Ибрагима Мустафаева в комплексных инициативах – от модернизации азербайджанских рынков капитала до разработки энергетических коридоров в рамках подготовки к COP29 – убедил его в одном: главная сложность заключается не в технических аспектах, а в умении управлять проектами в условиях неопределенности и выстраивать институциональное доверие. Сегодня наш соотечественник работает в Американо-азербайджанской торговой палате (USACC).

В интервью он рассказал о ключевых стратегических проектах, в которых участвовал, а также о выводах и уроках, которые вынес из своего опыта.

– Расскажите, пожалуйста, немного о себе.

– Я родился и вырос в Азербайджане в период, когда энергетика была не просто экономическим сектором, а осью дипломатии и государственной политики. Мои родители – инженеры-химики, и благодаря им я с ранних лет усвоил ценность аналитического мышления и важность служения обществу через решение сложных задач.

После окончания школы в Азербайджане я продолжил обучение в Бостонском университете, получив диплом бакалавра в области делового администрирования и компьютерных наук с отличием. Учеба в США дала мне как аналитическую подготовку, так и профессиональный кругозор.

– Вы начали карьеру в государственном секторе Азербайджана в непростое время. Что это вам дало?

– В 2017-м я присоединился к Палате по надзору за финансовыми рынками (распоряжением президента Азербайджана была упразднена в 2019 году – ред.), которая в тот период занималась стабилизацией системы после масштабной девальвации. Палата курировала банки, страховые компании и рынок ценных бумаг. Меня назначили главным аналитиком проекта по созданию рынка производных инструментов – от изучения международного опыта до адаптации методов к азербайджанским реалиям и проведения образовательных программ.

Это время стало для меня интенсивной школой управления системными рисками. Главный урок того периода – институциональное доверие является краеугольным камнем финансовой системы. При утрате его чрезвычайно трудно восстановить, однако правильно выстроенные реформы способны вернуть стабильность.

– Вы стали самым молодым руководителем отдела торговли на Бакинской фондовой бирже. Какие проекты вы курировали?

– Работа на бирже была и возможностью, и огромной ответственностью. Я отвечал за торговый оборот в несколько миллиардов манатов в год – в основном по государственным облигациям. Мы внедрили систему, которая позволила инвесторам в режиме реального времени участвовать в аукционах государственных облигаций. Это заметно улучшило работу рынка во время нестабильности в период пандемии.

В 2019 году впервые международная финансовая организация – Черноморский банк торговли и развития – разместила облигации в национальной валюте, и локальные инвесторы подали рекордный объем заявок. Параллельно мы создали новые источники финансирования для развития инфраструктуры капитального рынка и подготовили стратегический план биржи.

Для меня этот этап стал подтверждением того, что финансовые рынки Азербайджана способны соответствовать глобальным стандартам. Особенно приятно было видеть стремительный рост позиций страны в рейтинге Doing Business Всемирного банка.

– Вы обучались по программе MBA в Йельском университете. Как это повлияло на вашу карьеру?

– Это стало поворотным моментом. В Йельском университете я получил глубокие знания в области стратегии, финансов и энергетической инфраструктуры развивающихся стран. Кроме того, был исследовательским и учебным ассистентом профессора Кевина Донована. Мы проводили с ним исследования по вопросам доступа к энергии на развивающихся рынках, результатом которых стала поездка в Кению.

Опыт, полученный в Йельском университете, усилил мой интерес к международным энергосистемам и их институциональной структуре. Данный вуз также дал возможность наладить контакты с политиками, предпринимателями и инвесторами со всего мира. Я окончательно понял, что энергия – это не только киловатты и трубопроводы, но и финансы, и дипломатия.

– Что привело вас в Boston Consulting Group (BCG)?

– После работы в государственном секторе и на Фондовой бирже я хотел заниматься проектами на стыке финансов, энергетики и стратегии в более широком масштабе. Поэтому после выпуска из Йельского университета присоединился к вашингтонскому офису BCG. Там я работал над проектами по геополитическому сценарному планированию для глобальных логистических компаний, диверсификации цепочек поставок (стратегия «Китай+1»), оптимизации операций для продовольственных корпораций и банков Уолл-стрит.

Но самое значимое – меня назначили единственным консультантом из американской команды, поддерживающим азербайджанскую делегацию на 29-й сессии Конференции сторон Рамочной конвенции ООН об изменении климата (COP29). Это позволило объединить мой опыт в Азербайджане с мировыми процессами в области энергетики и климатической дипломатии.

– Расскажите подробнее о работе на COP29.

– Работа в делегации COP29 стала одним из ключевых этапов моей карьеры. Я занимался разработкой аналитических рамок для стратегии Азербайджана на этом экологическом форуме, моделированием интеграции водородной энергетики и анализом адаптации существующих газопроводов под транспортировку водорода. В мои обязанности входили сценарное планирование, оценка рисков и подготовка коммерческих моделей, ориентированных на европейский рынок.

Параллельно я курировал структуру и презентацию I Бакинской недели климатических действий, в которой участвовали более 150 политиков, финансистов и технических экспертов. За этот вклад я получил официальное признание от лидера высокого уровня ООН по климату на COP29.

Для меня было важно представить Азербайджан не только экспортером углеводородов, но и надежным партнером в сфере водородной и чистой энергетики.

– Какой опыт вы получили, модерируя Вашингтонский саммит по «зеленым» финансам?

– Саммит, состоявшийся в октябре 2024 года при участии Министерства торговли США, Университета Джонса Хопкинса и USACC, был значимым событием. Я модерировал одну из ключевых пленарных сессий – это была отличная возможность оказаться в центре диалога США и Азербайджана.

На панели выступали представители EXIM Bank, Carlyle и Amalgamated Bank. Моя задача заключалась в том, чтобы объединить интересы разных сторон и направить диалог к практическим решениям. Фактически это была не просто дискуссия, а работа по созданию моста доверия между американскими финансовыми структурами и стратегическими приоритетами Азербайджана.

– Как бы вы описали проекты, связанные с передовыми энергетическими технологиями США?

– В настоящее время я работаю над стратегическими проектами в USACC и выделил три основных направления на ближайшие годы:

– картирование геополитических рисков – инструмент, выявляющий политические и коммерческие риски в энергетических проектах до того, как они перерастут в кризисы;

– устойчивость цепочки поставок – стресс-тестирование уязвимостей в критически важных областях, таких как уран, компоненты водорода, минералы для батарей;

– экспортная конкурентоспособность американских энергетических технологий – особенно адаптированные рамки финансирования и регулирования для малых модульных реакторов (ММР).

Главная идея заключается в том, что крупные инфраструктурные проекты реализуются, когда обеспечивается не только техническое, но и политическое и институциональное доверие.

– Почему вы уделяете особое внимание водородной и ядерной энергетике?

– Потому что эти направления – на долгую перспективы. Ветер и солнце важны, но они не являются непрерывными источниками энергии. Водород и атомная энергетика же играют ключевую роль в декарбонизации промышленности и обеспечении стабильности энергосети.

Наши совместные исследования с инженером по ядерной безопасности компании EDF Орханом Акберовым, показывают, что технологии ММР обеспечивают чистую, устойчивую и стратегически важную энергетическую мощность. «Зеленый» водород – важный инструмент для снижения выбросов углерода в тяжелом транспорте и промышленности. Обе отрасли требуют крупной инфраструктуры, нормативной базы и устойчивых цепочек поставок, поэтому фокус на них имеет решающее значение.

– Как вы оцениваете будущую роль малых модульных реакторов в энергетической стратегии США?

– В статье, которую мы написали совместно с Орханом Акберовым и которая принята к публикации в Yale Journal of International Affairs, мы сравнили западные и восточные модели ядерных реакторов.

В настоящее время Россия и Китай благодаря государственной поддержке занимают лидирующие позиции на развивающихся рынках. США же могут восполнить этот разрыв с помощью технологий ММР. Малые модульные реакторы являются идеальным вариантом для замены старых угольных станций, обеспечения стабильной генерации и устойчивости энергосети.

В международном масштабе такие реакторы создают для США конкурентоспособный экспортный пакет, сочетающий передовые технологии с высокими стандартами безопасности.

– Какую роль, на ваш взгляд, сыграют Азербайджан и Каспийский регион в ближайшие годы?

– Азербайджан – уникальная точка пересечения географии, энергетики и дипломатии. Южный газовый коридор играет ключевую роль в энергетической безопасности Европы, обеспечивая более 25 млрд кубометров газа ежегодно.

Вместе с тем проекты вроде Каспийско-Черноморско-Европейского энергетического коридора демонстрируют лидерство Азербайджана в области чистой энергетики. Преобразование Нахчывана в «Зеленую энергетическую зону» и планы по синхронизации энергосетей с Турцией открывают новые стратегические возможности для региона.

Для США Азербайджан – это не только стабильная инфраструктура, но и партнер с доказанным опытом энергетической дипломатии.

– И, наконец, что для вас означает успех?

– Успех для меня – не личная слава, а реальный эффект от проектов, над которыми я работаю. Если через несколько лет американские ведомства и компании будут принимать решения, опираясь на подготовленные мной аналитические инструменты, – это будет большим достижением.

Мне также важно, чтобы Азербайджан воспринимался в мировой энергетической дипломатии не только как экспортер углеводородов, но и как центр практических решений. Если мои карты геополитических рисков и регуляторные модели будут использоваться в реальных проектах, я буду считать, что внес вклад и в развитие своей страны, и в свою профессиональную миссию.

Источник: qafqazinfo.az