Новая ядерная стратегия России: угроза или блеф? Мнение

Анонсированное Москвой еще два месяца назад внесение изменений в ядерную доктрину, как способ удержать США и других союзников Украины от принятия опасных решений, стало ответом на разрешение Вашингтона на пуск ракет дальнего радиуса действия (ATACMS) вглубь территории России.

Теперь, согласно новой доктрине, Россия будет применять ядерное оружие не только в ответ на нападение, угрожающее ее выживанию, но и в ответ на любое нападение, представляющее «критическую угрозу» ее суверенитету и территориальной целостности.

Причем, впервые Москва заявила о праве применить ядерное оружие против государства, обладающего только обычными вооружениями, если его поддерживает ядерная держава.

Таким образом, Украина, поддерживаемая США, Великобританией и Францией — тремя из пяти государств, изначально обладавших ядерным оружием, официально признана страной, которая станет ядерной целью Москвы.

Как ни странно, Вашингтон почти не заметил узаконенную ядерную угрозу со стороны России. Там за три года войны или привыкли к регулярным российским угрозам, или уже не верят, что Владимир Путин может нажать на ядерную кнопку, или же считают, что тем самым Кремль просто намерен усилить свои позиции за столом переговоров.

И, скорее всего, все три предположения имеют место быть.

В заявлении Совета национальной безопасности администрации Байдена лишь прозвучало дежурное осуждение новой доктрины без проявления какой-либо тревоги по этому поводу. Причем, США даже не удосужились менять уровень боевой готовности, потому как, по их мнению, «ядерная позиция России не изменилась». То есть, ядерные угрозы России стали привычными, и к ним в США выработался иммунитет.

Как сказал в беседе с The New York Times профессор Гарварда Мэтью Банн, который отслеживает ядерные риски на протяжении десятилетий: «Это сигнальное упражнение, попытка напугать аудиторию в Европе — и в меньшей степени в Соединенных Штатах — чтобы они отказались от поддержки Украины».

Для Путина новая ядерная доктрина — это последняя из нескольких попыток превратить крупнейший в мире ядерный арсенал в нечто, чего мир действительно может снова бояться, что даст ему глобальное влияние, которое он потерял из-за санкций против его газово-нефтяной экономики.

Вероятно, уходящая администрация США или не верит, что Путин потянется к ядерной кнопке, или решила ускорить процессы и подвести военный конфликт к кульминации и развязке.

Но каков может быть ответ США в случае решения Путина применить нестратегическое ядерное оружие в любом месте, в любое время, в любом масштабе?

На этот вопрос The New York Times отвечает профессор Массачусетского технологического института и эксперт по ядерным вопросам Випин Наранг, который недавно вернулся из двухлетней командировки в Пентагон.

Там он работал над новым, в значительной степени засекреченным «руководством по применению ядерного оружия» для Соединенных Штатов, в котором больше внимания уделяется растущему арсеналу Китая и его партнерству с Россией.

«Путину все равно придется учитывать ответные меры США и всего мира и управлять эскалацией. Даже с учетом этих изменений в российской доктрине, я по-прежнему уверен, что обычные и ядерные силы США и НАТО способны сдержать российские ядерные действия и восстановить сдерживание, если Путин просчитается», — отметил Наранг.

Вероятность такого просчета представляется низкой — Путин на протяжении всего конфликта проявлял осторожность, не желая открыто нападать на страны НАТО, участия которых в противостоянии он не хотел бы допустить.

Как отмечает Випин Наранг, «ядерный порог определяется не словами, а балансом сдерживания и ставками, а изменения в декларативной доктрине вовсе не меняют баланс сдерживания между США, НАТО и Россией».

Видимо, в том числе и поэтому мысль, что одна из девяти стран, обладающих ядерным оружием (а Иран стоит на пороге того, чтобы стать десятой), может нажать на кнопку, вызывает в США скорее пожатие плечами, чем созыв Совета Безопасности ООН.