Он не волшебник, он только учится

Кузнечное дело - это не работа, это целое искусство

Кузнечный промысел - одно из древнейших ремесел. Ковать самородное и метеоритное железо начали еще в каменном веке. Работать кузнецом было престижно и почетно. Сегодня эта профессия не столь популярна. Но остаются люди, верные своему делу, такие как Намиг Рзаев из Гейчайского района, мастерство которого известно на всю округу. 

На первый взгляд этот мужчина вовсе не похож на кузнеца Вакулу из гоголевской повести «Ночь перед Рождеством». Будто прочтя мои мысли, Намиг усмехнулся: «Мне всегда говорили, что я не похож на кузнеца, но я скажу вам: проработав несколько лет в кузнице, я точно знаю, что рост и вес в кузнечном деле роли не играют, куда важнее ловкость и сила в руках».
Так наш герой развенчал первый миф о кузнецах, который прочно обосновался в нашем сознании. Важное качество хорошего кузнеца - терпение. Не то, благодаря которому можно простучать кувалдой по железу весь день без угрозы для рассудка, а способность работать, несмотря на тяжелые условия: где-то чересчур жарко, где-то слишком уж тяжело, где-то работать надо долго и кропотливо, а порой больно: то раскаленное железо кожи коснется, то уголь в ботинок попадет.
К «приручению» такого на первый взгляд неподатливого материала, как металл, Намига тянуло с самого детства. Еще будучи школьником, он делал ножи. Причем именно из железа, а не из более распространенного в среде мальчишек дерева. Правда, на память о первых изделиях у мастера ничего не осталось.
Первые «мастер-классы» будущего ремесленника проходили в кузнице деда Довлата. Так как работа деда была связана с лошадьми, которых нужно было регулярно подковывать, Намиг был там частым гостем. В такие моменты парень завороженно наблюдал за действиями деда, который лихо превращал кусок железа в подкову.
Территория, на которой находится кузница Намига Рзаева, в Гейчае известна как «лезгинский квартал». В прошлом этот район также был известен как район кузнецов и мастеров по лужению.
Возраст кузницы перевалил за столетие. Находится она на центральном проспекте райцентра, на обочине дороги. У нее странный вид. Хотя солнечный свет, просачивающийся сквозь стены из сырцового кирпича и старую крышу, летом затрудняет работу мастера, в другое время года это создает приятную атмосферу. Оборудование в мастерской такое же старое, как и сама кузница, - каменная наковальня, древние молоты, щипцы, каменный поддув, очаг, каменное колесо, сундук с инструментами в углу и стальной лом, висящий на стене.
Намиг Рзаев - внук известного в Гейчае кузнеца Довлата и сын мастера Мохлата. Этому ремеслу он научился у своих деда и отца.
- Мои прадеды переехали из Дагестана в Гейчай в 1915 году, - рассказывает Намиг. - По национальности мы - лезгины. С момента переезда сюда они занимались кузнечным делом и лужением. Мой дед Довлат сделал имя в кузнечном ремесле. Я стараюсь, чтобы его ремесло и имя жили. Два моих дяди и отец тоже занимались этим ремеслом. Поначалу меня это не интересовало, потому что я занимался спортом. А позже почувствовал тягу к ремеслу. Я смотрел, наблюдал, сидя рядом с отцом и пытаясь научиться. Я даже ломал инструменты, но не сдавался и в итоге научился. Нужно ковать железо, пока горячо, чтобы оно приняло форму. Так и в обучении ремеслу.
- Кузнечное дело - это не работа, это целое искусство, - продолжает известный кузнец. - В нашей семье это ремесло передается по наследству - от отца к сыну. Отец с малых лет трудился в кузнице, постигал тайны древнего ремесла, вместе с отцом ковал необходимые в хозяйстве изделия. Дедушка был настоящим профессионалом. В обработке металла ему не было равных. Вскоре в округе мастером кузнечного дела прослыл и мой отец. В настоящее время я продолжаю ковать подковы, жестяные крышки для больших казанов, наборы для мангала, камина, гриля, печи. Это ремесло никто никогда у меня не отнимет, потому что навыки внутри меня, они наработаны годами. Специфика заключается еще и в том, что нужно работать с людьми. А заказчики бывают разные, и без индивидуального подхода здесь не обойтись. Но меня все устраивает. Душа лежит только к этому, ничего другого я не хочу и менять ничего не планирую. Ведь это ремесло уже давно затянуло меня и перешло из разряда работы и источника доходов в настоящую отдушину.
Первое время работал методом проб и ошибок: если что-то не получалось, пробовал заново, но не отчаивался. Обучившись всем тонкостям кузнечного ремесла, спустя некоторое время уже наравне с дедом ковал, паял и гнул металл. И вот уже 35 лет кую железо на наковальне, нагреваю сталь в печи и шлифую ее на каменном колесе. 
Небольшая кузница, передающая атмосферу прошлых веков, - его второй дом. Он здесь от рассвета до заката. У него много заказов и он много трудится. 
- Вы считаете себя настоящим мастером?
- Это громко сказано, - скромничает мастер Намиг и вспоминает слова из кинофильма: «Я не волшебник, я только учусь...»
- Как вы думаете, есть ли будущее у профессии кузнеца?
- Сегодняшняя молодежь не проявляет терпения и интереса к старинным ремеслам. У меня было более 50 учеников, но из-за трудностей работы все они ушли. Дело в том, что это сложная работа. Требуются физическая сила и заинтересованность. Нельзя винить молодежь в этом. Сегодня молодежь и физической силы не имеет. Одна наковальня весит 80 килограммов. Вес самого легкого молота - три килограмма. Бывает, одной рукой использую шестикилограммовый лом. Ребята, наблюдающие со стороны за моей работой, тотчас убегают. Их основное занятие - технологии. 
Мастер Намиг говорит, что пришел в мир кузнецом и кузнецом уйдет. Он намерен продолжать это дело до тех пор, пока может. Самое большое желание мастера состоит в том, чтобы кузнечное ремесло жило после него. 
Соседством с таким энтузиастом очень довольны жители района - кузнецы всегда были в почете. Намиг Рзаев обзавелся репутацией человека, к которому можно обратиться с любыми просьбами. И он не отказывает, помогает. А в ответ от местных жителей неизменно слышит искренние слова благодарности.