Право на родной язык

Иран против преподавания литературы на национальных языках

В век цифровой глобализации, когда знания доступны на расстоянии одного клика, лишение целых народов права учиться и развиваться на родном языке - чудовищное преступление.

Речь идет о 35 млн наших соплеменников по ту сторону Араза. Недавно Исламская консультативная ассамблея Ирана вновь отвергла предложение о преподавании литературы на национальных языках в школах страны. А ведь решение этого вопроса могло бы стать шагом к восстановлению справедливости для наших братьев, живущих в Иране. В качестве аргументов приводится обеспокоенность режима муллократии о так называемом «государственном единстве и территориальной целостности». Однако, очевидно, что миллионы людей лишены права изучать свой родной язык не только в образовательных учреждениях, но и у себя дома.
Язык - это не только средство общения, но и способ познания мира, инструмент сохранения культуры и мост между поколениями. Лишить народ его языка - значит поставить под угрозу его историческую преемственность, ограничить его развитие, сделать его существование в многосложной национальной идентичности страны вторичным.
Персидский язык, несомненно, играет ключевую роль в объединении Ирана, но оправдывает ли это лишение права целых народов на родной язык. Исторически Иран не является моноэтническим государством: здесь переплетаются судьбы персов, азербайджанцев, курдов, арабов, белуджей, туркмен и многих других народов. Подавление языкового многообразия не способствует интеграции, а является формой культурной гегемонии, создающей новые разломы внутри самого государства.
История полна примеров того, как государства пытались подавлять языковую идентичность отдельных народов. Но рано или поздно эти притеснения приводили либо к социальным волнениям, либо к пересмотру языковой политики государства. В свое время во Франции десятилетиями официально подавлялись бретонский, окситанский и другие региональные языки, пока в конечном итоге страна не пришла к признанию их ценности. Аналогичные процессы происходили в Испании, где каталонский и баскский языки долгое время оставались в тени кастильского, но в конце концов получили свой статус.
Почему в XXI веке 35 млн азербайджанцев в Иране по-прежнему лишены права на родной язык? В мире, где права человека стали основой международных соглашений, некоторые народы все еще вынуждены бороться за базовые образовательные свободы. Этот парадокс подчеркивает неразрешенные цивилизационные проблемы и важность продолжения борьбы за равенство и справедливость.
Решение парламента Ирана вызвало критику со стороны активистов и культурных деятелей. Ассоциация иранских писателей выступила с обращением, в котором подчеркнула, что ни один язык не угрожает официальному статусу персидского. Литература, будь она на фарси, азербайджанском или любом другом языке, остается отражением души народа. Но этого мнения оказалось недостаточно, чтобы сломить инерцию официальной политики.
Между тем во время торжественного закрытия «Недели культуры Тебриза» президент Ирана Масуд Пезешкиан, являющийся этническим азербайджанцем, прочитал несколько строк из поэмы Мухаммедгусейна Шахрияра на азербайджанском языке. Однако его момент поэтического вдохновения был неожиданно прерван запиской… Президент извинительно добавил, что «в этом нет ничего плохого». Этот инцидент отражает всю ситуацию: даже небольшое проявление уважения к языковому разнообразию требует оправданий и осторожности.
Противники преподавания на национальных языках ссылаются на аргумент территориальной целостности, считая, что развитие этнической идентичности несет угрозу государственному устройству. Однако во многих странах удалось найти баланс между национальным единством и языковыми правами. В Швейцарии мирно сосуществуют немецкий, французский, итальянский и ретороманский языки. В Канаде - английский и французский. В Индии - более 20 официальных языков. Эти примеры показывают, что национальное единство не должно строиться на исключении, а наоборот - на признании многообразия.
Теократический режим Ирана пока движется в противоположном направлении, и это вызывает тревогу. Пока вопрос остается нерешенным, азербайджанцы страны вынуждены обучать своих детей родному языку исключительно в семейном кругу, без академической поддержки, без доступа к научной литературе, без возможности полноценно использовать его в действующих в Иране школах и вузах. Это создает риск постепенного сокращения использования языка, а со временем и его ослабления как культурного явления.
Признание прав человека, интеграции и развития культурного разнообразия нельзя игнорировать. Язык - не угроза государству, а его сила. Поддержка и развитие языков служат укреплению гражданского общества, а не политической игры, где культурные права становятся разменной монетой.
Сегодня, когда мир становится все более взаимосвязанным, отказывать народам в праве на родной язык и обучение на нем - значит идти против исторического процесса. И если Иран действительно хочет быть частью глобального мира, то признание языковых прав своих граждан может стать важным шагом на пути к более открытому и справедливому будущему.