Предал ли Вучич Россию, и охладеет ли он к Америке Трампа ? Minval Politika

Несмотря на то (или именно потому), что Брюссель спит и видит смену власти в Сербии по собственному крою, Белград пошел на обострение с Москвой в надежде, во-первых, сохранить в стране власть Вучича, во-вторых, вступить в Евросоюз при первой же волне его расширения. Однако оба варианта развития событий видятся маловероятными, несмотря на резкую смену внешнеполитического курса Белграда: Москва ему больше не товарищ.

Брюссель так «накрутил хвост» Сербии, в которой не утихают внутриполитические конфликты и митинги с требованием отставки президента Александра Вучича, что последний, вероятно, решил сдать все суверенные позиции Белграда «центру», хотя недавно выступал категорически против этого – параллельно чуть ли не клянясь, что приоритет для него – вступление Сербии в Евросоюз.

Но одно дело – бить себя в грудь, другое — доказывать серьезность преданности Брюсселю. А требует он многого – ввести санкции против России, привести внешнюю и оборонную политику балканской страны в полное соответствие с политикой ЕС; и, конечно же, признать Косово. То есть безоговорочно сдать суверенитет Брюсселю.

И Вучич развил бурную деятельность насыщенностью внешнеполитических визитов и встреч на высоком уровне, стремясь доказать, что истинным приоритетом для него является Евросоюз.

Он встретился с председателем Еврокомиссии Урсулой фон дер Ляйен, слетал в Париж к президенту Эммануэлю Макрону, беседовал с главой МИД Германии Йоханном Вадефулем; словом, работал на то, чтобы получить поддержку европейских столиц. И разговоры о том, что его активность связана с попытками сохранения своей власти в Сербии (а она трещит по швам), вряд ли высосаны из пальца. Режим Вучича – более чем уязвим, и, думается, вояжами по европейским столицам он его не сохранит. Помнится, в Брюсселе ясно дали понять – перспектива вступления Сербии в Евросоюз прямо зависит от смены власти в этой стране и однозначного показа ею «спины» Москве – без какой-либо многовекторности во внешней политике, все должно быть завязано на одном центре силы – Брюсселе. А, говоря прямо, Сербия должна быть втянута в антироссийский военный, политический и экономический фронт.

Что ж, Вучич уже сделал соответствующие шаги – сначала заявил (Minval писал об этом), что «склады боеприпасов в стране переполнены», и она будет продавать вооружение Евросоюзу, а тот – пожалуйста, пусть применяет его в Украине.  То есть, одну «брешь» в «обороне» Сербии Брюссель пробил. И остался доволен: в последнем ежегодном докладе Еврокомиссии сближение Сербии с центром и ее отстранение от России – признано. Как и то, что росту согласованности решений Белграда с Брюсселем способствовали шаги, предпринятые «задним числом», и «связанные с санкциями против российских граждан и заявлениями, осуждающими позицию России».

Но главе МИД Германии этого, все же, показалось маловато: он заявил, что коли Сербия желает вступить в Евросоюз, от нее ждут согласования с Брюсселем военной и санкционной политики – так сказать, на полную катушку. И Вучич подтвердил, что готов и на это. Известно, однако, что с начала вооруженного конфликта в Украине порядка 80% граждан Сербии регулярно высказываются в соцопросах против введения страной антироссийских санкций. Вучич же, похоже, решил удовлетворить интересы Брюсселя, а не граждан своей страны.

Дело дошло до того, что он заявил: «Сербия все время рискует из-за отношений с Россией, причем, рискуют не только нефтяные компании, но и банки». А ведь еще не так давно Сербия считала, что для нее – «все зло – в Америке», но теперь Вучич твердит: «США и Сербия являются историческими союзниками».

Однако судя по тому, что заявил на днях экс-глава европейской дипломатии Жозеп Боррель (а «бывшие» в столь высокопоставленной когорте бывают редко), американское направление во внешней политике ЕС сильно «полиняло», и Вучич явно поспешил. «США при Трампе больше не могут рассматриваться как союзник Европы, с которой даже не консультируются по вопросам, затрагивающим ее собственную безопасность». И ЕС на «сдвиг» в американской политике должен отреагировать «соответствующим образом».

Словом, удовлетворить Брюссель на текущий момент на российском направлении Вучич почти сумел, но тут, как «черт из табакерки», выскочили США. Так что ему придется «переобуться» еще раз, при этом не получив никаких гарантий руководящего долголетия в Сербии. И громкое заявление председателя Евросовета Антониу Кошты, подтвердившего, что «Сербия взяла на себя обязательство провести значимые реформы в ближайшие недели» для вступления в Евросоюз (в который, как свидетельствует фон дер Ляйен, путь Сербии заказан без введения санкций против России), ровно ничего не значат для карьеры Вучича.

Равно как и то, что глава Еврокомиссии сообщила о готовности ЕС инвестировать 6 мдрд евро в реформы государств Западных Балкан – на Сербию (авансом за «хорошее поведение?»)  придется более полутора миллиарда долларов. И вопрос еще в том, что подразумевает фон дер Ляйен под реформами, уж не усиление ли борьбы «гражданского сектора» (как водится) против власти Вучича в революционно бурлящей Сербии?

А говоря о реформах, основатель сербской политической партии «Движение социалистов», бывший вице-премьер Александр Вулин заявил, что процесс вступления страны в Евросоюз зависит не от реформ. «Путь в ЕС ведет через зону конфликта в Украине и минные поля, а не через реформы или парламент. Кто не верит — пусть спросит Украину, Молдову, Черногорию», — сказал он. И добавил, что европейская интеграция в нынешнем виде превращается в геополитический инструмент.

И в самом деле: инструмент этот проще использовать с успехом, когда страна все глубже увязает во внешнеполитической зависимости, и когда внутри нее идет оголтелая борьба за власть. Именно в такой ситуации находится сейчас Сербия во главе с Вучичем – на «перекрестке» между тремя противодействующими силами – Брюсселем, Москвой и Вашингтоном, ослабляя, соответственно, свои экономические, политические и оборонные возможности.

По сути, Сербия приближается к статусу колониальной страны, в которой инициативу перехватывает Брюссель, претендующий на «звание» геополитической империи. И чем слабее вовлекаемый в нее «элемент», тем легче его в эту империю затащить. Правда, случаются и досадные препоны: у Евросоюза сейчас открыто множество «фронтов», и главные — внутри него, Россия–Украина, вашингтонский.

А что же Вучич? Вояж в Брюссель, Париж и Берлин, демонстрация «спины» Москве и осуждение ее действий (при «приятии» администрации Трампа), то есть шаткое положение в контексте США; заверения, что «для Сербии членство в ЕС — стратегическая ориентация», к не потере им власти не приведут, поскольку «в столице всея Европы» вопрос уже решен не в пользу президента Сербии.

Обратим внимание на одно существенное обстоятельство: под давлением оппозиции и Брюсселя Вучич (Minval об этом писал) заявил, что готов объявить в стране внеочередные парламентские выборы (очередные должны были состояться 31 декабря 2027 года), однако дедлайн действа назван не был, что вызвало еще большую протестную активность. И, кстати, напомним: Вучич в антиправительственных выступлениях в Сербии винил «внешние силы», под которыми подразумевался Брюссель с его деньгами. Но, как видно, его убежденность претерпела крутой вираж, и Брюссель уже – не возмутитель спокойствия в стране. И, что главное, он (пока) поостыл к требованиям назначить срок внеочередных выборов в ближайшее время.

Почему? Скорее, такая неспешность объясняется тем, что «мавр» должен быстро довести до конца желаемые Брюсселем дела сербские, а потом – уйти. Или его «уйдут». На этом и закончится история с «предательством» Сербии России (а как быть с Вашингтоном?) и с «переобуванием» Вучича – в которую по счету? — пару обуви.