Резня в Латакии стала уроком для курдов: SDF сложили оружие ТОЧКА ЗРЕНИЯ

Башар Асад, свергнутый президент Сирии, принадлежал к алавитам-нусайритам — небольшому религиозному меньшинству, сосредоточенному на северо-западе страны. Десятилетиями его семья удерживала власть, поддерживая хрупкий баланс между этноконфессиональными группами Сирии.

Режим Асадов, представляя меньшинство, уделял особое внимание защите других меньшинств, что вызывало недовольство суннитского большинства, составляющего основную часть населения.

Политика, ориентированная на поддержку меньшинств, со временем вызывала растущее недовольство среди суннитского большинства, которое на протяжении 13 лет сталкивалось с серьезными ограничениями и жесткими мерами со стороны властей. Это способствовало усилению межконфессионального напряжения, особенно в отношении алавитского сообщества, представителей которого нередко обвиняли в причастности к насилию. В результате, после десятилетия масштабного вооруженного конфликта, прежний режим пал, уступив власть бывшим повстанцам, которых международное сообщество быстро признало в качестве новой легитимной силы.

Нынешний президент Сирии Ахмед аль-Шараа  неоднократно говорил о необходимости национального единства и уважения многообразия. Однако саммит по примирению, на который были приглашены представители всех этноконфессиональных групп, завершился провалом. Участники отказались принять новые правила без гарантий безопасности и участия во власти.

Тем временем ситуация осложняется. Бывший генерал армии Асада Гиат Далла объявил о создании «Военного совета по освобождению Сирии», а остатки сил безопасности старого режима начали сопротивление в горных районах. По данным базирующегося в Великобритании Сирийского центра мониторинга прав человека (SOHR), в ходе столкновений в Латакии, Джабле и Баниасе погибло более 740 мирных жителей, а также около 300 сотрудников сил безопасности и сторонников свергнутого режима.

Иран и Россия продолжают поддерживать остатки сил Асада, что усиливает дипломатическую напряженность. Министр иностранных дел Турции недавно обвинил Тегеран во вмешательстве во внутренние дела Сирии. Анкара, в свою очередь, играет ключевую роль в попытках установить мир, накапливая войска у границ и периодически нанося удары по курдской инфраструктуре.

На этом фоне президент Ахмад аль-Шараа заявил, что Дамаск не намерен разрывать отношения с Москвой или требовать вывода российских баз, что подчеркивает слабость новой власти в контроле над страной. Однако вчера произошел поворотный момент: аль-Шараа и лидер курдских сил SDF/YPG Мазлум Абди  подписали соглашение, направленное на стабилизацию.

Стороны договорились о следующем:

- Обеспечение прав всех сирийцев на участие в политической жизни независимо от религии или этноса;

- Признание курдской общины неотъемлемой частью Сирии с гарантией ее конституционных прав;

- Прекращение огня по всей стране;

- Передача контроля над северо-восточными территориями, включая нефтяные месторождения и пограничные переходы, государству;

- Возвращение перемещенных лиц под защиту властей;

- Совместная борьба с остатками режима Асада и другими угрозами.

Курды, контролировавшие богатые нефтью регионы на северо-востоке, ранее опирались на поддержку США. Однако недавние переговоры Абди с американским командующим Майклом Куриллой и сообщения Al Jazeera указывают на скорый выход Вашингтона из Сирии при администрации Дональда Трампа. Это, вероятно, подтолкнуло курдов к сделке с Дамаском. Турция, напротив, усиливает давление, стремясь ограничить влияние курдских формирований.

Два месяца назад Мазлум Абди уже посещал Дамаск с американским представителем, но аль-Шараа отказался вести переговоры с посредником, не обладающим полной автономией в принятии решений. Теперь соглашение достигнуто напрямую.

Подписание соглашения между Дамаском и курдскими представителями стало значимым шагом на пути к деэскалации, однако его практическая реализация по-прежнему вызывает вопросы. Комитетам по имплементации предстоит завершить работу до конца года, но сохраняющаяся нестабильность, внешнее давление и возможное сопротивление со стороны остатков режима Асада могут поставить под угрозу дальнейший прогресс.

Сирия, пережившая десятилетия разрушительного конфликта, оказалась перед непростым выбором: движение к постепенному восстановлению единства или риск нового витка насилия. Пока будущее страны остается неопределенным, международное сообщество с тревогой следит за развитием ситуации.