Саудовская Аравия, Пакистан и Египет формируют новый оборонный пояс против Израиля АНАЛИТИКА

Накануне катарская газета Al-Araby Al-Jadeed разместила информацию, согласно которой египетская армия, размещенная на границе с сектором Газа и Израилем, приведена в полную боевую готовность. Это сообщение стало важным сигналом того, что региональные государства начинают воспринимать эскалацию в Палестине уже не как локальный эпизод, а как угрозу, имеющую прямое отношение к их собственной безопасности. Так, если ранее Египет традиционно выступал посредником между Израилем и палестинцами, то нынешняя ситуация указывает на то, что Каир рассматривает вероятность прямого вовлечения в конфликт.

На этом фоне обретает новое звучание предложение президента Абдель-Фаттаха ас-Сиси о создании своеобразного «арабского НАТО» — инициативы, которая до недавнего времени казалась скорее концептуальной, чем практической. А недавнее подписание Саудовской Аравией и Пакистаном соглашения о стратегической взаимной обороне и вовсе указывает на то, что ведущие мусульманские государства выстраивают систему коллективного сдерживания, пусть и вне официальных надгосударственных структур. Таким образом, складывается картина постепенного формирования регионального оборонного блока, где каждая новая вспышка напряженности ускоряет институционализацию военного сотрудничества.

Удар Израиля по Дохе, в этом контексте, стал переломным моментом. Арабские страны, привыкшие к балансированию между союзническими обязательствами и прагматичными отношениями с Западом, оказались в ситуации, где прямое использование силы против одного из ключевых региональных партнеров вынудило их пересмотреть стратегические приоритеты. Сегодня речь идет уже не только о солидарности с палестинцами, но и о понимании того, что в условиях расширяющегося конфликта удары могут быть нанесены и по территориям государств, которые ранее ощущали себя относительно защищенными.

Подобная перспектива формирует новую региональную логику: если раньше военная готовность имела скорее символический характер, то теперь арабские армии начинают почти открыто готовиться к полномасштабной войне, предполагая сценарии прямого столкновения с Израилем. Это создает качественно иной уровень напряженности, где дипломатические каналы перестают играть роль главного инструмента, а на первый план выходит военная стратегия и координация.

В долгосрочной перспективе складывающаяся ситуация может привести к перераспределению баланса сил на Ближнем Востоке. Израиль, традиционно опиравшийся на гарантии США и обладавший военным превосходством в регионе, сталкивается с нарастающей тенденцией к объединению арабских государств вокруг идеи коллективной обороны. Для Египта это означает возвращение роли центрального актора арабской политики, для Саудовской Аравии — подтверждение претензий на лидерство в исламском мире, а для Пакистана — расширение стратегического присутствия за пределами Южной Азии. Такой треугольник интересов объективно формирует новый оборонный пояс, способный изменить динамику ближневосточного кризиса. В условиях, когда военные приготовления перестают носить скрытый характер, вопрос заключается уже не в том, возможна ли война между Израилем и арабскими странами, а в том, насколько быстро и в каком масштабе она способна разгореться.

В условиях, когда Израиль практически открыто демонстрирует намерение аннексировать сектор Газа и реализовать план так называемого «добровольного переселения» его жителей, арабские страны оказываются перед выбором, от которого зависит их политическое будущее и региональная стабильность. Сохранение безучастности в такой ситуации стало бы прямым признанием неспособности защитить не только палестинцев, но и саму идею арабской солидарности, что ударило бы по легитимности правящих элит внутри их обществ. Именно поэтому военный сигнал Египта о приведении войск в полную боевую готовность следует рассматривать не изолированно, а как часть более широкой цепи событий, которая включает и дипломатические шаги других государств региона.

Накануне ОАЭ заявили, что аннексия Западного берега Израилем будет “красной чертой” — это означает, что подобное действие будет рассматриваться ими как “серьёзное нарушение духа Авраамовых соглашений”. Это заявление является одним из первых примеров того, что арабские правительства готовы жертвовать стратегическими проектами нормализации ради демонстрации политической позиции в отношении палестинского вопроса.

Оно также свидетельствует о том, что государствам Залива становится все сложнее объяснять своим обществам продолжение прежнего курса в условиях, когда в Газе происходят разрушения и массовое перемещение населения. Более того, этот прецедент может вызвать цепную реакцию: если другие страны региона последуют примеру Абу-Даби, Авраамовые соглашения рискуют превратиться в формальность, утратив смысл как инструмент интеграции Израиля в арабское политическое пространство.

Таким образом, складывающаяся динамика отражает переход к новой фазе ближневосточного кризиса. Военные приготовления Египта, подписание оборонных пактов между Саудовской Аравией и Пакистаном, риторика ас-Сиси о «арабском НАТО» и дипломатический демарш ОАЭ — все это звенья одной цепи. Арабские страны дают понять, что они не готовы мириться с реализацией сценария, который фактически означает ликвидацию палестинской государственности и дестабилизацию всего региона.

В этих условиях формируется тенденция к пересмотру основ ближневосточного порядка: если Израиль будет продолжать свой нынешний курс, то арабский мир в ответ будет лишь укреплять коллективные оборонные механизмы, дистанцироваться от соглашений о нормализации и формировать новые форматы региональной солидарности, где ключевым фактором станет не экономика, а безопасность и выживание.