В замкнутом круге истории

Спектакль «Голова» на сцене Аздрамы

В новом театральном сезоне на сцене Азербайджанского государственного академического национального драматического театра состоится премьера спектакля Baş («Голова») по одноименному роману народного писателя Эльчина. Режиссер-постановщик спектакля - заслуженный деятель искусств, художественный руководитель театра Мехрибан Алекперзаде.

Некоторые герои романа - реальные исторические личности. Однако не стоит искать строгую историческую точность в каждом ее эпизоде. Эти персонажи уже стали «героями автора» - какими он увидел и воспринял их. «Исторический колорит произведения - это не сухое воспроизведение фактов, а выражение моих собственных впечатлений и размышлений, возникших в процессе знакомства с историей. Для меня и реальные персонажи стали такими же «своими», как и вымышленные. И если в повествовании встречаются детали или штрихи, не совпадающие с исторической действительностью, я не считаю их существенными. Мое утешение в том, что в романе немало моментов, которые, напротив, соответствуют реальным событиям и, на мой взгляд, имеют важное значение с точки зрения историчности», - написал Эльчин в предисловии своего романа.

…Теперь эта история оживает на сцене в постановке Мехрибан Алекперзаде. Спектакль, созданный в жанре исторической метафизической драмы, переносит зрителя в Южный Кавказ конца XVIII - начала XIX века - в эпоху, когда небольшие грузинские царства и азербайджанские ханства предпринимали последние, отчаянные попытки сохранить независимость перед лицом южной экспансии царской России.

Сценическая интерпретация романа в прочтении Мехрибан Алекперзаде раскрывает не только политические интриги и военные конфликты, но и внутренний мир героев - простых и знатных, исторических и вымышленных персонажей.

Идея единства тюркских народов находит воплощение в образе Махмуд бека, решившегося на убийство генерала Цицианова. Его дядя, Гусейнгулу хан, обезглавливает павшего врага и отправляет голову шаху из династии Каджаров.

«Роман написан в метафизическом, постреалистическом и постмодернистском стилях с элементами исторической драмы. Именно поэтому я решила выстроить спектакль в жанре исторической метафизической драмы, - рассказывает режиссер-постановщик Мехрибан Алекперзаде. - Для меня это не просто сценическая адаптация, а современная интерпретация исторических событий, новый взгляд на события прошлых эпох. Но вместе с тем это и размышление о политике империи - разрушительной и трагической для территории, разделенной на части, но при этом способной на протяжении всей своей истории сохранять собственную политическую линию и внутреннюю целостность».

Для композитора постановки Азера Гаджиаскерли работа над спектаклем стала, как он говорит, возможностью взглянуть на самого себя со стороны - как на художника, мыслящего масштабными историческими категориями. Создание музыкальной партитуры требовало внимательного учета всех нюансов постановки и глубокого погружения в ее драматургическую ткань. Особое значение имело сохранение канонов музыкальных традиций разных народов, ведь события, о которых идет речь, затронули не только историю Азербайджана, но и целого ряда стран. Перед композитором стояла непростая задача: создать убедительный музыкальный исторический фон, который бы не просто сопровождал действие, а погружал зрителя в атмосферу эпохи, помогая ему ощутить дыхание времени. Это означало необходимость соединить аутентичность звучания с художественной цельностью спектакля, органично включая музыку в его визуальный и смысловой ритм. «Поиск этого баланса был сложным и требовал особой чуткости, - не скрывает композитор. - Нельзя было допустить, чтобы музыка осталась лишь иллюстрацией - она должна была стать полноправным участником сценического действия, действующим наравне с актерами. В результате музыкальное решение обрело масштаб, глубину и драматическую насыщенность, подчеркнув смысловые акценты спектакля, усилив его эмоциональную энергию и придало всей постановке ощущение художественной завершенности».

Искусствовед Самира Бехбудгызы назвала постановку своеобразным зеркалом, в котором зритель видит не только образы прошлого, но и отражение настоящего.

«Смелость представить на сцене столь объемное прозаическое произведение в наше время - это знак внутренней уверенности режиссера, его готовности к серьезному творческому вызову. Особенно если между режиссером и автором произведения годами выстраивалось глубокое творческое сотрудничество и, что еще важнее, взаимопонимание. Творческий союз Эльчина и Мехрибан Алекперзаде - это тандем, в котором нет борьбы за главенство, а есть умение слушать и усиливать замысел друг друга

Исторический роман адаптируется не ради простой реконструкции прошлого, а из глубокой потребности осмыслить настоящее. Театр, будучи зеркалом общества, посредством языка образов и эмоций помогает нам увидеть в событиях прошлых веков отражение собственных тревог и надежд», - отмечает искусствовед.

Вместе с тем, по ее мнению, постановка могла бы приобрести еще большую выразительность, если бы в ней усилилась динамика сценического действия, а актерская речь обогатилась интонациями и внутренним напряжением. Тем не менее, спектакль производит сильное впечатление, демонстрируя редкое сочетание - бережное отношение к авторскому замыслу и яркое, осмысленное режиссерское видение. Зритель уносит с собой не застывший слепок прошлого, а время, полное движения - время, вглядываясь в которое, он глубже осознает путь азербайджанского народа к самопознанию и национальной целостности.

И все же - зачем мы вглядываемся в прошлое? Ради сухого перечня дат и фактов или затем, чтобы, склонившись над зеркалами веков, различить в их глубине черты собственного лица? Постановка «Голова» дает убедительный ответ: театр способен превращать исторический материал в живую ткань размышлений о судьбах народов. Он извлекает из прошлого то, что продолжает звучать сегодня: неизменные черты человеческой природы, вечные противоречия и уроки, которые история преподносит каждому новому поколению.

Для Турала Ибрагимова, воплотившего на сцене образ Аббаса Мирзы, эта роль стала не только большим творческим удовольствием, но и важным этапом профессионального становления. Возможность сыграть любимого сына Фатали шаха, наследника престола и одну из ключевых фигур своего времени, потребовала от актера серьезной подготовки и глубокого погружения в исторический и психологический образ персонажа. Он не скрывает, что для него эта работа стала особенной, поскольку это его первая масштабная роль. Актер также подчеркивает, что творческий тандем с заслуженным артистом Ровшаном Керимдухтом, сыгравшим роль его отца, оказался для него настоящей школой мастерства. Рядом с опытным коллегой ему удалось уловить нюансы поведения, манеру держаться и эмоциональную окраску, что позволило сделать образ Аббаса Мирзы живым и выразительным.

В исполнении Ровшана Керимдухта образ Фатали шаха предстает перед зрителем цельным и органичным - настолько, что кажется, он рождается из глубин самой творческой природы актера. На сцене каждый его жест, вздох и движение пронизаны внутренней уверенностью и глубокой личной вовлеченностью.

Сам актер признается, что именно эта роль за последнее время стала для него особенно близкой. Сочетание внешней монументальности и скрытой драматичности судьбы дает ему богатую почву для актерской игры. Контраст между величием и уязвимостью, между культурным ренессансом и политическим упадком придает образу шаха особую драматическую глубину. В трактовке Керимдухта образ многослоен: в нем соединяются и символ власти, и тонкая меланхолия правителя, оказавшегося пленником своей эпохи.

Образ князя Цицианова в спектакле воплотил заслуженный артист Физули Гусейнов, наделив его не только исторической достоверностью, но и внутренней драматической глубиной. Его Цицианов - олицетворение властной, безапелляционной политики империи, уверенной в своем праве диктовать судьбы покоренных народов.

Актер тонко передает презрительное, местами высокомерное отношение героя к тем, кого он считает слабее. В каждом его движении, в каждом взгляде чувствуется хищная уверенность завоевателя, для которого сопротивление - лишь проявление наивного упрямства. Даже в моменты внешней дипломатичности за холодной сдержанностью читается непоколебимая решимость довести начатое до конца.

Особого внимания заслуживает мастерство Физули Гусейнова в передаче исторического контекста через нюансы сценического поведения: в интонациях звучит приказ, в походке - уверенность человека, верящего в свою миссию, в манере вести диалог - жесткая убежденность в собственной правоте.

Благодаря этой точной и многослойной работе актера образ Цицианова перестает быть абстрактной исторической фигурой. Перед зрителем - живой человек, чье мировоззрение, поступки и трагическое упорство становятся ключом к пониманию одной из переломных страниц истории Кавказа начала XIX века.

Но главное - в сплетении этих образов рождается метафора всего региона: расколотого, но стремящегося к единству. Голова, переходящая из рук в руки, становится не просто политическим трофеем, а зримым воплощением человеческой судьбы - той самой, которую история нередко превращает в разменную монету. Это и знак власти, и печать предательства, и светлый символ надежды - в зависимости от того, чьими глазами на нее смотреть.

Потому зритель, покидая зал, уже не задается простым вопросом: кто из героев прав, а кто виноват. Куда важнее другое: как история распоряжается нами - и возможно ли, усвоив ее уроки, вырваться из замкнутого круга повторяющихся трагедий.

В этом прочтении театр становится живым пространством, где символы обретают плоть, а судьбы героев отражают тревоги и надежды сегодняшнего дня.

«Голова» - это не только спектакль о прошлом, но и напоминание о том, насколько хрупка граница между историей и современностью.

Работа Мехрибан Алекперзаде и всей творческой команды демонстрирует, как театр может не только воссоздавать события минувших эпох, но и задавать острые, подлинно современные вопросы: о власти и свободе, о памяти и предательстве, о цене человеческой жизни в водовороте имперских амбиций.

Эта постановка оставляет зрителя не с готовыми ответами, а с необходимостью личного размышления. Именно в этом - сила настоящего искусства, которое, обращаясь к прошлому, помогает понять настоящее и увидеть очертания будущего.

В спектакле заняты народные артисты - Рафиг Азимов (Молла Музаффар ага), Гаджи Исмайлов (Мешади Гасанага), Казым Абдуллаев (Гусейнгулу хан), заслуженные артисты - Физули Гусейнов (Князь Цицианов), Вафа Рзаева (Царица Мария), Эльнар Гараев (Махмуд бек), Анар Гейбатов ( Шариф бек), Ровшан Керимдухт (Фатали шах), Кязым Гасангулиев (Гаджи Мухтар), Эльхан Гулиев (Хамдулла), Эльшан Рустамов (Иван Петрович Лазарев), Матлаб Абдуллаев (полковник фон Гренфальд), Айшад Мамедов (Мирза Мухаммад Акбари), актеры - Эльчин Эфенди (Джавад хан), Рустам Рустамов (Ибрагим хан), Джумшуд Зейналов ( Абдул Рахман), Джавидан Новруз (Гурд Керим), Турал Ибрагимов (Аббас Мирза), Назрин Абдуллаева (Сары Чобан гызы), Гюнеш Текин (Агабеим ага), Вусал Мустафаев (Вахтанг Поцихашвили), Лала Сулейманова (маркиза Наталья де Лафонже), Ляман Иманова (Хуру бейим), Эльсевер Рагимов (подполковник Эристов), Эльчин Нуралиев (подполковник Павлов), Алиулла Велиев (Майор Лисаневич), Кенан Гусейнов (Сары Чобан), Мухума Сахов (Рза), Раван Самедов (Чапар), Руфат Ахмедов (Амир Хамза).

Художник-постановщик - заслуженный деятель культуры Ильхам Эльханоглу, художник по костюмам - Вюсал Рагим, художник по свету - Рафаэль Вагифоглу, композитор - Азер Гаджиаскерли.