Виталий Арьков: Легко представить, как Армению используют на фоне напряженности между Баку, Парижем и Брюсселем ИНТЕРВЬЮ

Под занавес прошлой недели одним из значимых политических событий, имеющих, как минимум, региональное значение, стал визит президента Ирана Масуда Пезешкиана в Москву. В ходе встречи с президентом России Владимиром Путиным стороны подписали Договор о всеобъемлющем стратегическом партнерстве, призванный вывести двусторонние отношения на качественно новый уровень.

Документ официально закрепляет статус Москвы и Тегерана как стратегических партнеров и создает правовые рамки для дальнейшего долгосрочного сотрудничества. Подписание договора символизирует усиление взаимодействия в различных сферах, включая экономику, энергетику и безопасность.

Однако реакция европейского сообщества на это событие оказалась неоднозначной. Некоторые комментаторы заявили, что подписание соглашения может быть воспринято как признак слабости России, стремящейся к усилению альянсов в условиях международной изоляции.

Несмотря на критику, данный шаг свидетельствует о намерении обеих стран укрепить свои позиции в глобальной политике и экономике, что может существенно повлиять на расстановку сил в регионе.

Что из себя представляет соглашение между сторонами, насколько обосновано подобное утверждение европейских политиков? На эти и другие вопросы в беседе с Vesti.az ответил российский политолог, руководитель экспертно-аналитической сети PolitRus Виталий Арьков.

-17 января в Москве президенты России и Ирана заключили Договор о стратегическом партнерстве. Как вы оцениваете итоги встречи, и какие перспективы данное соглашение открывает для сторон?

-Подготовка договора велась давно с многочисленными встречами и обсуждениями профильных ведомств двух стран. Были утечки даже про определенные разногласия, однако их удалось преодолеть, наполнив документ по-настоящему рабочими положениями, дающими базу для дальнейшего поступательного развития российско-иранского партнерства.

Первоначально его подписание планировалось осенью 2024 года, однако затем, по взаимному решению, визит президента Ирана Масуда Пезешкиана в Москву был перенесен на начало 2025 года, а само соглашение, если верить ряду источников, расширено с учетом новых мировых реалий.

В части экономического и транспортно-логистического партнерства данный договор учитывает также интересы многих партнеров Москвы и Тегерана в регионе. Прежде всего, конечно же, Баку, Анкары, Еревана и Тбилиси. И здесь мы наблюдаем отсылки к совместной работе в рамках региональной платформы «3+3». Это придает дополнительный импульс уже реализуемым проектам (в т.ч. МТК «Север-Юг») и закладывает базу для новых перспективных идей.

- Как известно, ранее Москва подписала подобное соглашение с Минском и Пхеньяном. Можно ли говорить о том, что зарождается некая ось Москва-Тегеран-Минск-Пхеньян для противодействия так называемому коллективному Западу?

-Стоит напомнить – Россия и Беларусь в свое время создали Союзное государство и поэтапно происходит формирование единого экономического и политического пространства. Подписание Москвой и Минском Договора о гарантиях безопасности и обновление оборонной доктрины Союзного государства в минувшем году стало в большей степени ответом на внешние угрозы – в первую очередь, в адрес Беларуси – со стороны ее соседей из блока НАТО и Украины.

Собственно, оборонные пункты соглашения между Москвой и Тегераном также стали ответом на реальные угрозы в адрес Ирана.

В начале прошлого Иран вступил в БРИКС, а в конце года Беларусь присоединилась к сообществу в качестве партнера. Оба государства ранее также вошли в состав ШОС. Именно эти две структуры сегодня рассматриваются как главные оппоненты так называемого коллективного Запада с его G7, НАТО, ЕС. Хотя в БРИКС не раз подчеркивали, что члены объединения дружат не против кого-то, а для совместного развития и более продуктивного сотрудничества.

Взаимодействие же с Пхеньяном, думается, правильнее рассматривать через призму отношений с Пекином, так как совершенно очевидна практически стопроцентная зависимость КНДР от КНР. 

Так, например, активизации военного сотрудничества Москвы и Пхеньяна не случилось бы без согласия на то Пекина. В отдельных элементах данного сотрудничества Пхеньян, которому уже нечего терять с учетом его международного положения, вероятно, может рассматриваться как ширма для Пекина.

-Примечательна реакция Европы на подписанное между Москвой и Тегераном соглашение о партнерстве. Так, пресс-секретарь Еврокомиссии по внешней политике Анита Хиппер заявила, что документ свидетельствует об испытываемой РФ потребности в союзниках, и о ее слабости. Насколько обосновано подобное утверждение?

-Истеричная реакция Запада понятна и объяснима. Особенно на фоне растущих как снежный ком проблем в самом Евросоюзе – он трещит по швам. В то время как все больше членов мирового сообщества стремятся к союзничеству с Россией и вступлению в международные организации, у истоков создания которых она стояла. В частности, тот же самый так пугающий Запад своими перспективами БРИКС.

Мне приятно напомнить, что одним из первых дальновидных государств стал дружественный Азербайджан – в феврале 2022 года в Москве Владимир Путин и Ильхам Алиев подписали Декларацию о союзническом взаимодействии, что позволило вывести на новую высоту сотрудничество наших стран в политической, экономической, оборонной , образовательной, культурной, гуманитарной и социальной сферах.

- В ходе встречи президентов двух стран глава Ирана Масуд Пезешкиан коснулся вопроса присутствия внерегиональных сил в регионе. Какова, по вашему мнению, будет дальнейшая реакция  Тегерана и Москвы на недавние действия Еревана, включая подписание Хартии о партнерстве с США и отправку американской группы пограничной безопасности в Армению? Возможны ли конкретные меры воздействия, или ограничатся лишь заявлениями?

-Давайте все называть своими именами: согласно американо-армянскому пакту, Армения добровольно становится неоколонией США на Южном Кавказе.

Ранее, в 2021 году аналогичным образом самостоятельности и будущего была лишена Украина. Для каких целей затем ее стали использовать США, Франция и ряд других стран Запада – весь мир сегодня с тревогой наблюдает.

Несложно представить, для чего будет использована Армения, учитывая напряженную ситуацию в отношениях Азербайджана с Францией и Евросоюзом в целом, а также на фоне утечек из окружения новоизбранного президента США Дональда Трампа по поводу обсуждения возможности нанесения ракетных ударов по Ирану и последствий этого шага.