Война кузенов. Иран, Турция, США и Россия столкнулись в Курдистане… о развитии ситуации

С момента основания в 1975 году Патриотического союза Курдистана (ПСК) город Сулеймания оставался символическим и политическим центром всего курдского движения. Но последние события показали, что речь идет не только о внутреннем противостоянии в партии, а о борьбе за власть, способной поколебать хрупкий региональный баланс.

Политическое соперничество между лидером ПСК Бафилом Талабани и его двоюродным братом, бывшим сопредседателем ПСК Лахуром Шейхом Джанги, переросло в ночь на 22 августа в вооруженное столкновение. На улицы города вышли танки, были задействованы беспилотники. Поводом послужил выданный руководством ПСК ордер на арест Лахура Джанги, на что представители полиции заявили об отсутствии юридических оснований для задержания.

Бафил - ставленник Ирана

ПСК после Талабани: от единства к расколу

Лояльные Бафилу Талабани силовые структуры окружили танками резиденцию Лахура в районе Девешан, потребовав его сдачи. Отказ привел к перестрелке, продолжавшейся несколько часов. В итоге Лахур и его братья были арестованы. В ПСК эти события представили, как шаги по «обеспечению стабильности». Тогда как сторонники Лахура назвали произошедшее «переворотом при поддержке Ирана». В результате столкновений, унесших жизни двух человек, Сулеймания оказалась блокирована от внешнего мира, городская жизнь замерла.

По мнению экспертов, конфликт вышел за рамки острых внутрипартийных дискуссий и стал частью региональной борьбы за влияние, в которую вовлечены Иран, Турция, США и Россия.

Патриотический союз Курдистана создавался Джалалом Талабани, как светская партия с левым уклоном, альтернативная консервативной Демократической партии Курдистана и ориентированная на сотрудничество с Багдадом. Сам Джалал Талабани в 2005 году стал президентом Ирака, превратившись в ключевую фигуру иракской политики и удерживая баланс внутри партии.

Но болезнь Талабани в 2012 году и последовавшая за ней смерть в 2017-м разрушили этот баланс. Супруга покойного, Херо Талабани, какое-то время сохраняла влияние, но с ее уходом по состоянию здоровья в партии начался новый этап борьбы. На первый план вышли проживавший в Великобритании сын Джалала, Бафил, и его племянник Лахур, стремившийся укрепить позиции посредством аппарата разведки. Поддержанный матерью Бафил сконцентрировал власть в своих руках, но был обвинен в авторитаризме и превращении партии в «семейный бизнес».

А за Лахуром стоят американцы и Турция

Лахур Талабани: разведка, война с ИГИЛ и союз с США

Лахур Шейх Джанги, известный как Лахур Талабани, в годы борьбы с ИГИЛ возглавлял разведку ПСК и пользовался поддержкой США и коалиции. Его связи с Западом и попытки выстроить диалог с Турцией выделяли его на фоне Бафила, усилившего ставку на Иран. В 2021 году Лахур был отстранен от руководства, после чего создал собственное движение, но при этом предпринимал попытки вернуться в ПСК, используя внутрипартийную оппозицию.

Его публичные заявления часто содержали критику двоюродного брата. «Через Бафила Иран усиливает свое влияние в Сулеймании. Это угрожает Эрбилю и Анкаре», — говорил Лахур в интервью иракским СМИ.

Развитие связей Бафила Талабани с РПК/ОНС и передача вертолетов ПСК в распоряжение сил ОНС в Сирии вызвали жесткую реакцию Турции. Анкара нанесла удары по аэропорту Сулеймании и ввела санкции. Турецкие источники прямо заявляли: «Политика Бафила Талабани превратила ПСК в угрозу безопасности Турции».

Для Ирана же арест Лахура стал возможностью укрепить свои позиции. Тегеран рассматривает Бафила как своего союзника и готов расширять поддержку. Вашингтон же, напротив, видит в Лахуре партнера, а потому обеспокоен последствиями кризиса. Американские аналитические центры, включая Brookings, предупреждают: «Разделение ПСК создаст в Киркуке и Мосуле вакуум власти и расширит влияние Ирана и РПК».

Чья возьмет в новой войне?!

В свою очередь Россия видит в усилении Бафила шанс ограничить американское влияние в регионе и не скрывает симпатий именно к такому развитию событий.

Будущее ПСК и региональный баланс

Кризис в Сулеймании — это не просто конфликт между родственниками, а столкновение двух стратегий - ориентации на Иран и опору на Запад. На карту поставлено не только будущее ПСК, но и баланс сил в Иракском Курдистане, а шире — во всем регионе.

Ключевой вопрос заключается в том, сможет ли ПСК выйти из кризиса, сохранив единство, или партия расколется, открыв дорогу еще большей поляризации сил? Вмешательство таких внешних игроков, как Иран, Турция, США и Россия, уже превратило локальное противостояние в региональную проблему.

Сегодня Сулеймания вновь оказалась в эпицентре борьбы великих держав и соседних стран, и от ее исхода зависит, каким будет будущее курдской политики на Ближнем Востоке.