Взлет без посадки

Мы склоняем головы перед самоотверженностью и героизмом экипажа Embraer190

25 декабря - очередная трагическая дата в истории гражданской авиации и народов Азербайджана, Казахстана, России. До сих пор не стихает боль после жуткой катастрофы с самолетом АZAL, унесшей жизни 38 человек.

В очередной раз - месяц декабрь, которого остерегаются профессиональные летчики. Напомним, что 5 декабря 1995 года близ Нахчывана разбился Ту-134Б-3 Azerbaijan Airlines. 23 декабря 2005 года в Каспийское море неподалеку от Баку упал пассажирский самолет Ан-140-100, следовавший из Баку в Актау. Пять лет назад, 27 декабря 2019 года в Алмаатинском аэропорту произошла авиакатастрофа АН-140-100. Во всех этих трагических случаях - многочисленные человеческие жертвы. 
Об этом и многом другом наш корреспондент беседует с авиационным экспертом Наилем Бектемировым. 

Наиль Бектемиров возглавляет отдел качества консалтинговой компании ATG (Advanced Technology Group), бывший бортмеханик-инструктор вертолетов «Ми-8» Забратской авиакомпании, налетавший в небе Карабаха 1250 часов и совершивший 1035 вылетов в труднодоступные горные районы для эвакуации раненых бойцов и мирного населения из осажденных городов и деревень.

- Очередная трагедия в небе, унесшая жизни людей…
- Отмечу сразу, что в очередной раз катастрофа рукотворная, сотворенная руками не профессиональных наземных военных или гражданских специалистов, не совершенством и/или несоблюдением прописанных процедур и, возможно, других сопутствующих факторов, которые всплывут в ходе расследования.
- Мы все надеемся на непредвзятое объективное расследование, которое выявит истинные причины и примет меры к недопущению подобного в будущем. 
- Как профессиональный расследователь авиационных происшествий и инцидентов я знаю, как сложно не только найти доказательства, отделить истину от лжи, но и отразить в официальном отчете не компромиссное заключение, а заключение, максимально приближенное к правде. Поэтому с большой долей вероятности прогнозирую, что будут два, или даже три отчета по степени открытости/секретности. Хочу также отметить вал публикаций в соцсетях, в которых вначале кем-то озвучиваются предположения о якобы словах и действиях, а затем уже другими «диванными» экспертами эти предположения трансформируются в «доказанные» факты. 
Такие публикации вызывают недоумение и отторжение у отраслевых специалистов и профессионалов. Именно поэтому редко кто из последних опускается до публикации своих комментариев в подобных ресурсах. 
Я не понаслышке знаю, как тесен наш авиационный союз, наше братство авиаторов Азербайджана. Как тесно переплелись судьбы пилотов, начавших в свое время летать в малой авиации в аэропортах Гянджи, Евлаха и Забрата, а затем перешедших в большую авиацию - в аэропорт Бина, ныне Международный аэропорт Гейдар Алиев. И я очень хочу, чтобы семьи и родные погибших были уверены, что Азербайджан и Казахстан (на территории которого проводится расследование и в авиации которого я отработал еще десять лет после выхода на летную пенсию из Забратской авиакомпании) сделают все возможное для справедливого  расследования и предоставления всего пакета помощи - финансовой, материальной, социальной, моральной.
- Наиль Юсуфович, многие эксперты отмечают высокопрофессиональную работу казахстанских спасателей. Вам знаком этот аэропорт?
- Конечно, аэропорт Актау является своего рода хабом, в него стекаются много трансферных рейсов. Поэтому это достаточно загруженная авиационная гавань. Я дважды проводил аудит службы этого аэропорта в 2015 и 2017 годах. Там приличная база пожарных и медицинских служб - в соответствии с его загруженностью. И они прекрасно справились со своей задачей по спасению людей, терпящих бедствие. Мы все благодарны актауским спасателям, которые прибыли на место происшествия буквально за считанные минуты.
- А с кем-то из пилотов погибшего «Эмбрайера» вы были знакомы лично?
- Да, мы с Игорем Кшнякиным  - оба из Гарачухура, жили недалеко друг от друга. Он моложе меня на несколько лет. После окончания Сасовского летного училища в 1982 году он распределился в Евлахскую авиакомпанию. Я случайно узнал, что он стал профессиональным пилотом гражданской авиации, однажды увидев его в летной форме в нашем поселке на автобусной остановке. Разговорились, пожелали друг другу успехов и разъехались по местам работ. Позже мы встречались изредка - в Забрате, Евлахе, Гарачухуре, поскольку оба бывали в частых командировках в различных районах Азербайджана, союзных республиках, за рубежом. Но судьба держала нас в своем тесном кругу, поскольку уже наши дети были одноклассниками в местной средней школе. После случившегося дочь и другие одноклассники позвонили за рубеж его сыну Олегу и выразили слова сочувствия. Он тяжело переживает утрату. Так же, как и наши однокурсники и коллеги - Байрам Мухтаров - пилот, ветеран Карабаха, его сын летал вместе с Игорем, Назим Джафаров - капитан одного из азаловских боингов.
Годы учебы в Сасовском летном училище, вдали от дома, сблизили нас так, что мы, простые бакинские ребята, стали друг другу почти родными. Наша дружба стала еще крепче за годы работы в авиации Азербайджана, 45-летие которой мы отметили совсем недавно.
- Азербайджанские СМИ публикуют воспоминания соседей и друзей Игоря Кшнякина, все отзываются о нем исключительно в положительных эпитетах.
- Это правда. Игорь среди нас был самым добрым и спокойным товарищем. Не знаю ни одного случая, когда бы он терял самообладание. Его улыбка и доброта объединяла всех нас. Многие его воспитанники сейчас являются гордостью азербайджанской авиации, и, конечно, сегодня каждый пилот задает себе вопрос: «Как бы я справился, оказавшись на месте экипажа?» Скажу от своего имени - склоняю голову перед нашими погибшими ребятами. Оказавшись в непривычных для них, гражданских пилотов, почти боевых условиях, они проявили высочайший уровень выдержки, настоящего профессионализма и беспримерного героизма.
Мы, выпускники Сасовского летного училища, безмерно скорбим по всем погибшим. Игорь, друг наш родной, ты будешь с нами всегда... 
- Второй пилот Александр Кальянинов был много моложе и вас, и командира. С ним ваши авиаторские дороги не пересекались?
- Сашу я помню еще мальчонкой, часто видел его с отцом, тоже летчиком Георгием Кальяниновым. Когда он вырос и начал учиться на пилота, мы, забратские вертолетчики, радовались его успехам, о которых рассказывал гордый отец. Позже, когда Георгий скоропостижно скончался от инфаркта, мы огорчались, что Саша никак не может приступить к летным практическим тренировкам - большая конкуренция. Ну а потом вздохнули с облегчением - наконец-то он стал действующим пилотом.
С Георгием Кальяниновым, начиная с 1983 года до его перехода в военную авиацию, я налетал не одну сотню часов в кабине вертолета «Ми-8». Жора, как мы его называли, был рассудительным, классным пилотом. Родом он был из Загаталы, и поэтому хорошо знал все воздушные горные маршруты в той зоне, а со временем изучил и прекрасно ориентировался во всех остальных горных районах Азербайджана. 
Полеты в горных районах, особенно в высокогорных, доступны не всем пилотам. С началом первой Карабахской войны он получил предложение стать военным пилотом и летать в тех горах Карабаха, которые уже знал как свои пять пальцев. Будучи патриотом, Георгий без колебаний стал военным вертолетчиком. К сожалению, он не дожил до того дня, когда Саша начал летать в большой авиации. Он бы очень гордился таким сыном. Сегодня мы, его коллеги, как и весь азербайджанский народ, гордимся, что он воспитал сына, самоотверженно боровшегося до конца и спасшего жизни пассажиров злополучного рейса Баку-Грозный.