Жизнь не ради смерти украинская драма, репортаж Эйнуллы Фатуллаева

Что изменилось в Украине за минувшие полтора года? Этот вопрос сверлит, словно стреляющая боль в голове с молдавской Паланки до самой Одессы, огни которого маячат издали. Полтора года назад я покидал протаранившую «линию обороны сгинувшего в небытие Суровикина» Украину, окрыленную победами в Херсонщине.

«Украинский прецедент» останется в истории мировых войн, как нечто уникальное и беспримерное. В охваченной пожаром войны раздираемой стране мирно сосуществуют «война» и «мир». Мир в этой стране иллюзия. А война – словно надуманное, навязанное и чуждое…

Кто-то стремглав мчится по улице, кто-то беспечно доедает свой ужин в фешенебельном ресторане… Вот на углу в кромешной тишине уединилась влюбленная романтическая пара. Окрыленная вечным счастьем девушка застенчиво прижала к груди алые розы. А уверенный в себе спутник жизни, уводит ее в ясное и радостное будущее. Впереди никакого тумана, все определено, безоговорочно и неоспоримо. А на Малой Арнаутской из паба раздается громкая музыка: вдохновленные канонической мелодией Фредди Меркьюри юноши жизнерадостно крутят по столу пивные кружки. Переполнен и знаменитый «Рибний ресторан» на улице Ришельевской. В Одессе кипит жизнь. Одесса одурманена жизнью.

Третий взрыв!.. И в унисон с этим взрывом раздается сигнал моего смартфона

Взрыв! Ба-бах! Вмиг показалось, что лопнули барабанные перепонки. Застучал барабан войны. Я суетливо бросился по улице к прохожим: «Вы слышали взрыв? Был мощный взрыв где-то рядом». Кругом пугающая безмятежность. «Боги смертных не спасают!» Меня пытаются успокоить и привести в чувства. Дескать, это не взрыв, а хлопок. К тому же, доблестная украинская ПВО справилась с каким-то недоразумением: нежданной ракетой или «шахедом». Позвольте, какое ПВО? Я отчетливо слышал мощный взрыв. Но милые приветливые люди меня разубеждают. «Мне померещилось. Надуманность. Видение». Вполне может быть. Но спустя считанные минуты раздается еще один, более оглушительный взрыв. Кругом царит феерическая безрассудность. И даже третий взрыв не нарушает всеобщую идилличность.

Невозмутимые люди по-прежнему в гармонии с самими собой продолжают беспечный ужин в ресторане. Юноши допивают последние глоточки пива. А влюбленная пара с алыми розами и ожиданием вечного счастья исчезает в ночи, будто неземной единый силуэт.

Третий взрыв!.. И в унисон с этим взрывом раздается сигнал моего смартфона. Телеграмм-канал с непристойным названием «Х…вая Одесса» пытается разбудить одесситов, а вместе с ними и меня: русские атакуют исторический центр города ракетами «Искандер». Еду на Пушкинскую улицу, на которой еще со времен Романовых находится роскошный Bristol. Отель, в котором издавна любят оставаться западные дипломаты, оцеплен полицией. И каково же было мое изумление, когда перед глазами раскрылась другая картина: баллистикой разукрашена уникальная архитектурную постройка. Отель «выжил», хотя и сильно «пострадал». Как и Пушкинский музей. Но все вокруг искали почтенных норвежских дипломатов – завсегдатаев «сокровищницы архитектора Бернардацци». За несколько часов до удара норвежцы покинули отель, примкнув к тысячам безмятежных одесситов, которые по вечерам собираются в атмосферных ресторанах за вкусным ужином.

Невозмутимые люди по-прежнему в гармонии с самими собой продолжают беспечный ужин в ресторане

Мощный ракетный обстрел Пушкинской не возмутил тишину и покой в ресторанах на пересечении с улицей Бунина. Что-то незаметное, не заслуживающее доверия, крамольное пробежало по этим салонам, утонув во всеобщей какофонии – смешанных звуков посуды и мелодии. В ста метрах от вереницы безмятежных людей кареты «Скорой помощи» вывозили раненых людей. Кто-то пытается пробиться через полицейские кордоны к себе домой.

Можно сойти с ума от всеобщего горя. Кругом разбитые дома и судьбы. А те, кто спаслись, выстраивают заборы и отчуждаются от «украинской трагедии». Хотя бы на время…

«Кто остался в этом городе? Это осознанный выбор?», - спрашиваю каждого второго. У всех схожий ответ. И ведь не врут. Столько людей не лгут одновременно. «Остались те, кто не смог уехать. У кого не получилось устроиться». Спрашиваю: а не боятся ли за детей и близких? Конечно же, боятся. Все боятся! Как жить под бомбами? Как жить с неизгладимым чувством тревоги, звуками сирен, грохотом ракет и ревом «шахедов»? Отгоняя реальность, отчуждаясь от страха сирен и взрывов, пребывая в плену собственных иллюзий… Только так, а как же иначе?!

Война России с Украиной – это не этнополитический, не конфессиональный и даже не территориальный конфликт. Это война двух цивилизаций. Столкновение двух ценностных систем и мировоззренческих парадигм. Схватка свободы с несвободой. Один народ без надежды, но стоически, пытается из последних сил пробить луч света в мраке. Украина из последних сил жаждет остановить наступление проклятого Богами мрака. Веруя, что порой Боги спасают и смертных!

Война России с Украиной - это схватка свободы с несвободой

Все, почти все в нашем сегодняшнем сумасбродном мире задаются банальным вопросом: хотят ли украинцы перемирия? Не мира, о нем уже никто не мечтает. Хотя бы прекращения войны… Я озвучиваю этот банальный вопрос на каждом углу, на встречах со всеми украинцами. Да, украинцы устали от войны. От сирен, взрывов и выстрелов. Они устали от смерти. И выбирают жизнь. Но при этом задаются не банальным, а роковым вопросом: какова же цена этого мира? Поплатиться свободой ради мира? Променять ГУЛАГ на вольницу? Заживо похоронить несбывшуюся мечту?

Это не высокопарные вопросы, а суровая реальность, в которую оказался загнан народ, рожденный геополитической революцией…

Телеграмм-канал с непристойным названием «Х…я Одесса» предупреждает с наступлением ночи: на город надвигается полчище иранских «шахедов». Украинцы ловят мой беспокойный взгляд: идите спать, все будет хорошо! Обреченность? Бессилие? Вера в проведение? Нет, это что-то большее, чем обреченность. Это вера в жизнь в век войны, которая приносит только смерть…