Жребий уже брошен,

однако Рубикон еще не пересечен

Прошедший саммит Совета ЕС стал крайне значимым с точки зрения принятых итоговых решений. Их с особым вниманием ожидало международное сообщество, поскольку на кону находился не просто вопрос конфискации замороженных российских активов, но и принципиальный прецедент: готов ли Европейский союз признать за собой право беспрепятственно распоряжаться финансовыми активами других государств, размещенными на его территории и по тем или иным причинам оказавшихся в политической немилости.

Как показали итоги саммита, Брюссель все же не решился на конфискацию российских активов, прекрасно осознавая все возможные последствия такого шага. С другой стороны, как это привыкли делать евробюрократы в ситуациях, когда им очень хочется что-то украсть, но это невозможно сделать легально, они принимают половинчатое решение.

В частности, было принято решение, что ЕС покроет неотложные финансовые потребности Украины в 2026-2027 годах, выделив 90 млрд евро в течение следующих двух лет через кредит, обеспеченный бюджетом ЕС. Россия не получит свои активы обратно до тех пор, пока не прекратит агрессию. В то время как Украина погасит кредит только после выплаты Россией репараций, а ЕС все же оставляет за собой право использовать замороженные российские активы для погашения этого кредита.

Как точно по этому поводу высказался Премьер Бельгии Барт де Вевер: «Конечно, некоторым данное решение не понравилось - они хотят наказать Путина, забрав его деньги. Страны, которые живут рядом с Россией, нашли в этом эмоциональное удовлетворение, но политика - это не эмоциональная работа, и рациональность возобладала».

Раньше была надежда на финансовую поддержку Украины со стороны американцев, но США уже не только не дают на эти цели своих денег, но и изо всех сил ставят палки в колеса в этом вопросе своим «европейским партнерам». Именно из-за позиции США Бельгия бросила вызов ЕС и не дала (на пока) украсть еврочиновникам российские активы. Причем к Бельгии в этом вопросе позднее присоединились Италия, Чехия, Болгария, Словакия, Венгрия и Мальта. Поэтому в итоговой декларации саммита этот вопрос был пропущен. Решено, что каждая страна ЕС в отдельности берет на себя обязательства выделить Киеву деньги под свои финансовые гарантии. При этом Венгрия, Словакия и Чехия отказались это делать. А значит, народы этих стран платить за это не будут.

Первоначально (когда европейские лидеры хотели разграбить активы России) речь шла о 210 млрд евро. Теперь же (когда за свои) речь идет уже о 90 млрд евро. Сумма более чем вдвое меньше первоначально планируемой. Тем не менее, угроза конфискации российских активов отдалилась, но не исчезла полностью. Можно сказать, что Брюссель своим решением фактически реализовал схему отложенной конфискации. То есть, никто не изымает российские активы прямо сейчас, так как это раскололо бы ЕС и напугало инвесторов, но юридически делают их потерю для России неизбежной в случае отказа от репараций.

Москва наверняка подаст иски в международные инстанции, оспаривая использование активов даже как залога. Есть призрачный шанс вернуть резервы в рамках «большой сделки» в будущем, но фактически они уже потеряны, так как единственным условием возвращения активов России будет ее согласие на выплату репараций Украине. Это решение усложняет любые мирные переговоры. Для динамики войны это означает эскалацию ставок. Европа сжигает мосты, делая ставку на то, что Россия все равно заплатит, либо добровольно в рамках сделки, либо принудительно (конфискация).

В целом надо сказать, что в странах ЕС и G7 заморожено около $300 млрд российских резервов, значительная часть которых находится в Европе, прежде всего в бельгийском депозитарии Euroclear. Вся двусмысленность положения ЕС заключается в том, что под благими пожеланиями наказать Россию за агрессию против Украины скрывается банальное желание евробюрократов украсть эти деньги, частично направить их Киеву, а по большей части распределить между собой. Но проблема заключается в том, что речь идет о конфискации суверенных активов государства, чего ранее никогда в современной истории Европа и мира еще не бывало и это создает крайне опасный международный прецедент. Ведь такого не было даже в период Второй мировой и «холодной» войны.

В качестве ответа Россия уже конфисковала или заморозила активы как минимум 32 западных компаний, что привело к потерям Запада не менее $57 млрд. Потенциально объем активов, которые могут быть изъяты Москвой в качестве ответной меры на конфискацию ее активов, оценивается в $127 млрд. Сделать это не сложно, так как еще в сентябре текущего года был подписан указ, вводящий ускоренную процедуру национализации дочерних предприятий иностранных компаний в России в ответ на враждебные действия. Под такие меры могут попасть банки, промышленные предприятия, страховые и логистические компании, торговые сети и инфраструктурные объекты. При этом не требуется длительных судебных разбирательств, апелляций или компенсационных механизмов. Под удар также может попасть Euroclear. В этом депозитарии до сих пор заблокированы активы клиентов на сумму около 17 млрд евро. Любые ответные шаги России в отношении этих активов подрывают доверие к европейской системе клиринга и расчетов и создают риски не только для отдельных компаний, но и для всей финансовой инфраструктуры ЕС.

Надо сказать, что около 2300 западных компаний продолжают работать в России. Среди них российские подразделения таких банков, как Raiffeisen и UniCredit, а также крупные промышленные и сервисные компании. Только за прошлый год иностранные компании заработали в России около $19,5 млрд прибыли. Эти деньги физически находятся в России, не могут быть выведены и юридически уязвимы для конфискации. Если Москва перейдет к масштабной конфискации западных активов, европейские компании столкнутся с потерей дочерних предприятий, инвестиций и будущих доходов, что приведет к многомиллиардным списаниям, падению капитализации и росту финансовых рисков. Для европейской экономики это означает удар по банковскому сектору, пенсионным фондам и страховым компаниям, рост недоверия инвесторов к ЕС как к безопасной юрисдикции, удорожание заимствований и ослабление евро.

Создается опасный сигнал для всего мира о том, что суверенные резервы и частные активы в Европе больше не являются неприкосновенными. Это ускоряет процессы дедолларизации и деевропеизации международных резервов, подталкивая страны к альтернативным финансовым системам и площадкам за пределами ЕС. Европа рискует утратить статус нейтрального и надежного финансового центра. Именно поэтому такие страны, как Бельгия, Италия и Австрия, выражают серьезную обеспокоенность возможными ответными мерами России.

Бельгия опасается последствий для Euroclear, Италия - за судьбу банков и инвесторов, Австрия - за Raiffeisen, крупнейший австрийский банк, чья выручка в России исчисляется миллиардами долларов.

Ключевой момент заключается в том, что Россия способна действовать быстро, без судебных процедур и бюрократических задержек, в то время как Евросоюз связан внутренними разногласиями и правовыми ограничениями.

В итоге, Брюссель своим последним решением занял несколько двойственную позицию. С одной стороны, говоря словами великого римского полководца Юлия Цезаря - жребий евробюрократы уже бросили, решив идти наперекор планам Трампа и Путина по урегулированию украинского конфликта. Но в то же время, Рубикон они пока не перешли, оставляя за собой возможность маневра и отступления, так как на полную конфискацию российских активов ЕС пока не решился. Но все может поменяться в ближайшем будущем.