О чем говорили Бальмонт и Киплинг Они говорили и о Китае / Репортаж

Дракон — владыка солнца и весны, Единорог — эмблема совершенства, И феникс — образ царственной жены, Слиянье власти, блеска и блаженства. Люблю однообразную мечту в созданиях художников Китая, застывшую, как иней, красоту.

Не стоит упрекать меня в излишней восторженности, это, как вы все уже догадались, не мои стихи, их написал Константин Бальмонт в 1900-м году. Но «правдивость – половина веры», а потому я расскажу вам только о том, что видел собственными глазами.

Небольшая справка: Синьцзян-Уйгурский автономный регион расположен на северо-западе Китайской Народной Республики, население составляет 26 миллионов человек. В Синьцзян-Уйгурском автономном регионе проживает 56 этносов: уйгуры, китайцы, татары, казахи, таджики, узбеки, дунгане, кыргызы, русские, маньчжуры, монголы, мяо, салары и многие другие. Регион замечателен во всех отношениях, стоит хотя бы отметить, что он граничит с Монголией, Казахстаном, Россией, Кыргызстаном, Таджикистаном, Афганистаном, Пакистаном и Индией, то есть, его стратегического значения не переоценить, даже если очень захочешь. Именно Синьцзян-Уйгурская автономия является ключевым звеном проекта «Один пояс – один путь».      

Методы, которыми пользуются империалисты (не стоит презрительно морщиться, услышав это немодное слово, империализм есть, он никуда не делся и деваться не собирается, империализм там же, где был, и неплохо себя чувствует), всё те же, они просто оттачиваются со временем, потому что в мире так ничего и не изменилось со времен Римской империи. Самое уязвимое место любого государства, в котором проживает более одного этноса, — это национальный вопрос. Болевая точка. «Разделяй и властвуй». Ткни в этот нервный узел — и государство ослабнет, если не развалится, а если и не развалится, то ослабнет оно обязательно. И я не раз и не два повторял, что все государства во все времена ведут незримую войну, войну, которая идет 24 часа в сутки и все 365 дней в году. Без, что называется, перекуров и даже без перерывов на обед. С Китаем в свое время пытались провернуть тот же номер, который провернули с СССР. Посеять межнациональную рознь и наслаждаться результатами. А для чего это нужно империализму? А для того, что конкурент, в особенности если он большой и сильный, не нужен никому. Это и называется «Большая игра», которая закончится только тогда, когда все умрут, как говорил Киплинг, а Киплинг знал, о чем говорил.    

В Урумчи наша делегация прилетела 23-го октября, и буквально через пару часов мы выехали в Инин. Инин, или Кульджа, – это очень древний город, находящийся в долине реки Или. Когда-то тут была резиденция Чагатая, сына Чингисхана, именно Чагатай сделал Кульджу своей столицей. И именно в Инине находилась Урга – знакомое название по одноименному фильму Михалкова – ставка крупных джунгарских феодалов. Инин по китайским меркам считается не очень большим городом, там проживает всего (!) один миллион человек, а потому, как говорится, «прошу оценить масштабы», потому что Инин – это даже не столица региона.

Прежде всего меня поразило полное отсутствие пробок на дорогах. Ни одной и вообще, хотя автомобилей в Инине (да и не только в Инине, о чем я обязательно расскажу дальше) более чем достаточно. Почему? А потому что широкие дороги, интеллектуальная система управления, развитая система общественного транспорта (хоть часы сверяй по тому, как автобусы приходят) плюс обилие электроскутеров на улицах. Причем город застраивается, что называется, «по уму», а не «что хочу, то и ворочу». Инин является крупным центром текстильной промышленности, и в нем также развито производство керамики, например, кафельную плитку, произведенную в Инине, можно встретить в магазинах стран Центральной Азии, России и Монголии.

Первым и очень интересным мероприятием было посещение выставочного зала «Планирование Инина», люди любят свой город, люди хотят, чтобы и им, и гостям в их городе было удобно, и люди были рады поделиться с гостями планами по дальнейшему развитию городской инфраструктуры. А вот и пара фотографий, если кому интересно, и я очень надеюсь, что интересно будет многим.

А потом мы посетили уезд Хочэн, это совсем недалеко от Инина, и уезд тоже находится в долине реки Или, являясь третьим в мире производителем — вот ни за что не догадаетесь, чего именно. Лаванды. Этот уезд в Китае так и называют: лавандовым краем. Да, это самая крупная база по выращиванию лаванды в Китае, а общая площадь полей составляет около 4 тысяч гектаров. Производство эфирного масла из лаванды — это примерно 400 тонн в год, плюс около 2000 тонн сухих цветов, и заметьте, что культивировать лаванду в Китае в таких серьезных масштабах начали всего около 60-ти лет назад. В общем, лавандовая фабрика впечатлила, жаль, что лаванда цветет в конце мая — начале июня, и на полях были только ее остатки, но фотографии, которые мы видели на стендах в Музее лаванды, находящемся при фабрике, просто завораживали.

А потом… Потом, когда мы рассматривали выставленные в музее экспонаты и вдыхали чарующий аромат лаванды, в музее появился самый, по-моему, главный специалист как по лавандовому маслу, так и сухим цветам на предприятии. Ну хорошо, пусть даже не самый главный, но как по мне, так его статус никак не ниже статуса главного инженера. Вот он, знакомьтесь, это очень воспитанный и располагающий к себе котик по имени Зэнжон, и я также считаю своим долгом отметить, что у хороших людей котики всегда сытые, ухоженные и отличаются упитанностью. Вывод? В уезде Хочэн, да и не только там, живут очень и очень хорошие и гостеприимные люди.

Ладно, это всё лирика, я просто очень люблю кошек и не смог удержаться, а теперь давайте вернемся к лаванде. Государство оказывает этой прибыльной отрасли всю возможную поддержку, и её развитие идет по очень жизнеспособной модели: «кооператив-предприятие-крестьянские дворы-электронная коммерция», причем еще раз хочется подчеркнуть – все делается по уму, создана полная производственная цепочка, которая охватывает как выращивание лаванды, так и ее переработку. Последующая реализация, а также разработка новых видов продукции и агротуризм, о котором я обязательно расскажу в следующей статье (правда, на другом примере), дают работу большому количеству людей, общее количество занятых в этой индустрии составляет около 20 тысяч человек (это как частные предприниматели, так и занятые на государственных предприятиях). И эта широкомасштабная государственная поддержка является залогом процветания как отдельно взятого региона, так и всей страны в целом. Это Китай, и у него нужно учиться, учиться и еще раз учиться, как говорил не самый глупый дяденька в истории человечества по несколько другому поводу. Перенимать передовой опыт, творчески его осмысливать и внедрять у себя на Родине, это касается не только фабрики по производству лавандового масла.

Говорят, что в 1989-м году, в ходе празднования двухсотлетия французской революции, у Дэн Сяопина спросили: «А какого вы мнения о роли этого события и его влиянии на развитие человеческой цивилизации?» Дэн Сяопин поглядел на собеседника и ответил: «Я не стал бы торопиться с выводами, триста лет еще не прошло». В этом весь Китай. Страна, мыслящая категориями тысячелетий. Грамотное администрирование, поощрение разумной частной инициативы, трудолюбивое население, чувствующее на практике результаты своих усилий, и социализм – именно это является слагаемыми успеха дружественного нам Китая. 

А об остальном я обязательно расскажу вам в следующем материале.