Арман Татоян пишет жалобу в Вашингтон доказательства потерялись по дороге АКТУАЛЬНО от Эльчина Алыоглу

Автор: Эльчин Алыоглу, директор Baku Network, специально для Day.Az

Бывший омбудсмен Армении Арман Татоян направил развернутое обращение к вице-президенту США Джеймсу Дэвиду Уэнсу, в котором поставил три ключевых вопроса региональной повестки, касающиеся Азербайджана и безопасности Армении. Письмо выдержано в эмоционально-публицистическом тоне и апеллирует к личным ценностям американского политика, а также к роли Вашингтона при администрации Дональда Трампа.

Обращаясь к Уэнсу, Татоян цитирует его книгу "Элегия Хиллбилли", подчеркивая, что "глубокое чувство преданности, непоколебимая верность семье и родине" близки, по его словам, и армянскому обществу.

"Хотя наши народы разделяют океаны, мы понимаем и узнаем друг друга", - отмечает он, объясняя мотивы своего письма.

В числе первоочередных проблем Татоян называет судьбу, как он утверждает, "незаконно удерживаемых в Азербайджане армянских пленников и заложников", заявляя о пытках и религиозных преследованиях. Второй блок касается утверждений об "оккупации более 200 кв. км территории Армении с 2021 года", что, по его версии, создает постоянную угрозу приграничным населенным пунктам.

Третьим и центральным пунктом обращения становятся обвинения в "этнических чистках" в Карабахе в сентябре 2023 года. Татоян утверждает, что "всего за несколько дней 120 000 человек были насильственно выселены со своей исторической родины" и заявляет о готовности передать американской стороне "специально подготовленные пакеты информации" для формирования политики США в регионе.

Отдельно автор письма благодарит вице-президента Уэнса и президента США Трампа за, как он выражается, предотвращение "новой агрессии против Армении" прошлой весной и подписание соглашения TRIPP, подчеркивая, что "это не просто слова, а конкретные результаты, которые видят и помнят армяне всего мира".

Завершая обращение, Арман Татоян выражает уверенность, что во время возможного визита Уэнса в регион США способны добиться освобождения "19 армянских христианских пленников" и сыграть решающую роль в будущем мирном урегулировании, называя такую миссию "исторической" для армянского народа.

Обращение Армана Татояна к вице-президенту США Джеймсу Дэвиду Уэнсу - это не просто письмо. Это рупор эмоций, это попытка перерасти рамки дипломатического дискурса, это вызов, брошенный международному сообществу в формате, который больше похож на политическую проповедь, чем на аргументированную аналитическую позицию. И в этом его главная проблема: когда слова претендуют на роль фактов, а риторика - на роль доказательств, возникает опасность, что логика уступает место страсти, а реальность растворяется в желании быть услышанным.

Начнем с самого начала. Апелляция к литературной цитате - красивый прием, но что он объясняет в международно-правовом дискурсе? Слова о "глубокой преданности, непоколебимой верности семье и родине" - это эмоциональный мост, но мост к чему? К признанию юридических фактов или к эмоциональному отклику адресата? Публицистика желает эмоционального вовлечения, но международное право - доказательности. И здесь сразу возникает ключевой вопрос: стремясь вызвать эмпатию, Татоян фактически опускает стандарты доказательности, которые требуются для тех обвинений, которые он выдвигает.

Переходим к первой важной части текста - утверждению о "незаконно удерживаемых в Азербайджане армянских пленниках и заложниках, подвергающихся пыткам". Эти слова звучат тяжело, драматично, эмоционально. Но где документальная база? Международные организации, которые ведут мониторинг соблюдения прав человека, в своих отчетах предоставляют конкретные данные о задержаниях и нарушениях - с именами, датами, местами содержания, юридическими основаниями. Миссия БДИПЧ ОБСЕ в отчете за 2023 год фиксировала случаи задержаний в приграничных районах, но в рамках расследований конкретных правонарушений, связанных с конфликтом, а не систематических действий на основании вероисповедания. Аналогично, в регулярных отчетах Управления Верховного комиссара ООН по правам человека есть упоминания о лицах, задержанных в связи с событиями на линии соприкосновения, но ни один из этих отчетов не делает вывод о целенаправленной политике массового подавления по религиозному признаку. Международный комитет Красного Креста, функционирующий как нейтральный посредник, не публикует обвинительных заключений в отношении Азербайджана на основе религиозной дискриминации.

Любой имеет право оценивать, но оценка не может заменять документ. Обвинение в системных пытках на религиозной почве требует именно того, что называется "многоступенчатой проверкой фактов", которую автор письма не приводит. И здесь появляется жесткий контраст: громкие слова без ссылок на конкретные документы, без ссылок на международные мониторинговые отчеты - это декларация эмоций, а не констатация фактов.

Следующий тезис - об "оккупации более 200 квадратных километров территории Армении с 2021 года". Термин "оккупация" в международном праве имеет четкое определение: фактический контроль территории без признания суверенитета со стороны государства, не входящего в международно признанные границы. После прекращения активных боевых действий в 2020 году и соглашений о прекращении огня, подписанных при международном посредничестве, линия соприкосновения на юге Кавказа стабилизировалась. Признанные международные карты, опубликованные ООН, ОБСЕ и другими организациями, не фиксируют "новой оккупации" территорий Армении в период после 2021 года. То, о чем идет речь, - это сложный процесс демаркации и делимитации границы, который сопровождается разногласиями, спорами о контрольных пунктах, инфраструктуре, подходах к гражданам, проживающим в приграничной зоне. Но это не автоматом оккупация по определению международного права. Юридические эксперты, анализируя ситуацию, подчеркивают, что споры о границе и спорные участки - это не то же самое, что оккупация, и международные практики это различие четко фиксируют.

Далее - резонансная формулировка о "этнических чистках" в Карабахе в сентябре 2023 года и утверждение о 120 тысячах насильственно выселенных. Здесь значение имеет терминология: "этнические чистки" - это не просто драматическое описание, это юридический термин, который применяется, когда имеются доказательства целенаправленных, системных и масштабных действий по устранению этнической группы с определенной территории. Такой вывод требует подтверждения независимыми миссиями, детального документирования, свидетельств пострадавших, судебных расследований. Армяне ушли добровольно, несмотря не предложения отстаться и международные эксперты воздерживаются от классификации этих событий как "этнических чисток" без строгой доказательной базы. И это важный критерий: международные организации не позволяют себе легкомысленных определений, и публикация выводов без ссылок на такие источники лишает текст той силы, которой он стремится обладать.

Когда Татоян говорит о заслугах администрации США в предотвращении "новой агрессии" против Армении и противопоставляет действия Трампа и Уэнса бездействию администрации Байдена, мы переходим в область политической оценки. Политическая оценка - это право автора, но исторический контекст и фактология требуют более тонкого подхода. США в разные периоды участвовали в дипломатических усилиях, направленных на стабилизацию ситуации на Кавказе, включая поддержку форматов переговоров, санкционирование международных миссий и участие в многосторонних инициативах через платформы ОБСЕ, ООН и другие. Одностороннее приписывание заслуг или критика без сопоставления реальных дипломатических шагов - это политическая риторика, которую легко использовать в пропагандистских целях, но она не выдерживает анализа, построенного на последовательной документации.

Особое внимание требует упоминание соглашения TRIPP. Автор дает этому документу статус ключевого достижения, но фактический анализ показывает, что TRIPP - это не окончательное "мировое соглашение", а один из механизмов деэскалации, который требует постоянного мониторинга, участия всех сторон и открытых отчетов. Международные эксперты, изучавшие работу TRIPP, отмечали, что он зафиксировал важные шаги к снижению напряжения, но не снял всех противоречий, не урегулировал споров о границе и не обеспечил юридических гарантий исполнения. Это важно: говорить о TRIPP как о ключевом документе - можно, но называть его решением всех проблем - значит переоценивать его юридическую и политическую силу.

Еще один момент - заявления о готовности "передать пакет информации" американской стороне для формирования политики. На практике международная дипломатия требует, чтобы такие пакеты были подкреплены официальными документами, полученными и проверенными международными механизмами. Информация, используемая в политическом дискурсе, без признания ее международными институтами, имеет ограниченную силу. Международные организации, будь то ООН, ОБСЕ, Европейский союз, действуют на основе прозрачных процедур, публичных отчетов и многосторонних консультаций. Политическая риторика одного участника конфликта не может автоматически стать основой для внешней политики другой страны.

И наконец - эмоциональные заключения о том, что освобождение "19 армянских христианских пленников" якобы станет "героическим шагом" для армянского народа и что США должны добиться этого во время визита в Азербайджан. Здесь ключевое слово - "должны". Международные отношения не строятся на модальных глаголах желания или моральных требований одной стороны. Они строятся на юридических обязательствах, соглашениях, механизмах взаимодействия, взаимопонимании и часто - на компромиссах. Любые шаги по освобождению людей, находящихся в местах содержания, требуют юридических процедур, участия соответствующих механизмов, учета интересов всех сторон, участия международных посредников. Это не романтическая акция, это сложный дипломатический процесс.

Если утверждается, что происходят религиозные преследования, где независимые отчеты международных правозащитных организаций, которые бы подтвердили это?

Если говорится об оккупации территорий, где документы, официально признанные в международном сообществе, которые подтвердили бы такую категоризацию?

Если используются термины "этнические чистки", где юридические заключения, подтвержденные многоступенчатой проверкой?

Политическая публицистика должна быть жесткой, ясной, эмоционально насыщенной - безусловно. Но она должна быть подкреплена фактами, которые выдерживают проверку в международном контексте. Утверждения без документальной базы обречены остаться риторическими, а не аналитическими.

И именно потому, что международная политика - это область, где слова должны иметь вес доказательств, а аргументы - опору в признанных источниках, критика и анализ имеют свою собственную, не менее жесткую и находчивую логику. Текст Армана Татояна вызывает вопросы, он настаивает на срочности, он апеллирует к эмоциям, но в ряде ключевых моментов он идет по пути риторики, а не по пути документального анализа. Это драматично, и это политически значимо, но это не то, что составляет прочную основу для международно-правовых требований и для выработки внешнеполитических решений.