Баку как площадка примирения

Прогнозы Юрия Лагунина как холодный взгляд  на современную политику

В мире, где прежние ориентиры стираются быстрее, чем успевают появляться новые, особую ценность приобретают те, кто сохраняет способность видеть сквозь иллюзии.

Геополитическая сцена больше не напоминает театр с заранее прописанным сценарием - это скорее зыбкий лабиринт, где каждое движение может обернуться как шагом в пропасть, так и началом новой архитектуры мира. В такие моменты особенно важен взгляд со стороны - не отстраненный, но и не ангажированный.

Сегодняшний гость газеты «Бакинский рабочий» - Юрий Лагунин, аналитик, чьи публикации на платформе News Wall Israel помогают не просто следить за мировыми событиями, но и осмысливать их как элементы будущего. Наш разговор - не столько о политике в классическом ее понимании, сколько о новой реальности, где алгоритмы опережают конфликты, а медиа превращаются в орудие глобального влияния. Мы обсуждаем суверенитет в цифровую эпоху, тонкую грань между прогнозом и провокацией, а также ту роль, которую малые государства могут сыграть в формировании новой геополитической этики.

- Юрий, не кажется ли вам, что такие системы искусственного интеллекта, как Pandora, не только моделируют сценарии конфликтов, но и способны их провоцировать? И если это так, то кто в итоге несет за это ответственность - алгоритм, аналитик, который его интерпретирует, или политик, принимающий решения?
- Информация сегодня является самым дорогим ресурсом. Но голая информация без интерпретации ничего не стоит. Ее нужно уметь собирать по фрагментам, обрабатывать, превращать в прогноз, а главное в инструмент. В этом смысле ИИ-системы, такие как Pandora от Агентства социального инжиниринга SEA, играют ключевую роль. Это не просто нейросеть - это среда анализа в условиях высокой геополитической турбулентности. Я как журналист, работающий на пересечении интересов Израиля и Южного Кавказа, в частности Азербайджана, внимательно слежу за результатами их исследований. И могу сказать: Pandora не провоцирует конфликты - она их моделирует. Это как карта фронта до начала боя: не вы ее нарисовали, но вы обязаны знать, где риски. А вот кто использует эти данные, аналитик, политик или третья сила, - вопрос политической этики и ответственности. ИИ - не субъект. Он не воюет, не подписывает указы. Ответственность всегда остается на человеке. Но в условиях новой эпохи, поверьте, об этой структуре в Азербайджане еще услышат и не раз.
- На фоне краха концепции коллективной легитимности и очевидного переформатирования мировой архитектуры безопасности, как вы оцениваете потенциал небольших, но сильных государств - таких как Израиль и Азербайджан - не просто выживать, но и формировать собственную повестку в условиях, когда даже крупные страны, как, например, Украина, утрачивают политическую субъектность?
- Вы знаете, говоря откровенно, сегодня любые дипломатические процессы - это уже не просто переговоры ради компромисса или урегулирования. Это борьба за контроль над будущим миропорядком. Мы больше не живем в эпоху либерального универсализма или коллективной легитимности в ее старом, условно «всеобязательном» понимании. Этот механизм исчерпал себя, и те, кто продолжает в него верить, либо не­адекватно оценивает ситуацию, либо сознательно игнорирует реальность.
В новой системе координат ключевыми становятся три направления: институциональная структура, политико-стратегические цели сторон и возможные развилки, которые позволяют тем или иным акторам изменить свое положение на доске. Именно здесь и проявляется реальная сила небольших, но суверенных государств. Израиль и Азербайджан - яркие примеры: они не только сохраняют субъектность, но и, что важнее, формируют повестку, зачастую вынуждая более крупных игроков играть по их условиям.
Возьмем Южный Кавказ. Азербайджан, благодаря выверенной стратегии, не просто укрепил свои позиции - он сумел добиться того, что Европа вынуждена считаться с его интересами, а в ряде вопросов и отступать. Почему? Потому что в Баку делают ставку на точную, выверенную информацию, на упреждение угроз, на грамотную работу в дипломатических коридорах, где скорость реакции и стратегическая пунктуальность играют решающую роль.
И здесь параллели с Израилем совершенно уместны. Обе страны понимают: фатальной ошибкой может стать утрата субъектности. Украина, к сожалению, стала наглядным примером. Пытаясь вести игру с позиции силы, не обладая достаточными ресурсами и устойчивой институциональной базой, она быстро потеряла возможность влиять на происходящее. Это урок. Слабыми быть опасно. А иллюзия силы без реальной опоры - еще опаснее.
- Не создается ли впечатление, что мир устал от театра «контролируемого хаоса», в котором одни режиссеры пытались удержать свое влияние, а другим оставалась роль статистов?
- Безусловно, создается. И подтверждением этого становится то, что в мире все чаще обращаются к сильным, надежным партнерам. Даже если эти партнеры не входят в круг «друзей по умолчанию», с ними все равно ведут диалог - потому что они держат слово и обладают реальными инструментами для решения острых вопросов. Пример Азербайджана - один из самых наглядных. Его неоднократно пытались дискредитировать, выдавить из переговорных процессов, навязать шаблонные ярлыки. В итоге все равно садятся за стол и стараются договориться - потому что у Баку есть не только своя позиция, но и вес, который невозможно игнорировать. И чем сильнее становится Азербайджан, тем увереннее он «перетягивает одеяло» в свою сторону - не амбиций ради, а для защиты национальных интересов. Это и есть стратегия умного влияния: без избыточной вовлеченности, но с точным расчетом и пониманием своего веса.
Не так давно миру пытались навязать новую глобалистскую ось - Брюссель - Лондон - Киев, как некую архитектуру стабильности. Но все это рухнуло именно потому, что многие, включая Азербайджан, рассматривались в ней не как равные партнеры, а как фигуры для манипуляций. В Баку это вовремя поняли, и отказались играть по чужим сценариям. Выбрав собственный путь, Азербайджан поступил мудро. А те, кто пытался организовать управляемый хаос под своим «чутким руководством», в итоге проиграли - потому что реальность больше не подчиняется режиссуре без доверия и равноправия.
- Сегодня Азербайджан из регионального игрока превращается в самостоятельного медиатора на сложнейших геополитических участках. Как вы оцениваете шансы Баку стать не только частью будущей архитектуры глобальной безопасности, но и возможной площадкой, где Израиль, Турция, а возможно, и Россия с Украиной смогут найти общий язык для выработки стратегических решений нового мира?
- Безусловно, мы сегодня становимся свидетелями трансформации самого понятия «переговоров» как института - от формальных и заорганизованных форматов к более гибким, прагматичным, подчас неформальным диалогам, где важны не столько протокол и статус, сколько результат и доверие. В этом контексте меняется и роль медиаторов: на первый план выходят не только традиционные силы вроде Ватикана, Турции или Китая, но и новые, надежные и динамичные игроки - такие как Азербайджан.
Азербайджан демонстрирует способность не только защищать свои интересы, но и брать на себя ответственность за стабилизацию процессов за пределами собственных границ. Мы уже видели примеры успешного посредничества Баку, например, в налаживании отношений между Израилем и Турцией. Это стало возможным благодаря сбалансированной внешней политике, дипломатической гибкости и высокой репутации страны, которая говорит мало, но делает много.
Что касается будущей архитектуры глобальной безопасности, то я убежден: рано или поздно переговоры между Россией и Украиной неизбежны. И именно они могут стать точкой отсчета для формирования новой модели международных гарантий, где центры силы будут переосмыслены. В этой модели Азербайджан не просто должен - он обязан занять достойное место. Благодаря своему географическому положению, стратегическому мышлению и уникальной способности вести диалог с самыми разными полюсами мира, Баку вполне может стать той самой нейтральной, но влиятельной площадкой, где будет формулироваться язык будущего мира.