Баку в центре внимания

Геополитические вызовы и роль Азербайджана как площадки для диалога

Азербайджан все более уверенно утверждает себя как значимый международный центр, активно вовлеченный в реализацию глобальных инициатив.

Официальный Баку неоднократно выступал принимающей стороной важных международных переговоров, глобальных форумов и конференций, а также играл заметную роль в формировании и развитии ряда региональных и глобальных организаций.

В условиях сохраняющейся геополитической турбулентности возрастают шансы Баку вновь выступить в роли нейтральной площадки для двусторонних переговоров. В качестве исторического примера можно вспомнить, что в первый срок президентства Дональда Трампа именно в Баку неоднократно проходили встречи между руководством Генерального штаба ВС России и Объединенного комитета начальников штабов США - в период, когда противоречия между Москвой и Вашингтоном были очевидны, но сохранялся прагматичный диалог.

Своей точкой зрения по этому поводу в интервью газете «Бакинский рабочий» поделился политический аналитик из России Михаил Нейжмаков.

- Чем менее стабильными являются отношения между ведущими мировыми державами, тем более продолжительными и сложными становятся переговоры, направленные даже на достижение временного компромисса. Это, в свою очередь, повышает значение не только двусторонних переговорных площадок, но и крупных международных конференций и форумов, где подобные контакты могут происходить на полях - в том числе в непубличном формате.

- В последние годы Баку неоднократно выступал как нейтральная платформа для двусторонних внешнеполитических переговоров, а также в качестве организатора и принимающей стороны международных форумов. Такая роль приобретает особую актуальность на фоне глобальной нестабильности, усиливающейся, в том числе, из-за внешнеполитического стиля администрации Дональда Трампа. До января 2029 года, когда после выборов вступит в должность новый президент США, кардинальных изменений в подходе Вашингтона ожидать не стоит. Некоторое смягчение внешнеполитического курса возможно, если под давлением республиканских элит Трамп начнет чаще передавать принятие решений по ключевым направлениям более системным и предсказуемым членам своей команды. Однако даже в этом случае его периодическое личное вмешательство, с характерной ставкой на «управляемый хаос», продолжит вносить элементы непредсказуемости и неустойчивости.

Альтернативный сценарий, при котором пост президента США до 2028 года перейдет к вице-президенту Джей Ди Вэнсу (например, в случае смерти действующего главы государства), также несет в себе риски. В таком случае новая администрация может пойти на резкие внешнеполитические шаги, стремясь компенсировать слабые внутриполитические позиции и укрепить легитимность.

Не следует забывать, что, по крайней мере до конца текущего года, шансы на прекращение боевых действий в рамках кризиса вокруг Украины остаются невысокими. Одновременно регион Большого Ближнего Востока также сохраняет нестабильность - особенно в условиях ослабления позиций Ирана после потери влияния таких союзников, как «Хезболла», ХАМАС, а также в результате падения режима Башара Асада в Дамаске. Ситуация вокруг Сирии, в свою очередь, будет и дальше провоцировать новые противоречия между вовлеченными внешними игроками - от Ирана до Турции и Израиля.

С учетом своего геополитического положения и имиджа нейтрального участника, Азербайджан может стать площадкой для будущих переговоров между ведущими странами региона Большого Ближнего Востока. Не исключен и сценарий, при котором в Баку пройдут консультации, касающиеся российско-украинского конфликта. Хотя вероятность такого развития событий несколько ниже из-за наличия других претендентов на роль нейтральной территории, нельзя исключать, что в случае обострения ситуации или затягивания переговорного процесса на других площадках стороны предпочтут локацию, расположенную ближе к региону конфликта. При этом одна из постсоветских стран, включая Азербайджан, может рассматриваться как приемлемый компромиссный вариант.

Перспективы Баку в качестве площадки для переговоров в рамках международных мероприятий сохраняются и в ближайшие годы. Речь идет не только о форумах, связанных с топливно-энергетическим комплексом (например, Бакинский энергетический форум), но и о возможных новых крупных инициативах в области экологии. Несмотря на скептическое отношение администрации Трампа к экологической повестке, подобные мероприятия могут служить дополнительным каналом для неформального дипломатического взаимодействия между представителями различных стран.

- Баку заметно активизировал свою деятельность в рамках таких организаций, как Движение неприсоединения, ОИС и ОТГ. Как это отражается на международных позициях Азербайджана?

- В условиях растущей международной нестабильности и периодических сигналов со стороны США о снижении вовлеченности в отдельные регионы мира усиливается спрос на активную роль международных организаций, а также расширяются возможности региональных игроков использовать эти платформы для укрепления своего влияния. Аналогичные процессы наблюдались, например, на ранних этапах пандемии COVID-19, когда, несмотря на критику в адрес международных институтов, возрос общественный и политический запрос на их деятельность в условиях глобального кризиса.

На этом фоне последовательная и активная позиция Азербайджана в Движении неприсоединения, Организации исламского сотрудничества и Организации тюркских государств выглядит логичной и стратегически выверенной. Эта политика, начатая еще до пандемии и последующего роста напряженности в мире, позволяет Баку не только расширять международное присутствие, но и наращивать возможности дипломатического маневра, особенно в отношениях с ключевыми странами Глобального Юга и Востока.

Даже при сохранении или усилении военного присутствия США в отдельных регионах - как свидетельствует, например, возобновление полетов американских стратегических разведывательных дронов над Чёрным морем в апреле 2025 года (по информации Le Monde) - сохраняется потребность в гибкой региональной дипломатии и альтернативных площадках для диалога. В этой конфигурации активная работа Баку в международных организациях дополняет и укрепляет его внешнеполитические позиции.

- Азербайджан - не просто активный участник Организации тюркских государств, но и один из архитекторов проекта тюркской интеграции. Каково ваше мнение на этот счет?

- Так оно и есть, в последние годы Баку значительно активизировал сотрудничество с Центральной Азией, что напрямую укрепляет его позиции в рамках ОТГ. Одним из ключевых факторов здесь является логистическая роль Азербайджана как важного звена Среднего коридора, что регулярно подчеркивается и на международном уровне. Так, тема транспортной связанности обсуждалась, в частности, в ходе визита Президента Ильхама Алиева в КНР в апреле 2025 года.

Однако логистика - лишь одна из составляющих интеграционного процесса. В условиях общемирового тренда на наращивание военного потенциала страны Центральной Азии стремятся к укреплению своих оборонных возможностей. В этом контексте Азербайджан обладает уникальным практическим опытом участия в современных боевых действиях, что делает его особенно ценным партнером в диалоге по вопросам безопасности.

В последнее время наблюдается тесное взаимодействие Министерства обороны Азербайджана с военными структурами не только Турции, но и таких стран, как Узбекистан и Казахстан. Хотя ОТГ официально не является военным блоком, тематика безопасности все чаще занимает значимое место в ее повестке. Показательным примером служит заявление министра иностранных дел Турции Хакана Фидана в мае 2024 года о необходимости создания общей системы обороны в рамках организации.

Тем не менее, учитывая многовекторность внешней политики участников ОТГ и их членство в различных оборонных альянсах (например, Турция и Венгрия входят в НАТО, а Казахстан и Кыргызстан - в ОДКБ), подход к развитию оборонного сотрудничества будет взвешенным и прагматичным. Несмотря на это, постепенное продвижение в направлении координации усилий в сфере безопасности представляется вполне вероятным. В этих процессах Баку имеет все шансы сохранить - и даже усилить - свою роль одного из ключевых центров тюркской интеграции.

- Несомненно, визит президента Масуда Пезешкиана в Азербайджан в апреле 2025 года и казнь виновного в нападении на азербайджанское посольство в Тегеране можно воспринимать как позитивные сигналы в направлении нормализации двусторонних отношений. Как вы считаете, является ли наметившееся улучшение в ирано-азербайджанских отношениях следствием возросшей роли Баку в мировой политике, или причины кроются в другом?

- Безусловно, растущий международный авторитет Азербайджана играет свою роль, однако ключевым фактором, скорее всего, остается уязвимость внешнеполитических позиций Ирана. На фоне сохраняющегося давления со стороны США и резких заявлений Дональда Трампа - в частности, относительно необходимости полного отказа Тегерана от обогащения урана - в Иране усиливается стремление снизить напряженность на второстепенных направлениях внешней политики, включая регион Южного Кавказа.

Важно отметить, что даже если стратегия США по отношению к Ирану носит переменный характер - от давления к временному смягчению - в Тегеране такая политика воспринимается как менее угрожающая по сравнению с возможной эскалацией со стороны Израиля. Несмотря на то, что наиболее радикальные сценарии израильских ударов по иранским объектам пока остаются гипотетическими, их присутствие в медийном пространстве оказывает значительное давление на принятие решений в Тегеране. В этом контексте логично ожидать, что Иран будет вести более осторожную и взвешенную политику в каспийском и южнокавказском направлениях, включая отношения с Азербайджаном.

В 2022-2024 годах мы уже наблюдали периодические колебания в ирано-азербайджанских отношениях - от резких охлаждений до краткосрочных «оттепелей». Однако если интенсивное внешнее давление на Иран сохранится, как это представляется на сегодняшний день, нынешняя фаза потепления в отношениях с Азербайджаном может оказаться более устойчивой и продолжительной.

- Как вы оцениваете перспективы трехстороннего формата сотрудничества между Азербайджаном, Турцией и Пакистаном, особенно на фоне недавней встречи лидеров этих стран в Лачине?

- Этот формат, безусловно, не нов. Пакистан однозначно выразил поддержку Азербайджану во время 44-дневной войны в Карабахе в 2020 году, а дальнейшее сближение в военно-политической сфере закрепилось, в частности, через совместные учения «Три брата» в 2021 году. Эти шаги заложили прочную основу для трехстороннего взаимодействия.

Сегодня Пакистан сталкивается с рядом серьезных вызовов, включая недавнюю военную эскалацию с Индией и внутреннюю нестабильность. В этих условиях его заинтересованность в дипломатической и, возможно, военно-промышленной поддержке со стороны Анкары и Баку будет только возрастать.

С этой точки зрения формат Азербайджан - Турция -Пакистан приобретает все большую стратегическую значимость. Он не только укрепляет позиции всех трех стран на международной арене, но и создает возможности для расширения кооперации в оборонно-промышленной сфере. Учитывая общемировой тренд на рост инвестиций в военно-промышленный комплекс, логично предположить, что Азербайджан будет стремиться наращивать собственный ВПК с использованием технологического и организационного содействия как со стороны Турции, так и Пакистана.