Бедуины подожгли Сирию. Огонь не остановить... наша аналитика

Понятно, что кровавые столкновения в Эс-Сувейде стали даже не холодным, а ледяным душем для правительства аш-Шараа. Поскольку получили широкую международную огласку, гораздо большую, чем недавняя попытка зачистить алавитов. Тогда Дамаску удалось убедить мир, что это не атака на алавитов, а борьба с «осколками режима Асада», окопавшимися на территории проживания этого сирийского меньшинства.

В истории с друзами этот аргумент уже не сработал. И международное сообщество воочию увидело слабость новых сирийских властей, их неспособность поддерживать законность и порядок – и идти на поводу стихии мародерства и бандитизма, который возглавили местные бедуины. Успевших за время, пока Дамаск «раскачивался» в поисках решения этой проблемы, объявить всеобщую мобилизацию соплеменников не только в самой Сирии, но и в Иордании и даже в Саудовской Аравии.

Как победители, да еще и понесшие потери – бедуины требуют своего куска пирога и компенсации в виде имущества друзов и их земель. Сильное государство быстро бы урезало аппетиты сирийских бедуинов – но где сегодня в Сирии сильно государство?

И этот призыв «помочь сирийским братьям» без ответа у их соплеменников, обитающих вне территории Сирии не остался. Колонны вооруженных добровольцев из бедуинских ополчений двинулись к Эс-Сувейде – и сейчас перед правительством аш-Шараа стоит вопрос: удастся ли их остановить и отправить обратно или же они осядут в бедуинских поселках Сувейды, ожидая удобного момента для возобновления атак?

Иными словами – с сообщениями о достижении мира официальные сирийские власти явно поторопились. Не те люди сирийские бедуины, чтобы вот так просто взять и прекратить боевые действия. Все предпосылки для этого у них сохранились, боевой задор не угас, воинственный настрой на «окончательное решение друзского вопроса» остался. Но сначала совершенно необходимо сделать небольшой экскурс в историю, где кроются ключи ко многим проблемам новейшей истории Сирии.

Сирийские бедуины – кто они?

Большинство бедуинских племен, населяющих ныне Сирийскую пустыню, переселились сюда с Аравийского полуострова в XVII и XVIII веках, в период османского владычества. Но и тогда уже проявлялась тенденция, многое определяющая во взаимоотношениях бедуинов с властями: несмотря на все усилия и достаточно жесткие усилия по принуждению бедуинов к оседлости – власти Османской империи так и не достигли в этом особого успеха, как и в установлении над бедуинами полного контроля.

Большинство бедуинских племен, населяющих ныне Сирийскую пустыню, переселились сюда с Аравийского полуострова в XVII и XVIII веках

Не лучше обстояли дела и у французов, сменивших после Первой мировой войны османов. Они пытались подкупить вождей племен, регистрируя на них племенные земли, предоставили им право отказаться от сложившейся системы землепользования хима - которая ограничивала и упорядочивала использование пустыни – сделав выпас скота неограниченным даже в зонах землепользования, что вело к быстрому опустыниванию земель, которые удалось приспособить под сельскохозяйственные культуры.

Но все это, по большому счету, не привело к росту лояльности бедуинов к власти. Французы в свое время ехидничали по поводу провала попыток англичан «цивилизовать» афганских пуштунов – в Сирии они на собственной шкуре испытали каково это, нести «бремя белого человека» кочевым племенам, причем опыт колонизации Алжира, Туниса и Марокко здесь им не помог.

Бедуины, как, впрочем, и афганские пуштуны, категорически отказывались понимать, а почему посторонние для них люди, а по бедуинским понятиям они были никто, поскольку иноверцы, да к тому же и не члены их племени, устанавливают какие-то законы, проводят какие-то границы, через которые нельзя кочевать? А то, что они выделили им какие-то участки пустыни – так это вообще смешно, пустыню волею своей Всевышний дал в пользование бедуинам, причем здесь какие-то франки?

В попытке добиться их лояльности и обезопаситься от набегов на городских торговцев и оседлых земледельцев французы платили им субсидии – которые бедуины принимали, даже что-то обещали – но быстро об этих обещаниях забывали. И все начиналось сначала. Тогда французы стали вербовать алавитов, друзов и вообще жителей городов в местную милицию, отражающую набеги бедуинов. Что вбило клин и без того во враждебные отношения кочевников с городом, а этнических меньшинств Сирии с местными бедуинами.

Бедуины при Асаде

После обретения Сирией независимости коренных изменений в жизни бедуинов не произошло. Жизнь их текла по-прежнему, как и сто, и двести лет назад. Суровые условия жизни, нехватка воды, недоступность медицины и стремление как можно реже сталкиваться с властями.

Молочные продукты как основа рациона, пресный хлеб – если есть мука, финики на десерт, а мясо – только в особых случаях, таких как свадебные пиры, торжественные мероприятия или в прибытие важных гостей. Дамаску по большому счету было не до них, а сами бедуины не стремились лезть власти на глаза. Периодически, в тяжелые периоды, кочевникам выделялась государственная помощь, мука, рис, в места их стоянок выезжали бригады врачей – тем все и ограничивалось.

Отозвавшись на призыв Асада-старшего, бедуины участвовали в карательных операциях против мятежников. Ну и пограбили знатно, как в старые добрые времена налетов на сирийские города и деревни в XVIII-XIX веках

Все изменилось в 1976-1982 годах, когда Хафез Асад обратился к вождям бедуинских племен за помощью в подавлении серии восстаний сирийских «Братьев-мусульман», эпицентром которых стал город Хама. Бедуины откликнулись на эту просьбу, тем более, что «папа Хафез» пообещал им свободу грабежа имущества мятежников – и приняли участие в карательной акции со всем энтузиазмом, на который были способны. Ну и пограбили знатно, как в старые добрые времена налетов на сирийские города и деревни в XVIII-XIX веках.

Нужно отдать ему должное – Хафез Асад умел быть благодарным, когда это ему было выгодно и помощь от государства к сирийским бедуинам хлынула потоком. Субсидии племенам, продовольствие и горючее для дизелей, тогда бедуины массово узнали о наличии электричества и телевизоров, инженеры для восстановления старых колодцев и разведки новых, медицинская помощь не от случая к случаю – а на достаточно регулярной основе.

А главное – для сирийских бедуинов был открыт социальный лифт – их стали брать на службу в армию и в многочисленные сирийские спецслужбы, которые, в полном соответствии с сирийской спецификой, дают не только стабильный доход, но и власть. Каких-то значительных карьерных взлетов сирийские бедуины в этой сфере не совершили, максимум – достигали среднего уровня, но сам по себе это был коренной перелом в отношении режима и бедуинов, которые до того воспринимались сирийским обществом как люди второго сорта.

Неизвестно, как далеко зашла бы эта внезапно возникшая симфония между Дамаском и бедуинами – но пришел Башар Асад, не скрывавший своих симпатий к неолиберализму в экономике. Как итог – грандиозная засуха 2006 и 2010 годов, нанесшая непоправимый ущерб животноводству бедуинов, была Башаром Асадом проигнорирована. Помощь получил бизнес в городах, иностранные инвесторы, а бедуины «пролетели мимо кассы». В результате чего многие из них, оставшись без средств к существованию, мигрировали на окраины крупных городов Алеппо, Хамы, Хомса, Дамаска и Дераа в поисках любой поденной работы и минимального заработка.

Асад не понял значимость этой социально-этнической группы в сирийском обществе

В итоге – события 2011 года раскололи бедуинов. Часть их осталась служить Асаду в Национальных силах обороны, ополчения сторонников Асада, другая – с не меньшим усердием служили в рядах оппозиции, в «армии племен» Сирийских демократических сил.

* * *

Но сейчас Асад свергнут, а раскол среди бедуинов не принял критического характера, потому как в известной бедуинской поговорке «я с родным братом против своего двоюродного брата, а все вместе мы против остального мира». Все вернулось на круги своя – интересы хамулы, семейного клана, и племени – превыше всего. Остальные – чужаки, по сути - законная добыча. К тому же у них в обязательном порядке как «требование чести» - кровная месть.

Вдобавок ко всему, они чувствуют себя после свержения Асада победителями, а то, что часть их воевала на его стороне – ну, что ж, бывает, не стоит заострять на это внимания. И как победители, да еще и понесшие потери – требуют своего куска пирога и компенсации в виде имущества друзов и их земель.

Сильное государство быстро бы урезало аппетиты сирийских бедуинов – но где сегодня в Сирии сильно государство? Аш-Шараа сегодня «танцует на головах змей», балансируя между группировками в своем правительстве и требованиям «военных лордов», правящих в сирийских провинциях.

Так что не стоит особо верить заявлениям сирийских официальных лиц, что они «достигли мира в Сувейде». Максимум, чего им удалось добиться – это замести пылающие угли под ковер. Но вряд ли они там просто потухнут. Так что не стоит обольщаться, тем более – миролюбию бедуинов и их готовностью к миру. Об Эс-Сувейде мы еще не раз услышим. И скорее всего – самые негативные новости.